Мигрант
Шрифт:
"О, Создатель"!
– Мысленно взмолился я.
– "Неужели я никогда не смогу вернуться в Содружество"? Нет, жить-то можно и здесь. Но всё-же, всё-же...
Взять ту же Марину... Сейчас ей двадцать семь... А во что она превратится через два десятилетия? А как будет выглядеть через тридцать?
Да и мне придётся что-то делать со своей внешностью. Я-то останусь молодым.
Только представьте, пятидесятисемилетняя бабушка и восемнадцатилетний пацан. Слишком у пристальное внимание станем мы привлекать у власть имущих.
Конечно,
Но, неизвестно, станут ли новоявленные маги жить дольше обычных людей?
Или, наоборот. Вдруг природа потребует суровую плату за возможность популять огненными шариками и без вреда для здоровья спрыгнуть с небоскрёба? И возьмёт её не чем-нибудь, а именно непрожитыми годами!
Так что, кто знает, скажут ли мне спасибо Ашия и Вэймин, через десяток лет превратившись в древних старух?
Пока я предавался невесёлым мыслям, мы подъехали к комплексу зданий Подольской Высшей Школы Полиции. Поскольку занятия ещё на начались, народу было не так уж и много.
Встречавшиеся на пути парни и девушки в курсантской форме уважительно здоровались с Мариной и с любопытством косились на меня. Я же нейтрально улыбался и хранил молчание.
Марина проводила меня до кабинета, располагавшегося на втором этаже, и с опаской оглянувшись, поцеловала в щёку.
– Ну, давай.
– Слегка взволнованно напутствовала она.
– Ни пуха!
– К чёрту!
– Машинально ответил я, прости меня Создатель, за упоминание имени врага Твоего.
– Ну, я пошёл.
Было немножко смешно и как-то... пофигистически. Но, видя, что моя девушка относится к происходящему более чем серьёзно, я старался сохранять сосредоточенный вид.
Разница менталитетов, и ничего тут не поделаешь. То, что, в общем и целом является детской забавой для меня, составляет саму суть её маленькой жизни.
Это я, не сложись разговор с Войцеховским, плюну, развернусь и уйду. И ничего он мне не сможет сделать. А вот Марина этого просто не поймёт. И вслед за мной "в никуда" она не отправится.
И, получается, что, приручив этих двух маленьких человечков, я их тут же предам и брошу. Так что, вести себя нужно предельно корректно, соглашаться со всеми предложениями начальства и, по-возможности, держать язык за зубами и лишний раз не отсвечивать.
Я постучал в дверь приёмной и, дождавшись разрешения войти, произнесённого приятным женским голосом, открыл дверь.
– Здравствуйте, Анатолий Михайлович у себя?
– Вежливо поинтересовался я, улыбаясь как можно приветливее.
Сидящая за компьютером средних лет женщина тут же приветливо заулыбалась в ответ. Но при этом не забыла поинтересоваться.
– А вам назначено?
– Да, Анатолий Михайлович просил зайти сегодня с утра.
– Информировал я разглядывая обстановку.
Кстати, ничего сверхвыдающегося. Обычный предбанник вполне себе заурядного учебного заведения.
– Ваша
– Деловито осведомилась секретарь.
– Петров, - мысленно тяжко вздыхая, - соврал я.
Нехорошо, прости меня Создатель, брать грех на душу. Но и выхода другого я пока не видел.
– Николай Эдуардович?
– Уточнила женщина и, получив кивок в ответ, включила селектор.
– Анатолий Михайлович, к вам Петров.
– Пусть проходит.
– Расслышал я.
– Прошу, вас ждут.
– Разрешила секретарь и я, опять постучав, переступил порог кабинета.
Письменный стол буквой "Т", два ряда стульев с обеих сторон. Ковровая дорожка, портрет Президента.
Должно быть, во всех Локациях условно-разумных все обиталища парази... э-э-э, чиновников, одинаковы. Строгость, деловитость и... аура времени. Которое принимающая тебя важная шишка теряет, тратя его на твою скромную персону.
Анатолий Михайлович поднял глаза от тщательно изучаемого документа, а я чуть не заржал в голос. Так как через интерфейс сканера видел, что вся эта деловитость не более чем игра.
– Что вы хотели, молодой чело...
– Удивлённо уставился на меня Войцеховский.
"Это же я, Коля"!
– Так и захотелось закричать мне, но усилием воли я сдержался и корректно произнёс.
– Анатолий Михайлович, мы с Вами в субботу договаривались.
В его глазах промелькнуло узнавание, а лицо постепенно разгладилось.
– А-а, Коля.
– Облегчённо произнёс он.
– Признаюсь, не ожидал.
– Он одобрительно оглядел меня и констатировал.
– Должен сказать, что влияние Марины Алексеевны явно пошло тебе на пользу.
Он встал из-за стола и, обогнув меня по дуге, одобрительно крякнул.
– С глазами что?
– Озабоченно спросил он.
– Медкомиссию-то пройдёшь?
– Зрение в порядке.
– Успокоил я директора.
– А очки просто для антуража.
– Ох, Марина Алексеевна, ох затейница.
– Хмыкнул он и, глядя на мой хвост чуть нахмурился.
– Стричься не буду.
– Мгновенно отреагировал я, не давая ему вставить хоть слово.
Так как перечить руководству это одно. А высказать своё, пусть и не совпадающее с его, начальством, мнение - немножко другое.
Умный командир никогда не отдаст приказа, который не будет выполнен. А от дурака лучше уйти сразу. Маринка, правда, поплачет немного. Но это не смертельно. Правда, обкорнать волосы тоже было не трудно. Но просто не хотелось. И всё.
– Ладно.
– Не стал настаивать Войцеховский.
– Девчата-то всё-равно длинные причёски носят. Но взамен ты должен будешь очень постараться.
Ну да, ну да... Как же это, просто согласится с мнением подчинённого? Любой босс и ситуации, подобной этой, всегда захочет повернуть всё в свою пользу. Он, вроде как принял во внимание мой меленький каприз. И я, едва ввязавшись в эту авантюру уже, оказывается, обязан.