Миг - и нет меня
Шрифт:
Ратко со вздохом встает.
— Я, пожалуй, пойду, — медленно говорит он трагическим голосом, словно он какой-нибудь Тополь или другой советский диссидент, которого под конвоем везут в Сибирь. Я, впрочем, вижу, что ему действительно пора, поэтому я его не задерживаю.
— Ладно, еще увидимся, — говорю я, закрывая за ним дверь.
Потом я возвращаюсь к Бриджит.
— Хорошо посидели, правда? — говорю я.
Она медленно поднимает голову и глядит на меня в упор. За последние несколько минут Бриджит не произнесла ни слова, и я уверен, что она собирается сообщить мне что-то неприятное.
— Давай уедем в эти выходные, — говорит она. — Вместе, ты и я…
— Куда же мы поедем? — спрашиваю я, подавляя вздох облегчения.
Она пожимает плечами и принимается раздирать спутавшиеся волосы. Сейчас Бриджит действительно похожа на мышь — маленькую рыжую мышку.
— Что произошло вчера вечером, Майкл? — спрашивает она, не глядя на меня.
Я не знаю, то ли Бриджит просто не хочет отвечать на мой вопрос, то ли тема нашего совместного отъезда успела ей наскучить. Не исключено, что она вдруг вспомнила, что всегда предпочитала возможное невозможному, а может быть, ей снова пришел на память тот ужас, который она пережила меньше двенадцати часов назад.
— С Энди? — переспрашиваю я.
— Нет, после… Что вы делали потом?
— Мы все или конкретно я? — Я продолжаю тянуть время.
— И ты, и остальные. Вы решили отомстить за Энди, правда? Когда ты вернулся, у тебя была кровь на рубашке, и… И я кое-что слышала… — Она не договаривает, и я смотрю на нее. Этот детский лепет раздражает меня сверх всякой меры. Он раздражает меня даже больше, чем я ожидал, но я ничего не могу с собой поделать.
— О'кей, Бриджит, если уж мы начали играть с тобой в эту игру, позволь и мне задать тебе один вопрос. Чем, по-твоему, занимается твой распрекрасный Темный?
— Он работает, — небрежно роняет она. — У него свое дело.
— А чем в таком случае занимаемся мы — я, Энди, Скотчи, Большой Боб и его ребята? Да, у нас есть профсоюзные билеты, но я, к примеру, не каменщик, не стропальщик и не сварщик. Кстати, жаль, что я не сварщик — в этом случае я бы получал не в пример больше.
— Я знаю, чем вы занимаетесь. Во всяком случае, мне кажется, что знаю… Темный платит мистеру Даффи, а мистер Даффи дает ему строительные контракты. Потом Темный нанимает вас, чтобы вы следили за соблюдением всяких там правил и инструкций.
Она говорит очень убедительно, но меня не обманешь. Тут что-то нечисто. Бриджит все прекрасно знает, знает во всех отвратительных подробностях, и это снова заставляет меня задуматься, что за игру она затеяла. Зачем ей знать детали наших вчерашних похождений? Нужны ли они ей для того, чтобы дать мне в руки козырь против Темного или, наоборот, дать Темному козырь против меня?
— В общем, ты говоришь верно, — смущенно бормочу я.
— Так что же случилось вчера вечером? — снова спрашивает Бриджит.
— Никто не умер, если тебя это интересует, — говорю я.
Бриджит с шумом выдыхает воздух, и ее строгое лицо сразу становится мягче. Похоже, именно этого она от меня и добивалась. Ей нужно знать,
— Тебе пора ехать, — говорю я после небольшой паузы. — Поезжай домой. Я тоже поеду в «Четыре провинции», но другим поездом.
Она глядит на меня. Сейчас ее глаза кажутся зелеными. Изумрудными, если точнее.
— Скажи, Майкл, как ты собираешься жить дальше?
— А ты? — отвечаю я.
— Я первая спросила, — говорит Бриджит, накручивая на палец огненно-рыжую прядь.
— Пока не знаю. Видишь ли, мне приходится много ездить в поездах, — неуверенно начинаю я. — В дороге я читаю разные книги, много книг, и…
— Ты читаешь книги?!
— Господи, ну конечно! Что тут такого? Быть может, когда-нибудь я попробую поступить в колледж или еще куда-нибудь. Правда, я так и не получил аттестата об общем среднем образовании, но здесь, я думаю, это не имеет большого значения.
Бриджит зевает.
— А как собирается жить Темный? — едко осведомляюсь я. — Каковы его планы на будущее?
Она мечтательно улыбается. Боже мой, кажется, они это уже обсуждали! Их общее будущее. И, судя по всему, Бриджит это будущее нравится, мать его растак!
— У него много всяких романтических идей, — говорит она.
Романтических идей? У Темного? При одной мысли об этом меня начинает тошнить, но я молчу и смотрю на Бриджит. Она не обращает на меня внимания. Встав с дивана, Бриджит начинает собираться.
— Я возьму такси, — говорит она.
— Везет же некоторым, — отвечаю я, но она пропускает мои слова мимо ушей. Одевшись, она с нежностью целует меня. Я провожаю ее до дверей. На пороге Бриджит поворачивается ко мне и целует еще раз.
— Скажи мне «до свидания» по-ирландски, — просит она.
— Я не знаю, как это будет, — отнекиваюсь я.
— Скажи! — Она настаивает.
— Slan leat, — нехотя говорю я.
— Slan leat, — повторяет она. — Slan leat, Майкл.
— Тот, кто уходит, должен говорить slan agat, — поправляю я.
— Slan agat! — весело говорит она, снова целует меня в щеку, поворачивается и спускается по лестнице. Когда снизу доносится скрип отворяемой двери, я тоже поворачиваюсь и со всех ног бегу на крышу, чтобы посмотреть, не двинется ли за ней один из замеченных мной раньше автомобилей. Бриджит идет по 123-й улице в направлении Амстердам-авеню, потому что там легче поймать такси. Пока я смотрю ей вслед, синий «форд», на который я обратил внимание раньше, запускает двигатель, разворачивается и тоже движется в сторону Амстердам. Это может быть совпадением, говорю я себе. А может и не быть… По улице едет такси, и Бриджит останавливает его взмахом руки. Пока она садится, «форд» прибавляет скорость и проскакивает перекресток, прежде чем на светофоре загорается красный сигнал. Такси проскочить не успевает. Учитывая все обстоятельства, мне хочется верить, что это было все-таки совпадение.