Мифы Древней Греции
Шрифт:
Много дивных сокровищ хранится в кладовых и амбарах её дворца. Там есть драгоценные камни, взятые смелыми всадницами в бою, и военные кольчуги из тонких золотых цепочек. Там есть хрустальные сосуды, привезённые из далёких восточных стран, и пёстрые чепраки, которыми накрывают потные спины царских лошадей. Но дороже всех драгоценностей для царицы Гипполиты её волшебный пояс: этот пояс она надевает, готовясь к бою. Он не красив и не пышен. Зато его подарил Гипполите сам свирепый бог войны, кровавый Арес. Этот пояс приносит счастье в бою. Вот почему амазонки стерегут его как зеницу ока. Горе тому, кто захочет отнять его у них.
Едва
Эврисфею самому никак не удалось бы добыть эту великую драгоценность. Но ведь Геракл ещё не совершил всех назначенных ему подвигов. И вот снова приказывает тщедушный царёк герою покинуть родную страну и отнять у отважных амазонок волшебный пояс их царицы…
Долго лёгкие ладьи Геракла пенили острыми носами волны. Долго плыл он из милой Греции в ту сторону, где летом восходит солнце. Наконец перед ним выросла на морском берегу столица амазонок Темескира. Спутники Геракла вытащили на берег свои лёгкие корабли, разожгли вокруг них костры и стали лагерем под стенами великого города.
Скоро послышались звуки труб. Царица Гипполита сама пришла в лагерь узнать, что нужно в её земле чужестранцам.
Мирно и почтительно встретил герой смелую владычицу амазонок. Ничего не скрывая, он рассказал ей всё про себя и про свою службу у Эврисфея.
Выслушав его рассказ, Гипполита растрогалась: ведь она как-никак была женщиной.
— Будь спокоен, сын Зевса, — сказала она, — тебе не придётся проливать кровь из-за волшебного пояса. Правда, я дорожу им больше всех своих сокровищ, но для тебя я не пожалею его. Будь моим гостем, Геракл. Отдыхай в мире. Через несколько дней я отдам тебе свою лучшую драгоценность.
Так мирно сговорились между собой эти смелые и благородные люди.
Но коварная богиня Гера всё ещё не теряла надежды погубить ненавистного ей Геракла. Тёмной ночью, обернувшись амазонкой, она проникла в Темескиру и пошла по её тёмным улицам, нашёптывая встречным лживые речи.
— Не верьте Гераклу, — говорила она. — Его добродушие обманчиво. Не пояс нужен ему — он хочет похитить нашу царицу и увезти её в далёкие страны.
И она так много и так долго, так хитро уговаривала простодушных воительниц, что в конце концов они поверили ей. Тотчас вскочив на своих коней, амазонки взялись за оружие и устремились к лагерю Геракла. Их было много, а греков мало. Смелые всадницы одна за другой нападали на самого героя, но одну вслед за другой он повергал на землю. Вот уже пала быстрая, как вихрь, Аэлла. Погибла и Протоя, женщина-герой, семь раз подряд побеждавшая храбрейших воинов. Попала в плен предводительница Меланиппа, и войско амазонок побежало в ужасе перед Гераклом. Царица Гипполита поспешила вручить ему свой пояс. Горько покачал Геракл головой.
— О Гипполита, Гипполита, — сказал он ей с упрёком. — Я не хотел кровопролития и гибели твоих сестёр. Зачем вы послушались коварных речей матери богов?
Перед
Вот почему пояс Гипполиты скоро пропал неизвестно куда.
Десятый подвиг
Далеко от Греции, в той стороне, где вечером солнце пылающим кругом спускается в зелёные волны океана, лежал среди вечно ропщущих вод пустынный остров Эритея. Он был дик и необитаем. Только время от времени раздавались на нём гулкие, тяжёлые шаги. Это огромный, как туча, трёхголовый великан Герион приходил сюда осматривать стада своих быков. В безопасности и покое паслись они на зелёных лугах Эритеи.
Лениво пощипывая сочные травы, мирно бродили по безлюдному острову эти быки, огромные, как самый большой слон, огненно-красные, как те облака, что горят по вечерам на закате. Ни зверь, ни человек не могли добраться до них через бурные воды западного моря. Но, боясь за свои стада, Герион всё же приставил охранять и пасти их другого великана, Эвритиона.
Эвритион был столь же велик, как и его хозяин Герион, но не был трёхголовым. Зато в помощь пастуху-гиганту был дан хозяином страшный пёс Орт. Этот пёс одним глотком мог бы проглотить сразу десять огромных львов или тигров.
Так вот, за быками Гериона и отправил своего могучего слугу Геракла трусливый и жадный Эврисфей, когда пришла тому пора совершить свой десятый подвиг.
Долго шёл покорный Геракл на запад, через те земли, где теперь Франция и Испания. Он перебирался через высокие горы, переплывал бурливые реки. Наконец достиг он места, возле которого Африка отделяется от Европы узким и глубоким проливом.
Через этот пролив Геракл перебрался с великим трудом. В память о своём путешествии на обоих берегах он поставил по высокой, похожей на столб скале. Мы теперь зовём эти скалы Гибралтаром и Сеутой. В древности же их называли «Геркулесовыми столбами». Они находятся так далеко от солнечной Греции, что только хвастуны и лгуны осмеливались в те времена уверять, будто и они, как Геракл, доходили до их подножий. Вот почему и посейчас, когда хотят сказать, что какой-нибудь человек много лжёт и хвастается, говорят: «Ну, он дошёл до Геркулесовых столбов».
Миновав это мрачное место, Геракл вышел на берег бурного западного океана. Пусто было здесь; так пусто, что даже герою стало жутко. Солёный ветер рвал пенные гребни волн, свистел в пустых ракушках на прибрежном песке, трепал космы водорослей, выброшенных на берег прибоем. Далеко, за открытым простором моря, лежал серый остров Эритея. Но ни одного паруса не было видно вдали, ни следа от челна на сыром песке, ни даже выброшенных морем брёвен, чтобы сколотить плот. Геракл сел на львиную шкуру, положил рядом с собой тяжёлую палицу и верный лук и, охватив колени могучими руками, стал мрачно смотреть на пенные гребни волн.