МИФальянсы
Шрифт:
– Что же делать? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал не слишком панически.
Тананда задумчиво смотрела на магическое поле.
– Полярность, – заявила она наконец. – Заклинание предназначалось для того, чтобы никого не выпустить, но совсем необязательно, чтобы впустить. Можем попытаться вывернуть его наизнанку.
– Ладно, – медленно ответил я. В прошлом мне приходилось использовать несколько магических трюков. Хотелось бы, чтобы рядом был Ааз. Попросить бы у него совета. Впрочем, скорее всего я услышал бы: «Ты сам знаешь, малыш, что делать», что в настоящих обстоятельствах вряд
Потерев руки, я уставился на голубое пламя. Но чего я ждал? Мне необходимо было найти выход.
Теперь, когда извергини закончили свое действо, вокруг было полно магии. Мой чуткий слух улавливал пульсацию более слабых энергетических потоков, словно шелест листьев в лесу. Я нарисовал в воображении силовые линии, окрасив их в зеленый цвет. Они были не очень сильными, но я постарался вобрать их в себя так много, как только смог.
Во время работы с магией необходима концентрация, чтобы сохранить контроль над силами более могущественными, чем вы сами. Не дай бог отвлечься, создавая магическую структуру. Обратная реакция может разорвать вас на части. Потеряйте фокус, создавая ловушку, и шлеп – все, конец! Я представил себе, как пара огромных рук отодвигает голубое поле, закрывающее дверь. Поле сдвинулось с места! Завеса отошла от входа на пять шагов к центру комнаты.
– Держись! – скомандовала Тананда. – Оглянись назад.
Я остановил движение рук, но не ослабил концентрацию, осматриваясь по сторонам. Завеса с дальней стены также отодвинулась на пять шагов. Очень осторожно я вернул все на прежние места. В воображении возникли четыре пары огромных рук. На сей раз завеса отодвинулась от всех стен. Это мне удалось, но я нигде не видел ни одного отверстия в пелене, через которое мы могли бы выйти.
– Никогда не приходилось видеть, чтобы защитный экран двигался, – задумчиво проговорила Тананда, с любопытством глядя на поле. – Действительно, интересно. Оно прошло над столом, но ничего не сожгло. Все осталось нетронутым.
Она взяла со стола очки в яркой оправе.
– Они лежали в коробке, над которой извергини произносили заклинание, – взволнованно воскликнул я. – В них заключен какой-то секрет. Мы отнесем их Золу. Он поможет разобраться, что с ними не так.
– Когда выберемся отсюда, – напомнила мне Тананда. – Нельзя же ждать, пока они вернутся, а потом вежливо попросить отменить заклинание, потому что мы попали в ловушку.
– Значит, не будем ждать, – угрюмо ответил я.
– Прекрасно! Ну и что мы будем делать с этой огромной клеткой из пылающего голубого огня?
– Возьмем ее с собой, – объяснил я. – Огонь не повреждает предметы. Все что следует сделать, это уменьшить поле до наших размеров и выйти отсюда. Как только они вернутся, им придется снять защиту с той стороны. Нам надо только будет убедиться, что ни мы, ни кто-то другой до тех пор ее не коснется.
Улыбка искривила уголки губ Тананды.
– Замечательно, – кивнула она. – Я помогу тебе. Только надо поспешить.
Я разместил воображаемые руки по другую сторону от поля и приказал им сдвигать его.
Поле стало высоким и узким. Оставалось надеяться, что
– Выглядят так натурально, что я почти чувствую запах! – с восторгом воскликнула Тананда. – Ты действительно знаешь толк в иллюзиях.
Какое-то время у нас ушло на то, чтобы вернуться в гостиницу. Мы в нерешительности стояли перед открытой дверью, опасаясь, что поле, возвышающееся над нами, может убить кого-нибудь на верхних этажах.
– Зол, – позвал я, увидев писателя, сидящего за столом и беседующего с парой вухян.
Из дверей выглянула Банни и с облегчением улыбнулась. Глип, свернувшийся калачиком на полу, поднял голову. Его глаза широко раскрылись от радости. Он вскочил на ноги.
– Глип! – воскликнул он, направившись к выходу, чтобы поприветствовать меня.
– Нет, Глип! – закричал я. – Стоп! Иди назад! Не трогай меня…
Едва он проскочил через границу поля, нас ослепила яркая вспышка. Когда зрение вернулось, я упал на колени перед моим бедным драконом, подняв ему голову. Может быть, магия погубила моего друга? Он… все еще был зеленым, а усы под длинным носом – белыми. А глаза…
– Глип! – воскликнул дракон.
Глаза распахнулись. Он откинул голову, чтобы лизнуть меня в лицо длинным раздвоенным языком.
Глаза не потеряли яркого голубого цвета. С ним все в порядке! Я крепко обнял Глипа, а он еще раз лизнул меня в лицо, поневоле заставив поморщиться. Дыхание драконов такое же зловонное, как и еда извергов.
Зол и Банни поспешили к нам, за ними, заметно нервничая, семенил Венсли.
– Что случилось? – спросил писатель.
– Не подходите ближе! – взвизгнул я.
– Ага. – Зол выставил руку, чтобы помешать Венсли сделать шаг к границе поля. – Теперь я вижу. Мой бог! Где вы это нашли?
Теперь, когда мы были в безопасности за углом гостиницы, вне поля зрения женщин из замка, я опустил поле в землю. Мы с Танандой уселись, и рассказали все, что нам довелось увидеть.
– Как только они закончили сеанс, все заклинания вернулись на прежние места, и это в том числе. Теперь придется ждать, пока извергини отменят его.
– Точно, – согласился Зол, пристально вглядываясь в поле. – Тананда совершенно права насчет того, как они построили заклинание. Оно основано на полярности. Вы оказались внутри, когда заклинание начало действовать, а извергини вышли из комнаты. Если бы вам удалось выйти вместе с ними, ничего бы не произошло. Посмотрите внимательно на пламя на соединениях. Видите, в одном месте оно стыкуется под тупым, а в другом под острым углом. Острый угол опасен. Это заклинание работает как двойная дверь. Одна открывается наружу, другая – внутрь.