Mid game. Часть 2
Шрифт:
Сундук удачи. При использовании Вы получаете один предмет (под свой класс и уровень) со следующим шансом:
Обычный — 55 %.
Необычный — 25 %.
Мифический — 12 %.
Именной — 7 %.
Артефакт (или предмет аналогичной силы) — 1 %.
Внимание: Вы не можете передать сундук другим игрокам.
— А вот и старые добрые лутбоксы подъехали, — усмехнулся Вилл.
Такие ящики были нередки в «бесплатных» игрушках, в которых для комфортного существования требовалось тратить в десяток раз больше денег, чем на покупку и подписку в платных онлайн-играх. Вилл много времени провёл в «бесплатных» виртуальных мирах,
«Вы не можете передать сундук другим игрокам». Это ограничение испортило всю малину. Если бы не оно, Вилл бы сбагрил сундук лудоманам, коих в играх хватало всегда. Да, отдавать вещь с шансом получить артефакт в какой-то степени глупо, но с другой стороны, жалкий один процент. Жаждущие получить крутую игрушку лудоманы точно бы отдали несколько тысяч золотых, на выходе получив предмет максимум мифической редкости. Очень хороший размен.
— Вы хоть скажите, что за лутбокс вам прислали, — Мория, которая не получила награды, сгорала от любопытства.
— Если коротко, то это сундук, из которого падает один предмет случайного уровня редкости — начиная от обычного и заканчивая артефактом, — ответил Вилл. — Ну, кто первый испытает удачу?
Все начали играть в гляделки.
— Ладно, я начну, — вызвался Брэйв.
Все в ожидании замерли. Брэйв пригладил светлые волосы и развернул перед собой инвентарь. Несколько плавных жестов — и лицо рыцаря сморщилось, но не сильно, словно он съел небольшой кусочек лимона.
— Мифические сапоги. К слову, не такие уж и плохие, — Брэйв изучил характеристики и его лицо чуть просветлело. — У них есть пассивный бонус на скорость при получении урона — редкое свойство, в бою пригодится.
— Ладно, теперь я, — сказала Ди.
Секунды напряжённой тишины. Ди сосредоточенно водила пальчиком по воздуху, прикусив от напряжения губу.
— Мы с тобой два сапога пара. В прямом смысле, — Ди улыбнулась Брэйву. — Тоже мифический предмет и тоже сапоги. Пассивная способность — при получении урона есть шанс на срабатывание щита.
— Хм, вы оба рольнули двенадцать процентов. Если так дело пойдёт, то до артефакта точно доберёмся, — вставил Вилл.
Рандом, улыбнувшийся Брэйву и Ди, повернулся к Кромору другим местом. Ему выпал необычный амулет, уступающий по характеристикам предметам аналогичных уровней. Беглая оценка — не больше пятидесяти золотых на аукционе.
Над Намтиком рандом откровенно посмеялся. Ему выпали обычные кинжалы, которые в сравнении с его артефактом смотрелись как игрушечный пистолет рядом с базукой.
— Мда-а-а уж, — протянул Брэйв. — Вот это я называю непруха. Намтик-то у нас чуть ли не главная звезда турнира. Урона много внёс. Черновой работы проделал уйму. Решил пожертвовать собой, за что я тебе уши обязательно оторву. Тут как минимум два артефакта должно упасть, а выпал самый бесполезный предмет.
— Не расстраивайся, — Вилл похлопал Намтика по плечу.
— Да ладно, — грустно улыбнулся разбойник. — Главное, что турнир закончился и мы все целы.
— Я буду первым человеком в истории, который отрывает кому-то
Все улыбнулись. Вилл почувствовал, как Мория ласково погладила его по спине.
— Давай, кровавый хило-дд, остался ты, — улыбнулась она.
Вилл без особых надежд раскрыл инвентарь. С такими процентами будет за счастье выбить хотя бы мифический предмет. Об именном или тем более артефакте можно только мечтать.
Вы действительно хотите открыть «Сундук удачи»?
Вилл нажал «Да» и замер в ожидании. Пока шла активация, Вилл чувствовал, как замерли все остальные.
Вы получили «???»
Мысли сразу смешались в кашицу. Вилл вызвал описание предмета. Пусто. Вообще ничего. Никаких характеристик и каких-либо текстовых описаний. Их просто не было, хотя они имелись абсолютно на всех системных предметах.
Вилл задумчиво почесал затылок. Такого он точно не ожидал. Нет, это определённо системный предмет, иначе игра просто бы не пропустила его в сумку. Вилл попробовал вытащить предмет. Получилось. Выглядел он странно. Напоминал небольшой тёмно-серебристый кубок для питья. Где-то на шестидесятом уровне квестовая цепочка привела к одной важной торговой шишке, в комнате которого стояла исключительно золотая посуда. Этот кубок был другим: выглядел не так дорого, а края были не ровными, а странно плыли верх и вниз на манер волн. Вилл поднёс кубок ко рту. Пить из такого не очень удобно. Где-то посередине были вставлены два круглых рубина.
— Вилл? Это что? — спросила Мория. Остальные с нескрываемым любопытством смотрели на странный предмет.
— У него нет названия, — ответил Вилл. — Нет вообще никакой инфы. Я даже не знаю, какая редкость у этого предмета и что он делает.
— Может баг? — предположил Брэйв.
Вилл покачал головой. Сомнительно, что в такой простой сундук затесалась ошибка. Наверное, дело в другом…
— В этом сундуке есть шанс в один процент на получение артефакта или…предмета аналогичной силы, — задумчиво сказал Вилл. — А что если кубок — и есть этот предмет?
Все задумчиво уставились на загадочный кубок. Один из рубинов зловеще блеснул в свете масляной лампы.
— Может быть, есть знак? Или подсказка? — предложил Намтик.
Вилл повертел кубок под всеми углами, но ничего не нашёл. Когда он уже было хотел опустить руку, взгляд зацепился на едва заметно выгравированную надпись на самом дне.
.
.
— Ди, тебе знаком этот язык? — спросил Вилл.
Ди взял кубок и внимательно изучила фразу.
— Хм…все книги в этом мире написаны на русском. Очевидная условность, но всё же. Я предполагаю, что язык, на котором написана эта фраза, древний язык НИПов, но его упоминания я нигде не встречала.
Вилл забрал кубок и спрятал в инвентарь. Если это действительно так, то ещё одна деталька в странном пазле «НИПы с помутнённым разумом» встанет на своё место. В таком случае есть только один выход — найти способ перевести эту фразу и понять, что конкретно она означает.
Следующая неделя прошла подозрительно тихо. Вилл каждый день с неприятным предчувствием открывал новостные издания, но всё было спокойно. Никаких статей о внезапных исчезновениях игроков, никаких новостей о массовых убийствах на прокачке. Эрайз также говорил, что в Совете всё более или менее тихо. Это напрягало.