Миа
Шрифт:
Тот вновь превзошел все ожидания, совершенно серьезно ответив:
– Линзы могут менять цвет глаз. Но это чисто эстетическое дополнение.
Сделав еще несколько снимков, они вернулись в транспортный шар, где Миа, сняв линзы, поместила их обратно в бокс.
– Я буду делать свою личную коллекцию снимков и присылать их тебе, – пообещала она.
Транспортный шар отправился в путь.
Они продолжали обсуждать все возможности изобретения. Оказалось, Акайо не дал ему названия. По его признанию, он был не очень силен в сочинительстве звучных названий, но Миа отметила,
3
Через сорок минут космический шаттл «Звезда» плавно влетел через посадочный туннель. Миа и Акайо уже стояли у посадочной платформы, и сердце Мии гулко билось от предвкушения встречи с отцом. Она помнила каждую их разлуку, но ярче вспоминались дни, когда отец возвращался из звездных путешествий.
Он выходил на платформу, как только опускался трап корабля, и быстрым шагом направлялся к Мие. Она бежала к нему, расставив руки в стороны, и отцу приходилось вставать на одно колено, чтобы ее обнять, ведь раньше она была ниже ростом. Повзрослев, она не изменяла привычки вот так по-детски встречать отца. Это невозможно было искоренить, невзирая на социальный статус. Наверное, даже встав во главе космического города, Миа будет спешить в объятия единственного родного ей во вселенной человека.
Она следила за посадкой корабля, не отрываясь, пока ее не отвлек Акайо. Он счастливо улыбался. Миа посмотрела на их руки и осознала, что вцепилась в него мертвой хваткой. Она смутилась, а Акайо обрадовался. Что ж, пусть этот импульс был вызван эмоциональным взрывом, Акайо явно рад, что очутился сейчас рядом с ней.
– Я всего лишь пару раз общался с твоим отцом, – признался Акайо. – Надеюсь он меня помнит.
– Конечно! Ведь ты сын его лучшего друга еще со времен жизни на Земле. Он будет рад увидеть тебя вновь.
Акайо на этот раз улыбнулся нервно. Миа его понимала. Наверняка ему не хотелось выглядеть неуверенным в глазах столь выдающегося человека, как Георгий Кронов.
Двигатели корабля затихли, трап медленно опустился. На самом верху показался силуэт высокого, широкоплечего мужчины, облаченного в костюм капитана корабля. Уверенными шагами он спустился вниз, взглядом высматривая среди работников платформы Мию.
– Он выше, чем я запомнил, – пробормотал Акайо.
В его семье, впрочем, как и почти во всех семьях города, хорошо относились к Кронову. Отец Акайо, как и многие отцы семейств во всем городе, наверняка часто ставил Георгия в пример сыну, когда поднимался вопрос целесообразности внедрения новых технологий. Кронов считал, что человек должен потреблять только то, что действительно необходимо. Ради выживания, а не ради развлечения.
В школе, с самых первых классов, когда детям рассказывали о Великом Переселении, имя Кронова звучало постоянно. Для выпускников он был не просто лидером, а кумиром, о котором говорили с нескрываемым благоговением.
Миа потянула Акайо за собой к трапу, невзирая на его замешательство. Нечего смущаться, вот и пусть познакомится поближе со своим кумиром.
– Папа, наконец-то ты прилетел! – воскликнула Миа.
Георгий Кронов расплылся
– Я скучал, – проговорил он вполголоса.
– Я тоже скучала. В этот раз тебя долго не было.
Она отстранилась от отца, немного обиженно глядя ему в глаза.
– Прости, были веские причины задержаться.
Он еще секунду смотрел на нее с нескрываемой нежностью, на которую был способен отец, а затем перевел взгляд на Акайо.
– Меня зовут Акайо. Вы меня помните? Я сын Сэтору, – уверенно произнес он.
– Конечно помню! – Георгий поприветствовал его крепким рукопожатием. – Как поживают твои родители?
– Спасибо, они в добром здравии. Очень много говорят о вас.
– Постараюсь навестить твою семью в самое ближайшее время, – пообещал Кронов.
– Спасибо, что проводил меня, – сказала Миа, обращаясь с Акайо. – Я буду сообщать тебе о путешествии по мере возможности.
– Хорошего тебе полета, – сказал Акайо.
Миа обняла его, невзирая на пристальный взгляд отца.
– Был рад повидать тебя, парень, – произнес Георгий, предлагая Мие взойти на борт.
Акайо проводил их взглядом, а затем медленно побрел к транспортному шару.
Как только они поднялись на борт корабля, Миа кинула сумку на пол и, строго посмотрев на Георгия Кронова, скрестила руки на груди. Она несколько секунд выжидающе сверлила его взглядом, а затем произнесла:
– Где мой отец и почему ты, Адаптойт, принял его облик?
4
Помимо руководства проектом великого переселения, Георгий Кронов был знаменит умением создавать мощное оружие. Он наделил Космический Город всеми средствами защиты, которые только мог воплотить в жизнь. Недостаточно спасти людей от взбунтовавшего искусственного интеллекта, необходимо и в дальнейшем обеспечить колонии безопасность. Пересекая целой эскадрой планетные системы, остатки человечества подвергалось риску, который Кронов вместе с другими учеными сводили к минимуму.
Ему досталось право на разработку военных технологий, среди которых первое место занимали уникальные гибриды андроидов – Адаптойты. Уникальность этих биологических роботов заключалась в умении принимать любую форму, запрограммированную в базу данных. Отличить копию от оригинала было очень сложно. Адаптойт копировал не только внешнее сходство, но и брал во внимание индивидуальные для каждого человека повадки, поведение и привычки. Миа сразу определила подмену, но разыграла комедию для Акайо, которому не следовало знать, что ее отец на самом деле не вернулся на Filii Terra.
– Где он? – повторила Миа, и Адаптойт тут же начал менять внешность.
Все его клетки на молекулярном уровне пришли в действие. Вначале они потеряли цвет, а затем стали быстро перемещаться, становясь прозрачными, пока не исчезли вовсе. Теперь перед Мией стоял двухметровый робот, созданный из специальных металлических сплавов. Он имел две руки, две ноги и голову, но вот какие-либо другие признаки человечности в нем отсутствовали. Даже лицо было своего рода маской, похожей на космический шлем.