МИ (Цикл)

Гудкайнд Терри

Однако Тобиаса Брогана интересовали его глаза. Ведь именно в глазах отражается человеческая сущность, и на этот счет он редко обманывался. Когда стальной взгляд магистра Рала обратился на гостей, одни невольно попятились, другие застыли как вкопанные, а кое-кто вздрогнул. И когда этот взгляд остановился на Брогане, Тобиас сумел оценить сердце и душу магистра Рала.

Ему хватило мгновения, чтобы понять: этот человек очень и очень опасен.

Было ясно, что хотя магистр Рал молод и неловко себя чувствует в центре внимания, но в битве будет сражаться отчаянно и мстить до конца. Тобиасу

уже доводилось видеть такие глаза. Этот человек, подумал он, прошибет головой скалу, чтобы тебя убить.

— Я его знаю, — вдруг прошептал Гальтеро.

— Что?! Откуда?

— Сегодня утром я собирал свидетелей и наткнулся на этого человека. Я хотел привести его к вам для допроса, но появились эти двое гигантов и утащили его у меня из-под носа.

— Не повезло. Если бы...

Броган не договорил. Магистр Рал смотрел прямо на него, и Тобиасу показалось, что в него пронзительными серыми глазами вперился хищник.

Взгляд магистра Рала переместился к Лунетте. Она замерла. Удивительно, но губы магистра тронула легкая улыбка.

— Из всех присутствующих здесь дам, — сказал ей магистр Рал, — ваш наряд самый красивый.

Лунетта просияла. Тобиас чуть было не рассмеялся вслух. Магистр Рал только что передал гостям короткое, но содержательное послание: их положение в обществе для него ничто. Броган внезапно обрадовался: нет сомнения, Орден немало приобретет, если среди его вождей будет такой человек.

— Имперский Орден, — начал магистр Рал, — считает, что настало время объединить мир под новым законом — законом Ордена. Он заявляет, что во всех человеческих несчастьях повинна магия. Он говорит, что она — причина падения человека. Он утверждает, что магию следует изгнать из этого мира.

Некоторые в зале согласно забормотали, другие высказывались скептически, но большинство молчали.

Магистр Рал указал рукой на самое высокое кресло, стоящее в центре подиума.

— Ради осуществления этой цели, в свете того, что сам Орден провозгласил своей божественной миссией, он не потерпит независимости ни одной из стран. Орден желает, чтобы все оказались под их влиянием и шли в будущее единым народом: подданными Имперского Ордена.

Он на мгновение замолчал и, окинув взглядом присутствующих, продолжал:

— Но магия не является фундаментом зла. Это утверждение — всего лишь предлог, чтобы развязать войну за собственное господство.

По залу пробежал шепоток, кое-где вспыхнули тихие, но ожесточенные споры. Герцогиня Лумхольц вышла вперед, требуя внимания. Прежде чем поклониться магистру, она улыбнулась.

— Магистр Рал, то, что вы говорите, весьма интересно, но присутствующие здесь Защитники Паствы, — она махнула рукой в сторону Тобиаса, — утверждают, что магия насаждается Владетелем.

Броган не шевельнулся и не произнес ни слова. Магистр Рал даже не поглядел в его сторону. Он не сводил глаз с герцогини.

— Ребенок, только что появившийся на свет, — это магия. Назовете ли вы его злом?

Величественно подняв руку, герцогиня призвала к молчанию толпу у себя за спиной.

— Защитники Паствы свидетельствуют, что магия — порождение самого Владетеля и, соответственно, является воплощением зла.

Из разных мест

зала, в том числе и с балконов, послышались одобрительные возгласы. На этот раз магистр Рал поднял руку, призывая к тишине.

— Владетель — разрушитель, враг света и жизни, дыхание смерти. Насколько я слышал, только Создатель, своим могуществом и властью, создает все, что существует.

Присутствующие в один голос согласились с этим.

— В таком случае, — продолжал магистр Рал, — тот, кто говорит, что магия порождена Владетелем, — богохульствует. Разве способен Владетель создать новую жизнь? Нет, он может лишь уничтожить ее. И приписывать Владетелю возможность созидания, которая присуща только Создателю, означает отдавать ему власть над невинными существами. А это не что иное, как ересь.

В гробовой тишине магистр Рал наклонился к герцогине:

— Вы вышли вперед, сударыня, чтобы сознаться в ереси? Или чтобы ради своей выгоды обвинить в ереси кого-то другого?

С пунцовым лицом она отступила за спину мужа. Герцог, который давно уже утратил прежнюю невозмутимость, погрозил магистру Ралу пальцем.

— Можете сколько угодно играть словами, но факт остается фактом: Имперский Орден борется со злом Владетеля и хочет объединить нас в этой борьбе. Его цель — чтобы все народы процветали вместе. Магия же отказывает человечеству в этом праве. Я кельтонец и горжусь своей страной, но пришло время перешагнуть через обособленность отдельных и, как правило, слабых государств. Мы вели долгие переговоры с Орденом, и они показали себя весьма цивилизованными и порядочными людьми, которые желают вполне мирного объединения всех земель.

— Благородная идея, — спокойно ответил магистр Рал. — Однако она уже воплотилась в Срединных Землях, которые вы погубили из жадности.

— Имперский Орден — это совсем другое. Он предлагает подлинное могущество и прочный, длительный мир.

Магистр Рал сурово поглядел на герцога.

— На кладбище действительно мир нарушается редко, — заметил он и обвел собравшихся грозным взглядом. — Не так давно армия Ордена прошла по Срединным Землям, затягивая других в свои сети. Многие присоединились к ним, и войска Ордена стали сильнее. Армию вел д’харианский генерал Риггс, а офицерами у него были уроженцы других стран. Кроме того, им помогал волшебник по имени Слагл, кельтонец по происхождению. Эта армия обрушилась на Эбиниссию, столицу Галеи, тысячекратно превосходя в численности защитников города. Имперский Орден призвал галеанцев стать подданными Имперского Ордена. Жители Эбиниссии, помня свое обязательство защищать единство Срединных Земель, выступили против захватчиков.

Герцог открыл было рот, собираясь что-то сказать, но впервые за это время тон магистра Рала стал угрожающим, и он счел за лучшее промолчать.

— Галеанская армия защищала город до последнего человека. Волшебник воспользовался своим умением, чтобы обрушить стены города, и Имперский Орден ворвался в Эбиниссию. Но когда галеанские войска были уничтожены, Имперский Орден не стал занимать город, а прошел сквозь него, как стая диких зверей, — насилуя и убивая беспомощных жителей.

Магистр Рал наклонился вперед и ткнул пальцем в герцога Лумхольца.