МИ (Цикл)

Гудкайнд Терри

Они дошли до тяжелой каменной двери. За дверью виднелся темный коридор, ведущий в комнаты, вырубленные в скале, которая служила фундаментом всему Дворцу. Лампы едва освещали эти искусственные пещеры. На столах повсюду валялись книги и пергаменты. На стенах были высокие стеллажи. За столами в ближайшей ко входу комнате сидели две женщины и делали при свечах какие-то записи.

Одна из них подняла голову.

— Что ты здесь делаешь, дочь моя? — спросила она Пашу.

Паша присела.

— Мы пришли к Уоррену, сестра.

— К

Уоррену? Зачем?

Но тут из темного коридора вышел Уоррен.

— Все верно, сестра Бекки. Я сам их просил прийти.

— В следующий раз, пожалуйста, предупреждайте заранее.

— Да-да, конечно, сестра.

Уоррен стал между Ричардом и Пашей, взял их за руки и повел по книгохранилищу. Не пройдя и двух шагов, он страшно смутился, поглядел на Пашу, разжал руку и покраснел.

— Ты выглядишь… потрясающе, Паша, — пробормотал он.

— Ну, спасибо тебе, Крот… — Она сама залилась краской. — Извини, Уоррен, я не хотела тебя обидеть.

Он улыбнулся:

— Не беспокойся, Паша. Я знаю, что меня прозвали Кротом. Некоторые хотят меня обидеть, но для меня это звучит как похвала. Кроты ведь обладают способностью находить дорогу в темноте. Там, где не найдет дороги никто. Я тоже нахожу пути там, где другие ничего не видят.

Паша облегченно вздохнула:

— Я рада, Уоррен. Да, Крот, ты слышал? Джедидия упал с лестницы и сломал ногу.

— Вот как? — Он посмотрел ей в глаза. — Может быть, Творец преподал ему урок? Если слишком задирать нос, можешь и не разглядеть, что под ногами.

— Не думаю, чтобы уроки Творца пошли Джедидии впрок, — заметила Паша. — Я слышала, он так разозлился, что испепелил дорогой ковер.

— Это ты должна сердиться, а не он, — возмутился Уоррен. — Он так грубо с тобой разговаривал!

— Обычно он бывает любезен, но, наверно, сегодня я ужасно выглядела.

— Среди этих книг есть такие, на которые люди и смотреть не хотят, — сказал он, — но важно содержание, а не то, есть пыль на обложках или нет.

Паша снова покраснела.

— Ну… спасибо тебе, Крот.

Уоррен повернулся к Ричарду:

— Я и не надеялся, что ты придешь. Почти все обещают, что придут, но немногие выполняют обещания. Я очень рад, что ты не такой. Пойдем вон туда. Паша, боюсь, тебе придется подождать здесь.

Паша так резко наклонилась, что Ричард испугался: если она сейчас не выпрямится, платье соскользнет с ее пышного бюста.

— Что? — переспросила она. — Я тоже пойду!

Уоррен смутился:

— Но я должен проводить его в одну из дальних комнат. Ты ведь послушница, а послушницам туда нельзя.

Паша улыбнулась и выпрямилась.

— Крот, если туда нельзя даже послушницам, то как же ты можешь вести туда новичка?

— Он упоминается в пророчестве. Если пророки сочли его достойным упоминания, вряд ли они полагали, что он не должен этого знать.

Здесь, в подземелье, Уоррен, по-видимому, чувствовал себя куда более уверенно, чем во Дворце.

Здесь он был в своей стихии.

— Уоррен, ты ведь Крот, — сказала Паша. — Ты показываешь людям дорогу. А я отвечаю за Ричарда и тоже должна быть его проводником. Как я смогу пренебречь своими обязанностями? Я надеюсь, для меня ты сделаешь исключение. Ведь это важно. Я должна помочь Ричарду понять пророчество, чтобы он мог послужить Создателю. Разве не это самое главное?

Уоррен наконец отвел взгляд от декольте и, попросив своих гостей подождать, ушел поговорить с сестрами. Вернулся он очень довольный.

— Сестра Бекки разрешила пройти туда всем, — сообщил он. — Я ей сказал, что вы знаете древнед’харианский. Если она спросит, подтвердите это, хорошо?

— Какой-какой? — переспросила Паша. — Уоррен, ты что, хочешь, чтобы я солгала сестре?

— Да она не спросит. — Уоррен смущенно отвернулся. — Я уже сам солгал, Паша. Тебе лгать не придется.

— Уоррен, ты ведь знаешь, что они сделают, если поймают тебя на лжи! — встревожилась она.

Он заставил себя улыбнуться.

— Знаю.

— А что они сделают? — подозрительно спросил Ричард.

Уоррен нетерпеливо махнул рукой:

— Не важно. Пойдемте со мной.

Они долго шли темными коридорами, пока не уперлись в каменную стену. Уоррен нажал рукой на металлическую пластину, и потайная дверь открылась. Ричард увидел небольшую комнату. Посредине стоял стол, а позади тянулись стеллажи, уставленные книгами.

Четыре масляные лампы более или менее освещали подземелье. Уоррен нажал на пластинку с другой стороны, и потайная дверь закрылась, отделив их от внешнего мира. Он предложил гостям стулья, а сам подошел к стеллажу, достал с полки книгу в кожаном переплете и бережно положил ее на стол.

— Пожалуйста, не дотрагивайся до нее, — сказал он Ричарду. — Эта книга — очень древняя и очень ветхая. Последнее время ее читали чаще обычного. Позволь мне самому переворачивать страницы.

— А кто ее читал? — тут же поинтересовался Ричард.

— Аббатиса. — Уоррен едва заметно улыбнулся. — Когда она приходит сюда, то впереди идут два больших стража. Они велят всем уйти отсюда, чтобы аббатиса могла работать в одиночестве и никто бы не знал, что она читает.

— Большие стражи? — переспросила Паша. — Ты про тех двух сестер в ее приемной?

— Да, про сестер Улицию и Финеллу.

— Видели мы их сегодня, — усмехнулся Ричард. — Они мне особенно большими не показались.

Уоррен понизил голос.

— Если ты когда-нибудь их разозлишь, то убедишься, что ты не прав.

— Но раз отсюда всех выгоняют, откуда тогда ты знаешь, какую книгу читает аббатиса? — спросил Ричард.

— Знаю, — улыбнулся Уоррен. — Последнее время она всегда работает здесь. А я живу с этими книгами. Я всегда могу определить, касался ли их кто-то еще. Видишь следы от пальцев на пыльной обложке? Это не мои, а аббатисы.