МИ (Цикл)
Шрифт:
Глава 24
Ричард открыл глаза.
— Мне кажется, сюда кто-то идет.
Сестра Верна, сидевшая с другой стороны костра, отложила небольшую книжечку, в которой что-то писала:
— Ты коснулся своего Хань, да?
— Нет, — честно признался Ричард. У него затекли ноги. Он просидел без движения по меньшей мере час. — Но я не ошибаюсь. Сюда кто-то идет.
Каждый вечер повторялось одно и то же. Ричард сидел и добросовестно представлял себе свой меч на черном фоне, пытался нащупать ту силу,
— Я начинаю думать, что вообще не способен коснуться своего Хань. Я делаю все, что могу, но ничего не выходит.
Сестра поднесла книжечку к самым глазам и при свете луны принялась перечитывать написанное.
— Я уже говорила тебе, Ричард, это требует времени. По существу, ты даже еще не начинал. Не расстраивайся. В свое время это произойдет.
— Сестра Верна, повторяю еще раз: сюда кто-то идет.
Она снова начала писать.
— Если ты не коснулся своего Хань, Ричард, как ты можешь об этом знать?
— Понятия не имею. — Ричард почесал затылок. — Но я много времени провел в лесах. Иногда я отчетливо ощущал чужое присутствие. Разве тебе это не знакомо? Разве ты не чувствуешь, когда на тебя смотрят?
— Только если коснусь своего Хань, — не переставая писать, сказала она. Ее лицо, освещенное отблесками огня, было бесстрастно.
— Ты говорила, что эти места опасны. Сюда кто-то идет, сестра Верна!
Сестра открыла предыдущую страницу и принялась перечитывать написанное.
— И давно ты об этом знаешь?
— Я сказал тебе сразу, как только почувствовал. Довольно давно.
Она положила книжечку на колени и подняла голову.
— Но ты говоришь, что не коснулся своего Хань. Ты ничего не почувствовал в себе? Ни силы, ни света? Не ощутил присутствия Создателя? — Ее глаза сузились. — Лучше не лги мне, Ричард! Лучше не лги, когда дело касается Хань!
— Сестра Верна, ты что, оглохла? Кто-то идет сюда!
Она закрыла книгу.
— Ричард, я знаю это с того момента, когда ты только закрыл глаза.
Он удивленно посмотрел на нее.
— Так чего ж мы сидим?
— Мы не просто сидим. Ты пытаешься коснуться Хань, а я занимаюсь своими делами.
— Почему же ты ничего не сказала?
Сестра Верна со вздохом сунула книжечку за пояс.
— Потому что тот, кто идет сюда, еще далеко. Пока мы все равно ничего не можем предпринять, а ты нуждаешься в упражнениях. Ты должен пробовать снова и снова, пока не коснешься своего Хань. — Она со смирением покачала головой. — Впрочем, я вижу, ты сейчас слишком возбужден. У нас есть еще минут десять — пятнадцать. Самое время начать собирать вещи.
— А раньше? Почему мы не уехали сразу,
— Потому что, если нас выследили, ускользнуть уже не удастся. Это их земли; нам все равно не оторваться.
— Тогда зачем же ты собираешься бежать сейчас?
Она поглядела на него, как на безнадежного идиота.
— Не можем же мы ночевать здесь после того, как убьем их.
Ричард вскочил на ноги:
— Убьем?! Ты даже не знаешь, кто эти люди, а уже приговорила их к смерти.
Сестра Верна встала и выпрямилась, глядя ему в глаза.
— Ричард, я сделала все, чтобы этого избежать. Встретили ли мы до сих пор хоть одного человека? Нет. И это несмотря на то что людей здесь больше, чем комаров на болоте. Я избегала любого, кого могла ощутить своим Хань, я пресекла все попытки контакта. Я сделала все, чтобы обойтись без неприятностей. Я не хочу никого убивать, но эти люди хотят убить нас.
Теперь Ричард понял, почему они так петляли. Несмотря на то что неделя за неделей они уходили все дальше на юго-восток, делалось это несколько странным образом.
Без всяких объяснений сестра Верна то и дело меняла направление, а иногда даже возвращалась назад.
Ричард ни о чем не спрашивал. Во-первых, потому что не рассчитывал, что сестра Верна соизволит ответить на его вопросы, а во-вторых, потому что ему было, в сущности, все равно. Куда бы они ни ехали, он все равно остается пленником.
Ричард поскреб отрастающую бороду и начал забрасывать костер землей. Эта ночь, впрочем, как и все предыдущие, была на удивление теплой. Ричард терялся в догадках, куда подевалась зима.
— Мы даже не знаем, кто они такие. Нельзя же просто взять и убить любого, кто появится перед нами.
— Ричард! — Она раздраженно махнула рукой. — Далеко не всем сестрам удается благополучно миновать эти земли. Многие гибнут. Именно по этой причине мы, как правило, путешествуем втроем. Но я одна. Неприятное исключение.
Лошади забеспокоились: тихонько заржали, вскидывая головы. Ричард проверил, легко ли вынимается меч из ножен.
— И все же ты не права. Надо было уходить, как только ты узнала об их приближении. Если драться, то лишь тогда, когда нет другого выхода. А ты даже не попыталась его найти.
Скрестив руки на груди, она посмотрела на него.
— Эти люди намерены убить нас, — тихо, но твердо сказала она. — Нас обоих. Если мы попытаемся скрыться, они пошлют за подмогой, и по нашим следам пойдут сотни, если не тысячи. Пока, я надеюсь, за нами следит всего один — дозорный, и ему очень хочется расправиться с нами в одиночку. Поэтому я не хочу бежать: сейчас у нас есть еще шанс остаться в живых.
— Я не стану убивать людей по одному твоему слову, сестра Верна.
Они уставились друг на друга, и в этот момент Ричард услышал крик: женский крик. Он повернулся, напряженно вглядываясь в темноту. Никого не было видно, но крики, несомненно, приближались.