МИ (Цикл)

Гудкайнд Терри

— А как же ты сделал Меч Истины белым?

Ричард ответил не сразу:

— Помнишь, еще в Вестландии Зедд объяснял, как действует этот меч? Что ты не можешь убить им того, кого считаешь невиновным? — Она кивнула. — Так вот, Зедд ошибался. Когда меч становится белым, ты можешь убить кого угодно. Даже того, о ком точно знаешь, что он ни в чем не виноват. Даже того, кого любишь. — Взгляд его стал тяжелым. — Ненавижу магию.

— Ричард, твой дар только что помог тебе спасти жизни многих людей!

— А какой ценой? — прошептал он. — Стоит мне лишь

подумать о том, чтобы изменить цвет клинка, я сразу же вспоминаю, как я чуть было не убил им тебя.

— Но не убил же. А чуть — не считается.

— Мне от этого не легче. Если мне приходится убивать кого-то белым клинком, я чувствую боль — я чувствую боль даже когда просто думаю, что способен это сделать. Тогда я сразу вспоминаю, что я — Рал. — Он тяжело вздохнул и заговорил о другом: — На сборище нам надо быть очень осторожными.

— Ричард… После истории с бантаками вещи предстают в новом свете. Мы были дважды предупреждены о том, что говорить с духами — опасно. Может быть, лучше все-таки отказаться от сборища?

Он посмотрел куда-то в сторону:

— А есть ли у меня выбор? Владетель опережает нас. События развиваются слишком быстро, а мы все больше убеждаемся в собственном невежестве. Надо разузнать все, что можно.

— Но если духи предков не смогут нам помочь?

— Все равно мы узнаем хоть что-то. Нельзя пренебрегать ни малейшей возможностью: риск и без того велик. — Он мягко взял ее за руку. — Кэлен… Я не могу избавиться от ответственности. И от чувства вины.

Кэлен дождалась, пока он посмотрит на нее:

— Но почему? Потому что Даркен Рал — твой отец? Ты чувствуешь ответственность, потому что ты тоже Рал?

— Может быть. Но Рал я или нет, я не могу допустить, чтобы Владетель захватил всех живущих. Захватил тебя. Я должен найти способ остановить его. Даркен Рал преследует меня даже из могилы. Как ни крути, но причина во мне. Не знаю, как это вышло, но во всем случившемся моя вина. Я должен что-то предпринять, иначе погибнут все. А главное — погибнешь ты, и эта мысль причиняет мне мучения, которые я никогда еще не испытывал. И ради того, чтобы этого не случилось, я не остановлюсь ни перед чем. Я использую любую возможность, каким бы при этом ни был риск. Я должен пойти на сборище. — Он выразительно взглянул на нее. — Даже если я думаю, что именно здесь и таится ловушка, я обязан попытаться.

— Ловушка?.. По-твоему, оно может оказаться ловушкой?

— Не исключено. Нас ведь предупредили. Но по крайней мере мы будем настороже. — Он опустил взгляд. — На сборище у меня не будет меча. Как ты думаешь, удастся ли тебе вызвать молнию, если понадобится?

Кэлен покачала головой:

— Не знаю, Ричард. Я понятия не имею, как вызвала ее в прошлый раз. Это просто произошло, понимаешь? Я не знаю, как ею управлять.

Он кивнул и погладил ее по руке:

— Ну что ж, может быть, в этом и не возникнет необходимости. Может быть, духи предков помогут нам. Ведь они уже помогли мне один раз.

Внезапно он поднял руку и крепко сжал эйджил. Его серые глаза помутнели

от боли. Обхватив руками голову, он опустился на землю. Кэлен присела рядом.

— Мне надо отдохнуть, прежде чем отправляться обратно, — пробормотал Ричард. — Эти боли в голове меня доконают.

Кэлен с ужасом подумала, что он прав и боль в голове действительно убьет его, прежде чем они окажутся в Эйдиндриле. Скорее бы прошли эти сутки!

Когда они вернулись, день уже перевалил за полдень. Ричарду стало немного лучше, но в глазах его по-прежнему стояла боль. Они подошли к возвышению, где сидели старейшины. Птичий Человек шагнул им навстречу.

— Ну что? Видели ли вы бантаков? От Чандалена нет никаких известий.

Кэлен протянула руку, и золотой медальон упал в подставленную ладонь старейшины.

— Мы встретили их на севере, как и говорил Ричард. Ма-Бан-Грид посылает тебе этот дар в знак того, что войны между вашими племенами не будет. Они совершили ошибку и раскаиваются. Мы убедили их, что Племя Тины не желает им зла. Чандален, к сожалению, тоже совершил ошибку.

Птичий Человек важно кивнул и, повернувшись к охотникам, стоявшим неподалеку, приказал им вернуть Чандалена и его воинов. Кэлен показалось, что он чем-то опечален.

— Почтенный старейшина, что-то не так?

Взгляд его карих глаз был тяжелым. Он посмотрел на Ричарда, потом опять перевел глаза на Кэлен.

— Вернулись сестры Света. Они ждут в доме духов.

У Кэлен сжалось сердце. Она никак не думала, что сестры вернутся так скоро. Прошло всего несколько дней. Она повернулась к Ричарду:

— Сестры Света ждут в доме духов.

— Час от часу не легче, — вздохнул Ричард. — Сегодня ночью должно состояться сборище, — сказал он, обращаясь к Птичьему Человеку. — Будете ли вы готовы?

— Сегодня ночью духи предков появятся среди нас. Мы будем готовы.

— Соблюдайте осторожность. Ничего не принимайте на веру. Помните, от этого зависят наши жизни. — Ричард взял Кэлен за руку. — Пойдем-ка посмотрим, нельзя ли положить конец этим глупостям.

Они пошли по полю, обходя костры. Люди по-прежнему были повсюду — они ели, плясали, играли на боддах и барабанах. Детишек, правда, поубавилось: вероятно, многих отправили по домам, но другие еще плясали и играли возле костров.

— Три дня, — пробормотал Ричард.

— Что?

— Они вернулись через три дня. Но сегодня я отправлю их восвояси, а завтра мы улетим. Когда через три дня они вернутся опять, мы уже два дня как будем в Эйдиндриле.

— Если только в этом действительно есть какая-то система, — бросила Кэлен, не поворачивая головы. — С таким же успехом они могут вернуться через день. Или через час.

Она почувствовала его взгляд, но все равно не повернулась.

— На что ты намекаешь?

— У тебя только три попытки, Ричард. И я боюсь. Боюсь за тебя.