МИ (Цикл)
Шрифт:
Народный Дворец все еще был далеко, их цель – все еще не достигнута.
Погребальный костер Кары уже превратился в маленькую тлеющую кучку, от которой исходили волны тепла и неторопливо поднимались в стоячем воздухе струйки дыма. Ужасное свершилось, не осталось ничего, кроме пепла и воспоминаний.
Хотя Кара была далеко не единственной, кто расстался с жизнью в борьбе против Владыки мертвых и Ханниса Арка или, еще раньше, против императора Джеганя и Имперского Ордена, для собравшихся она символизировала все родственные души, потерянные ими на этом пути, всех тех, кто заплатил
Ричард был бесконечно благодарен Каре за то, что она не раз спасала жизнь Кэлен, когда его не было рядом. Кара, возможно, лучше кого бы то ни было сознавала важность Лорда Рала, который любил не только женщину, но и жизнь. Это было истиной уже очень давно. Потому что Кара так яростно сражалась, чтобы защитить его. Чутье подсказывало ей, что он, как и Кэлен, пришел в этот мир неспроста. Цель самой Кары, определенная ею добровольно, заключалась в том, чтобы, защищая его, помогать его предназначению.
Теперь Ричард словно оцепенел. Он с трудом поверил, что ее не стало. Кара была рядом так долго, сражаясь за него и плечом к плечу с ним, что стала ему сестрой, вездесущей защитницей и товарищем. Тем мучительнее было сознавать, что она пожертвовала жизнью, лишь бы он жил.
Он чувствовал вину, свою ответственность за ее смерть.
Ричард знал, что большинство воинов очень удивлены тем, что он, по сути, восстал из мертвых, что он действительно жив и вновь среди них, однако эти воины Первой Когорты были готовы к тому, что Лорд Рал способен делать такие удивительные вещи, какие им и не снились. В конце концов, они были сталью против стали, а он – магией против магии. Эта магия была для них, в общем-то, чуждой и таинственной, но они не раз видели ее могущество.
Воинов ошеломило появление Ричарда из выломанных дверей – снова живого и снова явившегося помочь им отразить нападение полулюдей, заполонивших крепость. Хотя в крепость вторглась большая орда этих тварей, это оказалось не то, о чем сначала подумал Ричард. Это не были шан-так, посланные Владыкой мертвых и Ханнисом Арком.
Это было племя полулюдей, отправившееся на охоту за душами после падения барьера, отгораживавшего Третье царство. Они тоже были полны решимости пожирать живых в надежде украсть себе душу, но дрались хуже, чем служащие императору легионы шан-так. И тем не менее они не только вторглись в крепость, но и убили множество людей в городе Сааведра.
Ричард с отрядом воинов отправился туда, чтобы добить последних полулюдей. Отыскать их было не сложно. Они не бежали от воинов. Завидев Ричарда и бойцов Первой Когорты, они выходили из зданий и переулков, усматривая в их появлении новую возможность заполучить душу. Но обрести душу им было не суждено – их истребляли с той безжалостной деловитостью, на какую были способны только Первая Когорта и клинок Ричарда.
Провожали их в иной мир вовсе не так, как Кару: для сотен мертвых полулюдей просто вырыли яму. Никто не сказал о них ни слова. Никто не пожалел об их смерти. Никто их не помянул.
Повернувшись к трем морд-ситам, стоявшим за его спиной, Ричард снял с шеи эйджил Кары.
– Я носил эйджилы многих женщин, умерших за
Кассия кивнула, не доверяя своему голосу. Как и большинство морд-ситов, она не вполне понимала, как реагировать на то, что к ней относятся с уважением. С тех пор как их подростками забрали из дому и начали обучать как морд-ситов, к ним относились как к цепным собакам и били, чтобы воспитать в них злобу – и максимальную покорность.
Ричард накинул цепочку на склоненную голову Кассии, а затем, покрутив немного красный эйджил в пальцах, осторожно позволил ему лечь ей на грудь. Он отступил на шаг и вытянул светлую косу морд-сита из-под цепочки, чтобы та могла обвить шею, и уложил косу вдоль плеча, с восхищением глядя на эйджил Кары.
– Лорд Рал, – наконец сказала Кассия, когда обрела дар речи и подняла взгляд, – я Каре не ровня. Я не…
Он приложил пальцы к ее губам, заставляя замолчать.
– Да, ты Кассия. Ты, и Лорен, и Вэйл сделали тот же выбор, что и она – ради свободы. Это проявление вашей силы. Ты личность, сильная по-своему, с уникальными талантами и способностями. Лучше всего ты будешь служить, если ты просто останешься собой, не пытаясь походить на кого-то другого.
Кассия кивнула, отчасти успокоенная.
– Я обещаю носить его с честью. Это даст мне ту силу, которой, сколько я помню, она обладала. – Она указала на Лорен и Вэйл. – Вместе мы трое сможем быть такими же сильными, как Кара.
Ричард улыбнулся.
– Надеюсь, с вами не будет втрое больше проблем.
Она нахмурилась.
– Пока вы позволяете нам защищать вас так, как способны только мы, с нами вообще не будет проблем.
Морд-ситы всегда были уверены, что они лучше знают, как защитить Лорда Рала. Ричард обменялся с Кэлен понимающим взглядом. Она ответила слабой улыбкой. Это ободрило его.
Кассия взмахнула своим эйджилом, свисавшим на прекрасной золотой цепочке с правого запястья, и поймала его рукой. Затем на миг замешкалась.
– Но, Лорд Рал, я не понимаю. Вы вернулись и как будто бы снова в порядке, и все же наши эйджилы по-прежнему не действуют. Узы должны были вдохнуть в них силу. Мы по-прежнему ничего не ощущаем.
Услышав это, Никки встряла:
– Как это – не действуют?
Кассия пожала плечами.
– Не действуют. Мы не ощущаем уз, связывающих нас с Лордом Ралом, и потому не чувствуем силы наших эйджилов. Все точно так, как было до смерти Лорда Рала.
Никки глянула на двух других морд-ситов. Те кивнули, подтверждая, что тоже не ощущают уз.
Колдунья обратила на Ричарда полный подозрительности угрюмый взгляд и, не спрашивая, положила руку ему на лоб. И отдернула руку почти сразу, как коснулась его. С потрясенным видом Никки убрала свои длинные светлые волосы за плечо.
– В тебе сохранилось отравляющее прикосновение смерти, оставленное Терновой Девой. – Она указала на Кэлен. – Она вернулась без него – оно осталось в подземном мире. В тебе оно по-прежнему есть.