Между Мирами
Шрифт:
– - Слушай, эммм...
– - прошептал я.
– - А нельзя ли как-то избавиться от кота? Ну просто, э, кгм...
Сэмми хихикнула.
– - Конечно, можно. Почему бы и нет. Эй, -- обратилась она к лихорадочно истребляющему мышей геймеру, -- а ты не мог бы временно уйти... на другой уровень бытия?
– - Мог бы, мурмяу...
– - лениво ответил кот, поставив игру на паузу.
– - Если нальёшь потом молочка.
– - Налью, -- пообещала Самаэлла.
– - Тогда я удаляюсь, -- церемонно взмахнул шляпой кот.
– - И компьютер
С лёгким хлопком компьютерный столик испарился. Из ниоткуда высунулась когтистая лапа и подхватила упавшую шляпу. А потом тоже исчезла. Недаром говорят, что коты - могущественные создания!
– - Ну, вот мы и вместе, -- шепнул я Сэмми и положил её на зелёные в белый горошек простыни.
– - А я купил тебе подарок. В канун Нового Года будет вечеринка, суматоха. Решил подарить сейчас.
– - И что там?
– - Самаэлла вытянула шею, заглядывая в пакет.
Я вытащил коробку. Сэмми нетерпеливо разрезала фольгу, и отклеила скотч. Коробка раскрылась как цветок, а там был....
– - ...целый замок из конфет! Алекс! С ума сойти!
Миниаютрное шоколадное королевство, с башенками и шпилями, часовнями и кипарисами. Газоны были сделаны из мармелада, а витражные стёкла - из леденцов.
– - Уууу!!! Шоколадные лягушки! Обожаю! Шоколадные дракончики! Ой, солдатики из миндаля! Принцессы из белого шоколада! Какая прелесть, Сашка!
Она взяла фигурку тамплиера, сделанную из пастилы, и медленно положила в рот. Со стороны она выглядела как великанша, пожирающая доблестного правителя. Я не удержался и прыснул от смеха.
Сэмми прижалась ко мне грудью, мягкой, словно подушка, и легонько укусила за ухо.
– - Ммм! Я же буду лопать это целую вечность!
– - Ну, я могу тебе помочь, -- рассмеялся я.
– - Разложить конфеты на твоём животике, груди и хорошеньких ножках, и.... Или вообще, посыпать тебя сахарной пудрой... Чтобы облизать.
Её глаза весело заблестели.
– - Любишь мои ножки?
Я хмыкнул:
– - Был такой земной поэт... Я помню строки:
Такие ножки бы одеть
В цветной сафьян или в атлас.
Такой бы девушке сидеть
В карете, обогнавшей нас!*
* Р.Бёрнс.
– - Ммм...
– - Самаэлла уселась на кровати, скрестив ножки.
– - А ещё? Хочу ещё!
Я погладил ноги Сэмми - от щиколотки до бедра.
Люблю ее, мой друг Эльвина,
Под длинной скатертью столов,
Весной на мураве лугов,
Зимой на чугуне камина,
На зеркальном паркете зал,
У моря на граните скал.*
* А.С.Пушкин, "Евгений Онегин".
– - Ах ты проказник!
Самаэлла внезапно обхватила меня руками, и повалила на себя. И её тело было горячим и сладким, словно кружка шоколада.
Глава 6. Канун Рождества
Малыш, ты уже вырос, и
Пышногрудая снегурочка
в мини-бикини.
Наступил последний день.
Всё было пропитано волшебство и эротизмом. Не удивительно, ведь большой процент населения Земли составляют индусы, а в Новый Год они почитают бога любви - Каму (коему посвящена Кама Сутра), и Кришну, обожавшего играть с пастушками. На Станции и так полно доступных девиц, но сейчас, по-моему, мне готовы отдаться все. Мимо проходят величавые валькирии, и одна из них кокетливо проводит язычком по губам. Чуть синеватые девушки-зомби шлют мне воздушные поцелуи.
Её чуть-чуть, и начнётся всеобщая оргия чувственности.
Такой магией грех не воспользоваться.
Вот, например - какой-то козлоногий сатир устроился у стены и играет на свирели, и к нему со всех сторон стекаются девушки. Прямо какой-то дудочник из Гаммельна, якорь мне в глотку! Только тот уводил из города крыс, а этому, видимо, нужны юные прелестницы. Чарующая мелодия гипнотизирует, они теряют волю. Надо с этим разобраться. И дудочку, того.... отобрать.
Я подхожу.
Вокруг мифического персонажа собралась уже целая толпа девушек. Они уселись на пол прямо у его копыт, и, раскрыв рот, внимают пению. Среди них - голые белокурые красавицы, несколько девиц в роскошных бальных платьях, пламенноволосая юница в блузке и миниюбке; негритянка в белых бусах. Кроме бус, ничего на ней нет.
– - Кхм, -- откашлялся я.
– - Простите, но я вынужден попросить вас прекратить.
Сатир опускает дудочку.
– - Я нарушаю?
– - спросил он приятным, хотя и слегка блеющим голосом.
– - Пока не знаю, -- сказал я.
– - Но, во избежание.... Хочу попросить вас сдать дудку, и не пользоваться ей, до тех пор, пока вы не пройдёте Вратами. И... я не хочу видеть вас ни с одной из этих девиц.
Сатир огорчённо вздыхает.
– - Неужто на вашей станции запрещено заниматься любовью? Я вам не верю! Там, где нет любви - туда придёт война!
Хиппи он, что ли?
– - Нет-нет, -- мягко объясняю ему я.
– - Заниматься любовью на Станции, разумеется, не запрещено. Но для этого есть специально отведённые места, отели, в конце концов. А.... гипнотизировать девушек - да, незаконно.
– - Это дискриминация!
– - возмущается сатир.
– - А как же боги?
Да, вынужден признать, что в чём-то он прав. Многие Боги обладают выраженной эротической аурой. Но они, по возможности, стараются не использовать свои способности, пока пребывают на Станции. Кто-то - более добросовестно, кто-то - менее. Хотя не всем это удаётся.
– - Ну, Боги есть Боги, -- объясняю я и обираю у него дудочку.
– - Что дозволено Юпитеру, то не дозволено быку. Явитесь за своим инструментов к стойке за два часа до отбытия. Я проверю по билету. А вы, дамочки - брысь!