Метисы

Сказочник Озорной

– Кому? – непонимающе, по-доброму спросил Минотавр.

– Городскому совету, – выкрикнул пожилой торговец так, что слюни полетели во все стороны, – вам, уродам подземным, территории специально выделили и не маленькие не для того, чтобы вы свои забавы устраивали рядом с жильем порядочных людей. Вы хоть знаете, сколько стоит мой дом и сгоревший товар?

– Не дороже твоей жизни, тебя и всех твоих близких из огня вытащили, – попытался достучаться до разума Орел.

– Живой, спасибо, а жить на что? Устроили пожар, а потом хотите, чтобы вас благодарили? – продолжал распаляться человек. – Ну, я на вас управу

найду, вы мне все вернете до последнего гроша, по миру пущу, но свое верну. Выродки подз......

– Рот прикрой, – с железными нотками в голосе проронил Богомол, осаживая человека.

– Вот ведь вляпались, – буркнул себе под нос Тигр, прекрасно понимая, что никто не собирается признавать их заслуги, – все, как у людей, а мы опять виноваты.

Торговец умолк, перестав кричать, и только гневно раздувал ноздри, гоняя воздух. Из соседних складов начали выглядывать осмелевшие зеваки, а к месту боя спешил отряд городской стражи, еще и с наемниками из числа гвардейцев и каким-то чиновником. Пузатый погорелец кинулся к ним и что-то затараторил, тыча пальцем в охотников, явно рассказывая какие-то небылицы, выставляя себя бедной жертвой, пострадавшей от глупых выходок заигравшегося отребья.

– Эй, толстяк, – выкрикнул Саламандр, привлекая к себе внимание погорельца и всех остальных, – как я понял дело в деньгах, так может рассчитаемся прямо здесь и разойдемся миром.

– Откуда у тебя, голодранца, такие деньги? Ты даже не представляешь, сколько стоит мой дом и товар, что там хранился, – начал вновь распаляться человек.

– Ты прав, не знаю, но… – после этих слов охотник с помощью топорика раскрыл раковину и извлек жемчужину, – я не знаю сколько и она стоит, но точно знаю – дорого, – крупная ало-красная жемчужина, сверкающая сотнями искорок в лучах раннего солнца.

– Этого все равно мало, – произнес человек более тихо, не сводя глаз с драгоценного шарика в руке метиса.

– Тут их много, забирай все.....

– Все равно мааллло… – попытался соврать толстяк, но дрожавший от волнения голос, его выдавал, – предлагаешь какую-то дешевку, – наконец он смог оторвать глаза от жемчужины и взглянув в лицо метиса, продолжил, – и вообще это территория моего склада и все, что на ней лежит и так мое....

– Ну, раз дешевка, – не дослушав торговца, Саламандр с небрежным видом выкинул жемчужину, постаравшись, чтобы она приземлилась между толстяком и стражей.

Торговец с неожиданным проворством прыгнул в грязь, приземлившись на четвереньки, обеими руками накрыл драгоценность. Поднял и начал аккуратно очищать ее от грязи, рот не произвольно расплылся в глупой улыбке, а глаза как будто остекленели.

– Значит не такая она и дешёвая, – произнес Саламандр, нависая над человеком. – А что касается остальных, никто не имеет право трогать то, что остается после охоты без одобрения общины. За нарушение виновный выдворяется из города и теряет все имущество в пределах его стен. Это ваш закон, – продолжал охотник с нажимом в голосе, – решай, либо забираешь жемчуг и расходимся с миром, либо ты его больше не увидишь.

– Согласен, согласен, – затараторил толстяк, энергично кивая головой, – если отдадите мне все, я согласен, – видно было, что слова давались ему с трудом.

– Забирай, – закончил Саламандр.

Торговец вскочил и побежал к валяющейся

неподалеку туше Ползуна, по пути что-то выкрикивая домочадцам, разобрать было сложно, волнение и переполнявшие его эмоции мешали, а также и то, что он пытался делать это на бегу.

– Вот это смена у тебя подрастает, – хлопнув друга по плечу, произнес Орел.

– Сам удивлен, – согласился Тигр, жестом подзывая сына, – и что это было?

– Прошу простить меня за дерзость, – произнес юный охотник, склонив голову, – за то, что говорил без разрешения от лица всей общины.

– Да, черт с ним, – произнес Минотавр, сгребая парня в медвежьи объятья, – дерзкий, чертяка.

– Это конечно не хорошо, что ты начал серьезный разговор ни с кем не посоветовавшись, – начал отец, – но у тебя и выбор был небольшой, ты поступил правильно, – и совершено другим тоном спросил, – ты лучше объясни, как ты понял, что ему этот жемчуг так нужен?

– Так это еще в школе, когда с советом матерей ходили на рынок. Иногда по делам с Достопочтенной матерью заходили в верхний город. Она встречалась с кем-то важным, а я ждал на улице, вот там и увидел магазины с большими прозрачными витринами вместо стен, а в них украшения из золота с камнями и жемчугом, красивые и очень дорогие.

– С волшебными камнями? – переспросил Богомол.

– Нет, с обычными драгоценными камнями. Люди ценят такие камни дороже золота и металлов, – подытожил Саламандр. – Ради такой награды они способны пойти на многое.

– Ну что, пердуны старые, век живи – век учись, – подколол товарищей Снежный барс, самый молодой из охотников золотого ранга, – думали, что все знали, а вот вам сюрприз – чуть подумав добавил – Чего-то мы задержались, не пора ли домой?

Охотники еще никогда не возвращались так поздно, солнце уже встало и на улицах появились первые прохожие, которые пугливо провожали взглядом крупный отряд метисов, бегущих рысцой. Рабочий день короток, он начинался сразу после восхода и заканчивался перед закатом. Еще немного и улицы будут заполнены спешащими по своим делам людьми. Тигр, бежавший в голове отряда, всматривался в лица встречных прохожих, обдумывая то, что произошло в порту.

Как давно он выходил в город после рассвета? Еще в школе охотников во время дежурства, а после ее окончания, когда получил свое первое имя, совсем перестал встречаться с людьми. Всеми торгово-денежными вопросами в общине ведали старейшины и совет матерей, распределяя жалование охотников и доход от торговли на покупку продовольствия или других необходимых общине вещей. Обычный охотник любой категории почти не встречался с людьми и не задумывался, что ими движет. Каждый в общине знал, что люди любят золото, на этом, пожалуй, все. Они существовали рядом, ходили по одним улицам, но никогда не пересекались и не пытались понять друг друга. Люди боялись метисов, считая их полудемонами, необходимым злом, с которым приходится мириться. Этот страх был продиктован гуляющими в изобилии по городу слухами. Ведь все же знают, что сгоревший квартал пал жертвой впавших в боевое бешенство метисов или то, что комендантский час объявлен потому, что бегающие по ночам ублюдки, не задумываясь, разорвут любого, не делая различий между человеком и монстром. Метисы же считали всех людей лживым, трусливым племенем, готовым на все ради золота.