Метида

Рог Ольга

— Метида, ты хочешь, чтобы я ломал тебя долго? В теле человека более двухсот костей…Насколько тебя хватит? Ты будешь послушной и будешь делать, что я скажу — взял за подбородок.

Ударила по руке. Нащупала в кармане куртки складной перочинный нож и всадила резким движением ему в ляжку. Феликс дернулся и накрыл мою руку своей, сжав до боли.

— Вот видишь, не такие мы и разные! — его глаза близко.

— Чертов псих! — шиплю — Ты мог кого-то убить сегодня!

— Мог — соглашается —

но сегодня этого в плане не было.

Сталкер рывком выдергивает лезвие ножа, открывает бардачок с моей стороны.

— Подержи! — сует мне пистолет с глушителем который достал от туда и роется дальше.

Едрит твою! Тяжелый металл лежал на ладонях, обжигая холодом. Сглотнула. Сталкер вытащил пачку эластичных бинтов, разорвал зубами упаковку и перетянул ногу, поверх раны.

— Сегодня скину тебе задание. Срок — до утра. Не сделаешь, один из твоих дружков умрет. А теперь пошла! — забирает пистолет, на который я так и таращусь, отворачивается и заводит машину.

23. Следователь

Весь известный мне набор мата был использован. Третья кружка кофе за час. Голова и так раскалывалась… Задание, которое скинул мне Сталкер, было подъемным для меня… но! В этом случае я становлюсь преступником. Хакер решил замарать меня по полной. Смотрела, как перекачиваются данные одного инвестиционного банка. Обойти систему безопасности удалось не сразу. Пропустила всю полученную информацию через программу-конвертор, изменив формат. Теперь Сталкер задолбается это все обрабатывать.

Посмотрела на второй экран…тикал таймер. Продержаться еще три дня, всего лишь семьдесят часов с небольшим. Моя программа "джокер" захватит и уничтожит все серваки Сталкера. После этого он пустит мне пулю в лоб., вспомнила его пистолет с глушителем. Но по другому нельзя… не могу иначе.

Доползла до дивана и вырубилась.

— Виктория Чернова?

— Да — голос хриплый от сна.

— Беспокоит следователь Карпов. Сможете подъехать для дачи показаний по вчерашнему инциденту?

— Смогу…

Сложив руки на коленях и опустив глаза, тяну нежным голоском о том, что такая у меня машинка красивая была. Слезы были настоящие.

— Не понимаю, что случилось — хлюпаю носом

— Хотели поехать с друзьями на обед, а тут каааак рва. нет — вижу в дверях, прислонившего к косяку Виктора Петровича и майора по совместительству.

Ткнув Карпову свои "корочки" под нос, попросил оставить наедине. Следователь побледнел и покосился на меня. Без возражений уступил свое место и тихо прикрыл за собой двери.

— Метида! Ничего не хочешь мне рассказать? Только не надо лепить мне вот это! — махнул протоколом, лежащим на столе.

Сжала губы. Молчу.

— Тааак,

понятно! — закуривает и ищет глазами пепельницу.

Не найдя ничего подходящего, открывает окно и садится на подоконник. Затягивается и выпускает струю дыма.

— Сильно вляпалась? — спрашивает даже по-отечески.

Киваю.

— Уверена, что справишься? — поднял одну бровь.

— Попробую — поднимаю на него глаза.

— В свое время, такой же был упертый и думал, что горы могу свернуть в одиночку — майор почесал щетину на скуле.

— А сейчас?

— Сейчас… бить врагов системы лучше окружая — в карих глазах посыл.

— Будь на связи! — обернулся в двери.

— Так точно! — помня, что к пустой голове руку не прикладывают, подняла и сжала кулак "но пасаран — «Они не пройдут»".

Вернулся следак и быстро начеркав мои показания, дал расписаться.

24. Семейное чаепитие

— Вика, ты где?! — в трубку настойчивый голос Константина Северина.

— Эммм… где-то на Невском.

— Точнее!

— Рядом с Галереей — кошусь на большое полукруглое здание торгового центра.

— Стой там! Скоро буду!

После допроса следователя, решила проветриться, где и застал меня звонок отца.

Северин-старший развернул меня за локоть и рывком прижал к себе. Впечаталась носом в широкую грудь вкусно пахнущего мужчины.

— Ты кушала? — отстранил от себя и посмотрел в глаза.

— Не. а — мотаю головой.

— Пойдем, накормлю ребенка — тащит к припаркованной машине.

"Ребенок" довольно откинулась на мягкое кресло, обожравшись так, что дышать трудно. Разомлела и свернулась бы прямо тут, калачиком. Тихая музыка. Бесшумно порхающий официант. Красивые панорамные окна на канал. Ценю маленькие радости. Вот такие минуты, когда особенно хорошо и частично спокойно.

— Еще десерт — двигает мне кусочек лимонного торта.

— Можно с собой завернуть? — прошу официанта — добавьте еще один кусочек, пожалуйста.

Северин сказал, что поедем к ним домой, а там сладкоежка — Кирилл.

— Дочь! Ты почему не говоришь, что у тебя неприятности? Почему я узнаю в последнюю очередь? — включает строгого родителя по дороге, в машине.

— Я привыкла все решать сама — пожимаю плечами — даже маму никогда не грузила.

— Кстати, где она? — бросает на меня нечитаемый взгляд.

— В Минске, в гости уехала — говорю расплывчато.

— Я не дам вам ее тревожить — заявляю резко — Константин, вы женаты! Не чего моей маме голову морочить!

— Понял твою позицию — кивает и задумчиво смотрит на дорогу.