Метель
Шрифт:
Жора начал замерзать.
– Ну, че ты? Идешь? – все так же хмуро спросила Алена. Она тоже чувствовала себя не в своей тарелке и в дом не спешила.
– Иду.
Он вздохнул и начал подниматься по ступенькам. У дверей отодвинул плечом сестру:
– Пусти. Я сам.
Мужик он или не мужик?
Вошел в просторные сени, оттуда, не спеша, направился в большую комнату, где женщины начали накрывать на стол, когда он собирался в церковь. Было это вчера, и Жора невольно вздохнул. Вчера и сегодня – большая разница. Дом Бурминых был чуть ли не самым большим
Где ж они все? В доме тихо. Он приоткрыл дверь и обомлел.
Во всю комнату тянулись сдвинутые столы, накрытые, как для банкета, но ничего на них не тронуто. У девственно чистых тарелок красовались пузатые рюмки и хрустальные бокалы, лежали столовые приборы. В разных концах стола над тарелками с едой возвышалась троица: сдвинутые бутылки с шампанским, водкой и красным вином. Блюда с холодными закусками были тщательно обернуты прозрачной пищевой пленкой. Словом, снимай ее, садись за стол, и празднуй!
На диване у окна дремала Катя. Она была в белом свадебном платье, при высокой прическе и в фате. И спала она, сидя, привалясь к спинке, чтобы не помять пышного наряда. Жора замер у двери. Он уже понял, что произошла ошибка. Правильно сказал батюшка: бес попутал. Метя хвостом, поднял клубы снега, перемешал все и всех, поперепутал.
А Катя-Катенька была так хороша, что он невольно ею залюбовался. Лицо той, вчерашней, расплывалось во мраке, Жора даже не мог с уверенностью сказать, какого цвета у нее глаза? А волосы? Вроде бы, темные, но не факт. А беленькая, разрумянившаяся во сне невеста, походила на ангела, и это ради него, ради Жоры Бурмина, она соорудила на голове пышную прическу, ради него надела фату и так принарядилась! Он чуть не завыл от тоски! Какая нелепость! Какая ужасная ошибка! Бежать! Немедленно отсюда бежать!
Жора попятился назад, в сени, но предательски скрипнула половица, Катенька вздрогнула и проснулась.
– Егорка! – сказала она с улыбкой. – Ну, наконец-то! Дождалась!
– Доброе утро, – с запинкой выговорил он.
– Что ж ты встал в дверях? Иди сюда, – позвала она.
Жора сделал несколько неуверенных шагов по направлению к своей бывшей невесте.
– Ах! Я, кажется, уснула! – зевнула она, прикрыв ладошкой рот, и стала еще краше. – Что было вчера, что было! Мы пытались проехать к церкви, но не видели ни зги! Какая ж поднялась метель! Свернули сюда, в Грибово, решили переждать. А метель все никак не унималась! Ну, что ж ты стоишь? Обними же меня!
– Значит, вы здесь заночевали, – хрипло сказал он.
– Ну да! Я ж тебе говорю: не проехать! Старожилы, сколько ни спрашивала, не припомнят такого! Потом нам сказали: там, у вас, провода оборвало, сидите, мол, тут, ждите, пока наладят. Все равно света нет. Я тебе звонила, звонила… На мобильный…
– И я… звонил…
– Егор! Да что случилось? Что ты стоишь, как
– В смысле? – напрягся он.
– Что венчание переносится на сегодня! Я велела за стол никому не садиться, твоя мама всех покормила, положила кого у нас в доме, кого у соседей… Как видишь, все цело. Салаты в холодильник убрали, поросят в сени вынесли, на холод, туда же студень. Сейчас поедем в церковь, венчаться, а потом… Егор, да что с тобой? Почему ты меня не поцелуешь? Я так скучала! Истосковалась вся! Иди же сюда!
Он нехотя подошел. На диване рядом с Катенькой лежал слегка увядший букет невесты. Жора покосился на него и помрачнел. Она поднялась, обхватила его за шею. Жора невольно отстранился:
– Погоди…
– О, как! – раздался голос Алены. Та заглянула в большую комнату и хмыкнула: – За стол-то не садились! Нас ждали! Ну и что делать будем? – спросила она у брата.
– Как, что делать? – удивилась Катя. – В церковь ехать! Дорогу расчистили!
– Да он же уже женат! – ляпнула Алена.
– Кто женат? – не поняла Катенька.
– Да брат мой!
– Погоди… – хрипло сказал Жора.
– То есть… Как это женат? – оторопела Катенька.
– Видишь ли… – он прокашлялся. – Пока мы тебя ждали… Ну, в общем, в церкви оказалась другая женщина… И я…
– Что ты? – в упор посмотрела на него Катя.
– Да мы с ней как бы повенчались.
– Как бы?
– Ну да. А Лена нам выписала свидетельство о… о браке.
– Ты на меня-то все не вали! – взвизгнула Алена. – Сам орал: хочу жениться!
– Погодите… – наморщила ясный лоб Катенька. – Я ничего не понимаю… Вы приехали в церковь. Выбраться оттуда не смогли, как и мы не смогли туда проехать. И ночью туда приехала другая женщина… Зачем?
– Она заблудилась, – пояснил Жора.
– Это я понимаю. Я другого не понимаю… Ты что ж, выходит, с ней обвенчался?!
– Ну да. В каком-то смысле.
Тут Катенька схватила с дивана букет и принялась хлестать его по щекам:
– Ах ты… Ах ты, гад! Ах ты, предатель! Изменщик!
Жора был с ней целиком и полностью согласен, потому контрмер не принимал, только жмурился, чтоб не выхлестала сгоряча глаза. Не выдержала Алена. Подскочила и попыталась Катеньку остановить:
– Да погоди ты! Погоди! Ну, выпили, с кем не бывает!
– Ах, вы были пьяные! Теперь я понимаю! Алкаш! – и бывшая невеста влепила ему полновесную пощечину, поскольку букетом завладела Алена.
– За дело, за дело. Жорка, терпи! – прикрикнула та. – Можно ж все исправить. Что вы, как ненормальные?
Но Катенька, не слушая ее, рухнула на диван и зарыдала:
– Какая же я несчастная! За что мне все это?! За что?!!
Тут в дверях появились и Жорины родители, которые услышали крики и прибежали на них.
– Что случилось? Егор! Ну, наконец-то! Где ж вы пропадали?
– А они женились, – рыдая, сказала Катенька.
– Как женились? – переглянулись отец с матерью. – На ком?
– А на первой встречной! Кстати, куда ж она делась? Что-то я ее не вижу! Покажи хоть жену законную!