Метель
Шрифт:
Говорят мы в ответе за тех кого приручили. Звучит как-то снисходительно и поверхностно. Как будто единственное, что может толкнуть человека на поступки это обязательство. Но именно так я оправдывал себя. Успокаивал, что мое вмешательство исходило лишь из беспристрастного чувства долга.
Я ничего не выжидал и не выведывал. Пусть это была чуйка, голос совести, обдуманный шаг взрослого человека или испепеляющее чувство вины, но в какой-то момент я просто взял и набрал нужный номер. Разговор был коротким. Ее мать оказалась мудрой
Сегодня мне доложили, что она вышла на учебу. Я так и не успокоился, пока не услышал это от своих людей. И вроде можно двигаться дальше, да только появилось непреодолимое желание поехать увидеть, убедиться лично! Только силой воли и простым вопросом: «Зачем?», остановил себя. Так я сделаю только хуже. Дам себе и ей надежду. Больше нет оправданных причин вмешиваться. Она сделала выбор, и я свой сделал.
Все дело в принципах. Железобетонных ориентирах, которыми я следую всю свою жизнь и которые помогают мне уверенно стоять на ногах. Был ли это результат воспитания или моя собственная натура, но доверять я привык одному уставу.
Бросая слова. нужно знать, что ты в ответе за каждое и готов принять последствия.
Уходя — закрывать двери. Не дразнить, не обманывать себя и не надеяться.
— Ты хоть прикинься, что компанию мне составляешь, — вдруг услышал недовольное замечание.
Отстранившись от своих мыслей, я сфокусировал озадаченный взгляд на Джокере, что сидел напротив, в компании длинноногой спутницы, которая не уставала пялиться в свой IРhоnе.
— Прости, братишка. Не о том думаю, — отозвался сдержанно и нехотя отложил мундштук.
— Я заметил, — бросил он сухо, сканируя меня изучающим взглядом. — Давай-ка выдергивайся из своего грузилова и расслабься уже.
Олег устремил недвусмысленный взгляд в сторону бара, где собрался целый ассортимент для «расслабления». Но в моем ленивом внимании даже на секунду не вспыхнул интерес.
— Заманчивая перспектива, — заметил ровным тоном, возвращая к нему свой бесстрастный взгляд. — Но не в этот вечер.
На самом деле нужно было отдать должное Олегу. Встреча в неформальной обстановке это редкость для нас, поэтому его негодование было оправданно.
Тем временем он без лишних прелюдий высвободил плечо из когтистых лап своей соседки и подался вперед, сосредоточив на мне взгляд исподлобья.
— Послушай, Самрат, — заговорил он вдруг наводящим тоном. — Я не знаю, из-за какой белоснежки ты так склеился, но завязывай уплывать в нирвану. Ты ведь не просто так сюда пришел? Значит, чуешь, что нужно менять положение.
Взбодриться, отойти. Лично меня твоя кислая рожа уже нихера не вставляет.
В любой другой ситуации, я бы спокойно и даже с юмором воспринял воспитательный подзатыльник Джокера. Но сейчас был не в том настроении, чтобы слушать нотации даже
— И че ты предлагаешь? — обращаюсь к нему с той же небрежной подачей в голосе.
— Тебе анекдот что ли рассказать?
В ответ Олег натянуто ухмыляется и предупреждающе цедит:
— На дерзкий разговор решил съехать, дружок?
Баба рядом с ним даже оторвала свои ресницы от дисплея, уловив, как стремительно накаляется атмосфера вокруг. А мне только этого и надо. Выплеснуть все дерьмо, что ноет под ребрами. Любыми путями.
Однако вопреки многообещающим представлениям в моей голове, Олег придвигает к себе чистый бокал и небрежно наполняет его порцией вискаря. Через секунду этот бокал резко едет ко мне, но я успеваю его поймать.
Некоторое время мы испытываем друг друга враждебным взглядом. Он не понимает меня, я — его. Но мне становиться интересно, что он задумал и, чувствуя, отголоски азарта, я опрокидываю в себя содержимое бокала.
— Доволен? — выдавливаю, запустив по скользкому столу, пустую емкость.
— Нет, — тут же отрезает Олег, перехватывая бокал, и льет новую порцию, затем снова толкает его ко мне.
— Это тебе не гребаное лекарство, — огрызаюсь раздраженно. — Ушататься я мог бы и без твоей помощи!
— Так тебе, брат, сейчас никакая медицина не поможет, — невозмутимо отвечает он.
— Ты ж лечиться нихера не хочешь! Как пес в клетке загнался в край и сам не рад.
Только бес толку рычишь на весь свет.
— Ты че несешь вообще?
— А ты думаешь, я не догоняю?! Глянь, как тебя подкидывает. Потому что не определился. не разобрался до конца в своих приоритетах и желаниях, — распалился Олег — Допускать кого-то к себе всегда чревато. Любить — вообще больная тема, бра Но за свое бороться не стремно. А уж за кого бороться — выбирать тебе. И кого хоронить. тоже.
Не думал, что когда-нибудь услышу от Джокера такие затейливые речи. Смотрю на него и понимаю, что в голове даже не созревает путевого ответа! Или мне тупо ответить нечего. Поэтому не нахожу ничего лучше, чем опрокинуть в себя новую порцию алкоголя.
Как только бокал приземляется на стол, над моим ухом неожиданно разносится приглушенный бас, после чего я не спеша оборачиваюсь в сторону вип-зоны.
— Я оставлю тебя ненадолго, — отстраненно сообщаю Олегу. что уже успел проследить за моим вниманием.
— Не вопрос, — отозвался он вкрадчиво, не отрывая взгляд от Саши. что ждал меня в сопровождении двух крепких ребят. — Я не против даже если ты задержишься. братишка.
Глядя прямо перед собой. я пересек зал, не замечая за собой тень телохранителя, и поднялся по нескольким ступеням на огороженный ярус ВИП-зоны. Мой взгляд был спокоен, когда я приблизился к бывшему водителю. Да и голос не выдавал не единого намека на какое-то напряжение между нами.
— Здравствуй, Саша.
— Самрат… — сдержанно отзывается он.