Мета IV
Шрифт:
Анна хотела быть полезной — той, на кого окружающие будут полагаться. Не только Артоф. Сильной как Ирис или незаметной как Ворон. Все, чем она могла похвастаться — это нюх, однако применение у данной способности было ограниченное.
Но не это было главной проблемой. Она начала понимать, что ей становится все более неуютно в городе. Что морф-облик ей привычнее и удобнее человеческого. Артофу она в этом признаться не смогла, но самой себе можно было и не врать.
Через какое-то время большая собака юркнула под сень высоких деревьев. Хвойные гиганты стояли такие же невозмутимые, как и зимой, а вот лиственные деревья расцвели и зазеленели
Наконец она взяла след стаи. Почуяв знакомый запах, Анна обрадовалась и побежала вперед.
Это случилось уже в первую ее вылазку из города: к удивлению героини, она наткнулась на ту самую небольшую стаю гончих, которую заметила возле Вольной Станции. Звери сменили местообитание, прибыв поближе к Усть-Корсе. Анна не была уверена полностью, что неразумные гончие искали именно ее, но думать так было приятно.
Вскоре она выбежала на небольшую полянку, на которой отдыхало трое гончих. Звери всполошились, но быстро поняли, что прибыл вожак стаи, и принялись встречать ее. Кто-то терся о ее бок, кто-то поскуливал, подобострастно склонив голову. Процесс выяснения главенства не занял у них много времени. Прежний вожак не сумел одолеть Анну, и она получила титул главы этой небольшой, но гордой стаи.
— И я ррада видеть вас! — скорее пролаяла, чем проговорила Ищейка. — Голодны? Поохотимся?
— Уф-гву-ф! — ответила самка, что означало согласие.
У гончих имелся свой язык, с помощью которого они общались и выражали чувства. Предельно скудный в сравнении с людским, хотя в отдельных категориях они могли дать им фору. Анна далеко не весь их лай и рычание понимала, но постепенно училась языку гончих.
— Тогда на охоту! Ау-у-у-ф! — торжественно завыла Ищейка, и ее клич подхватила стая.
Девушку заполонило предвкушение грядущей погони и приятного ужина в кругу подчиненной стаи. Здесь она чувствовала себя по-настоящему свободной. Здесь она ощущала себя главной, а не все лишь крохотным винтиком в большом механизме людского общества.
Вдруг ноздрей героини коснулся странный, чужеродный и одновременно смутно знакомый запах. Аромат не принадлежал лесу, но где-то она его чуяла раньше. Анна насторожилась и внимательно обозрела округу. Никого рядом не было, в том числе и в воздухе. Запах был слишком слабый, и она не могла точно определить, кто же является источником. Зато она поняла, в каком направлении находится объект — наверху.
Ищейка выпустила когти и прыгнула на ближайшую высокую ель. Вонзая острые шипы в податливую древесину, Анна быстро забралась к самой верхушке. И здесь, наконец, запах стал более четким, что позволило ей узнать источник.
— Воррон?! Ты тут?!
— М-да, интересные у тебя хобби, Ищейка, — хмыкнул невидимый супер.
Раздались легкие хлопки крыльев, и Анна поняла, что Дмитрий улетает прочь. Ищейка застыла в ужасе, представив себе последствия. Артоф будет определенно недоволен, что она якшается с дикими гончими. Но отправлять человека следить за ней — это дурной поступок!
Ищейка спустилась вниз, где ее ожидала настороженная стая.
— Сегодня без меня! — рыкнула она и понеслась со всех лап обратно в город.
Прибежав к особняку,
— Похоже, наигррались, — фыркнула она, обернувшись в людской облик.
Считая, что у нее будет моральное преимущество, девушка прошла в поместье. В гостиной ее уже ждал Артоф, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Ворон — гад. Сдал с потрохами.
— Значит, под луной ты гуляешь не одна?
— Я нашла дррузей в лесу! Но они соверршенно безобидные. Я учу стаю держаться подальше от людей и помогаю в охоте, — затараторила Анна, напуганная серьезным взглядом Кройца. — Ничего плохого не делаю, вот…
— Уже нашла себе самца?
— Что?! Как ты только мог подумать о таком?! — задохнулась она от возмущения. — Я… я не зоофилка!
— Я знаю, как все это проходит у Морфов, которые теряют контроль. У тебя налицо все признаки: отстраненность от людей, непроизвольный переход в Морф-облик, потакание инстинктам, желание жить среди своих. Все это приведет к тому, что ты станешь таким же, как Шатун: неспособным вернуться в человеческую ипостась.
— Нет, я…
— Я разочарован в тебе, Анна, — покачал он головой. — На этом предлагаю закончить наши с тобой отношения.
— Что?!
— Глава рода не может встречаться с собакой, — пожал он плечами. — Думаю, это очевидный факт. Ты находишься на пути к расчеловечению. Но это не значит, что мы собираемся оставить тебя одну. В Мета-корп тебе будут всегда рады. Ты можешь занять одну из новых комнат в центральном крыле. Или в Триумф-тауэр поселиться.
— Это… конец? — печально произнесла Ищейка, взглянув на немногочисленных свидетелей разлада.
Она почувствовала, как по щекам катятся слезы.
— Мне жаль, подруга, — произнесла Ирис. — Но я понимаю его доводы.
— Выбирай, Анна Смирнова, — проговорил Артоф строго. — С кем ты: с людьми или со зверьми. Выбирай умом или сердцем — как посчитаешь нужным.
Глава 28
Шмыгая носом и утирая катящиеся слезы, Анна забрала свои вещи из спальни и перетащила в одну из обычных гостевых комнат. В голове ее царил сумбур. Лес манил ее со страшной силой, но и оставлять близких друзей и любимых было очень больно. Она не могла выбрать, что для нее важнее: стая или Артоф. Ведь из рода никто Ищейку не выгонял. Она все еще оставалась важным участником клана. На кону стояли лишь ее чувства к Артофу, от которых он резко отказался. На этот раз Анна понимала, что перевести все в шутку или как-то оправдаться не выйдет. Она действительно должна принять тяжелое решение.
Следующие дни прошли как в тумане. У Анны никто не отнимал доступ к секретным помещениям, поэтому она могла ходить по особняку свободно. Ирис не выказала к ней какого-то сочувствия. Подруга не могла понять, из чего здесь можно вообще выбирать. Лес не казался Ирен привлекательным. Чародейке разрешили приезжать каждый день, чему новая любовница Песца была безумно рада.
Анна иногда заходила в мастерскую и с грустью наблюдала за тем, как они увлеченно работают вместе. Артоф все еще занимался своим развитием, поэтому занятия сводились в основном к теории и указанию ошибок. Также Песец передал Романовой свой ценный браслет. Анна знала, что в нем сокрыты технологии его родины, поэтому данный жест означал крайнюю степень доверия. Впрочем, причиной тому мог быть тот факт, что они собирались напасть на легендарного супера, и любая помощь могла понадобиться.