Месть
Шрифт:
– Арсюша! Значит ты вернулся? – раздался женский голос за спиной парня, от которого он вздрогнул.
Он просто не ожидал, что кто-то может к нему зайти. Это была та самая соседка, правда немного постаревшая, на лице которой прибавились морщинки и волосы поседели ещё больше, но добродушное лицо было тем же.
– Тётя Лена? Вы? – с удивлением, воскликнул Арсений, увидев соседку, которая помогла ему в ту роковую ночь.
– Ну да, кто же ещё? Вижу, к дому парень подходит, сразу узнала тебя, вот
– Это Вы в доме убрались? – спросил Арсений, пройдя в комнату и садясь за стол.
– Да, попросила этого капитана, чтобы разрешил. А то ведь так было тут…страшно вспомнить. А потом, должны были дом то заколотить, вот я и подумала, столько лет…всё в крови, как же? – не находя нужных слов, бормотала женщина.
– Спасибо Вам за всё тётя Лена – ответил Арсений, не смея пригласить её сесть.
– А я вот поесть тебе принесла сынок. С утра пирожков напекла, ещё горячие, ты бы поел… Может чаю поставить? Надо газ включить, вентиль повернуть. – беспокойно говорила тётя Лена.
Но есть здесь, Арсений пока не мог. Да и дед его перед уходом накормил.
– Спасибо, я сейчас не хочу. Я плотно позавтракал у родственников – ответил Арсений.
– Ну ты тогда здесь сам…это, располагайся. Тебе наверное одному хочется остаться. Я пойду, а ты заходи на обед, не стесняйся. Да и друга своего, бывшего одноклассника повидаешь – сказала тётя Лена, проходя к выходу и понимая, что есть тут пока Арсений не сможет.
– Спасибо. Я обязательно зайду. Как он Володька? – поинтересовался Арсений.
– Да, хорошо. После школы училище закончил, ты же знаешь, он любил возиться с приёмниками, да магнитофонами. Совсем маленький был, а всё понимал. Вот и выучился на этого, радиомеханика. Ты заходи, он рад будет – ответила тётя Лена.
Проводив женщину и поблагодарив её ещё раз за беспокойство, Арсений прошёлся по дому и воспоминания нахлынули на него. Он открыл ящик в стенке, где стояла красивая посуда фарфора и хрусталя, мать очень любила посуду и вытащил альбом с фотографиями. Он медленно перебирал снимки родных ему людей, бабушки и дедушки, отца и матери, где были такие счастливые лица, с улыбкой смотрящие на него. Так с фотографиями в руках, Арсений уснул на диване.
Арсений проснулся от того, что кто-то гладил его по голове. Открыв глаза, парень никого не увидел.
– Но я ясно чувствовал… Мама? Папа? – вдруг прошептал он.
Окна были заколочены и напрочь закрыты, но занавески колыхались, от чего у Арсения побежали мурашки по телу. Он резко встал с дивана и подошёл к окну, лёгкий ветерок коснулся его лица, парню стало жутко в душной комнате и он выскочил во двор. С ожесточением, он стал отрывать доски с окон, они не поддавались. Забежав в сарай, за домом, он вынес топор и принялся опять выковыривать гвозди, уже топором. На толстых рамах остались дырки от гвоздей. Он долго стоял и смотрел на эти дыры, а в голове вертелась мысль.
– Это мама гладила меня по голове. Значит…души умерших всё же существуют-
Войдя в дом, он раскрыл окна настежь, ему казалось, что он задыхается.
– С ума бы только не сойти…чёрт, что же это было? – подумал Арсений.
Одному оставаться в доме не хотелось, он решил пройтись до своего бывшего одноклассника Володьки, как и приглашала тётя Лена. Володька сидел во дворе своего дома, где стоял деревянный стол под ветвистой яблоней и при нём скамья с двух сторон. На столе были разбросаны запчасти, мелкие и крупные, тут же лежал паяльник, включенный в переноску, который длинным шнуром, выходил из окна дома.
– Привет! Мастеришь? – спросил Арсений, войдя во двор.
Володя поднял голову, оторвавшись от дела, чего ему явно не хотелось. Но увидев друга, с которым он очень давно не виделся, парень вскочил со скамьи и подошёл к Арсению.
– Арсений? Ты? Как я рад тебя видеть! Изменился ты…на дядю Женю стал похож. Он тоже был такой, спортивный, крепкий и красивый. Как ты? – восклицал Володя, обнимая друга.
Но увидев, как Арсений помрачнел, когда Володя заговорил о его отце, отпустил его и проговорил.
– Прости друг. Не хотел тебя ранить. Да, жуткая история тогда произошла. Её ещё долго обсуждали и в школе у нас и на улице. Ты как-то сразу так уехал, я даже не успел с тобой попрощаться. И адреса твоего не знал, а хотел навестить тебя.
– Ну вот, я сам пришёл. Теперь часто будем видеться с тобой. Ведь у меня и друзей кроме тебя нет – ответил Арсений.
Но разговор ребят прервала тётя Лена, мама Володи.
– Ааа… Арсюша! Как хорошо, что ты зашёл. Поужинаешь с нами? – спросила она.
– Спасибо тётя Лена. Здравствуйте. С удовольствием – ответил Арсений.
– Ну тогда заходите в дом, на террасу, я почти собрала на стол. Борща Вам налью. Наваристый борщ, заходите. Володя, давай уже, оставь свои дела. – прикрикнула тётя Лена на сына.
Парни вошли в дом, который и начинался с террасы, с большими окнами и короткими занавесками на них. У окна большой стол и стулья, у стены старый сервант с посудой, у другой стены диван, который стоял под окном в спальню Володи и дорожка на полу. Парни сели за стол, на котором стоял нарезанный чёрный хлеб, сметана прямо в банке и накрошена зелень в тарелке. Тётя Лена разлила в глубокие тарелки борща и поставила перед ребятами.
– Борщ и правда вкусный, я помню этот вкус, Вы в детстве меня угощали – сказал Арсений, откусывая хлеб и отправляя в рот, очередную ложку борща.
– Ешь на здоровье сынок – ответила женщина, вытирая краем фартука глаза от набежавшей слезы.
Ребята поели и опять вышли во двор. Сев на скамью, за стол, Володя пригласил сесть и Арсения. Идти домой не хотелось, хотя на улице и было уже темно. Во дворе горела лампа, освещая стол с инструментами, Арсений сел и внимательно посмотрел на радиозапчасти.