Месть
Шрифт:
– Ваше величество...
Эти строгие слова развеяли страх, но не более того. Бесконечно потрясенная, Элисса смотрела на человека, которого любила всегда. Она больше не чувствовала собственного тела – оно слово онемело. Да, это и в самом деле он, красавец Торкин Гинт, отец ее мертвого сына. Этот человек безумно любил ее и ради ее спасения пошел на смерть. Она собственными глазами видела, как камень расколол ему голову. Она видела, как кровь хлынула у него из раны, и вместе с кровью ушла жизнь. Видела – и потому долгие годы пребывала в отчаянии, пытаясь смириться с потерей любимого.
И вдруг
Словно десяток кулаков одновременно ударил ей в живот. Неужели Меркуд снова победил? Неужели старый хитрец сумел вырвать Тора из лап смерти?
Элисса обернулась и посмотрела на Саксена, но он стоял, потупившись, чтобы не встречаться с ней взглядом. Саллементро явно не участвовал в этом заговоре, но и он отвел глаза.
Королева снова повернулась к Тору. Он так и стоял, преклонив колено. Можно подумать, ему интереснее разглядывать травинки, чем ее.
Горе обрушилось на Элиссу, словно морская волна. Еще немного, и она захлебнется, не успев последний раз вдохнуть воздух. Боль, страдание, гнев... Три старых товарища, которые снова вернулись, чтобы потешаться над Элиссой Квин.
– Встань! – она наконец-то нашла силы заговорить. – Встань и посмотри на меня, предатель.
В первый миг никто не пошевелился. Этот приказ застал врасплох даже ее саму. Затем Тор поднялся на ноги.
– Посмотри мне в глаза, – приказала Элисса.
Тор чуть поднял голову, и крохотные огоньки, которые сопровождали его в течение последних дней, осветили его лицо.
Значит, это были все-таки Небесные Огни, догадалась Элисса. Ее трясло, и приходилось со всей силы стискивать кулаки, чтобы справиться с собой. Теперь, когда его лицо было озарено ярким светом, сомнений не оставалось. Таких немыслимо голубых глаз не могло быть ни у кого, кроме Торкина Гинта. В следующий миг Элисса разглядела красноватый шрам на лбу – след от того самого камня.
Гнев вскипел в ней. Элисса сделала шаг к Тору и занесла руку, и случилось то, чего не ожидал даже он. Как маленькая, хрупкая женщина смогла не просто дотянуться до его щеки, но и отвесить пощечину такой силы, что он пошатнулся?
А потом королева разрыдалась. Все слезы, которые скопились за годы печали, потоком хлынули из ее глаз.
«Тор! – предостерегающе крикнул Клут. – Сюда кто-то идет».
Джил обыскал весь дворец и его окрестности, но безуспешно, и не на шутку встревожился. Неудивительно: у него не оставалось сомнений, что королева находится за стенами дворца, хотя ворота оставались закрыты. Никто из стражи ее не видел, Саллементро тоже исчез. При этом все, как один, утверждали, что ни Ее величество, ни придворный менестрель во дворах дворца не появлялись. В таком случае, куда они подевались? В конце концов, юноша снова оказался возле кухни, но внутрь заходить не стал. Он уже не сомневался: если Элиссе захотелось тайком покинуть
В этот миг со стороны рощицы, из-за пригорка, донесся приглушенный вскрик. Звать подмогу было некогда. Джил со всех ног бросился туда. Только он один отвечает за безопасность королевы Таллинора. Если с головы его матери упадет хоть один волос, виновный заплатит за это собственной жизнью.
Юный офицер влетел в рощу с обнаженным мечом в руке, пробился через подлесок... и замер как вкопанный. Какой-то рослый темноволосый человек поднимался с земли. Похоже, кто-то сбил его с ног. Рядом стояли Саллементро и Саксен. Саксен? Будь он неладен! Он-то откуда взялся?
Клук обнимал за плечи королеву, а та безутешно рыдала.
– Во имя Света, что здесь происходит? – крикнул он, приставив к горлу незнакомца острие меча.
Саксен понял, что должен вмешаться. Парень явно не в себе и сгоряча может натворить дел.
– Успокойся, Джил. Ее величество жива и здорова. Просто она только что получила известие, которое ее очень взволновало... и огорчило. Нам надо проводить ее назад во дворец.
Джил пристально посмотрела на Саксена, потом на Саллементро. Клук явно что-то не договаривал. Однако в рощице было темно, и юноша едва мог разглядеть лица людей, которые стояли перед ним – не говоря уже о том, чтобы понять их настроение. Нет, Саксену он готов доверить свою жизнь, и мать могла бы подписаться под этими словами. Так есть ли причины отказывать клуку в доверии?
– Ты! острие меча коснулось шеи темноволосого человека. – Ты кто такой?
Тор был готов ответить, но Элисса опередила его. Она уже овладела собой и говорила, как истинная королева.
– Это наш общий друг. Он привез важные вести. Твой долг принять его, как любого почетного гостя.
Джила охватили сомнения, однако он отвел меч и убрал его в ножны, а потом шагнул к Элиссе.
– У тебя все в порядке, мама?
Королеве удалось улыбнуться, хотя в глазах до сих пор стояли слезы.
– Прости, что обманула тебя, сын, – она коснулась его щеки. – Просто мне кажется, что ты слишком меня опекаешь. Все хорошо. Проводишь нас? Идем, старый друг, – она говорила весело, но было слышно, что это лишь притворство. – Нам есть о чем побеседовать.
– Ваше величество... – проговорил Тор, и все взгляды обратились к нему. – Я... приехал не один. Будет ли мне позволено взять с собой моих спутников?
Саксен в отчаянии закрыл глаза. Встреча с Тором оказалась нелегким испытанием для Элиссы. То, что она увидит потом, может убить ее.
– Как хочешь. Я рада всем вам.
Как беззаботно она это произнесла... И голос у нее больше не дрожит, и голову она держит высоко, как всегда.
Королева взяла своего приемного сына под руку и направилась прочь из рощицы. Саллементро поспешно присоединился к ним.
«Накиньте капюшоны», – мысленно предупредил Тор, и дети повиновались. На цыпочках покинув укрытие, они пошли рядом с отцом и Саксеном, следом за маленькой хрупкой женщиной – королевой Таллинора, их матерью.
Клут остался в роще. Он не завидовал ни Тору, ни его семейству, ни своим соратникам-Паладинам – потому что уже знал, что их ждет.