Месть
Шрифт:
Воспользовавшись его замешательством, Кристин проскользнула мимо него и, промчавшись коротким коридором, выскочила из дома.
Но куда бежать? На мгновение Кристин замешкалась на узкой, заросшей кустарником тропе, которая ступенями уходила вверх, к какому-то большому дому, стоявшему на самом краю утеса. Слева был обрыв, а внизу шумел океан.
Наверх, решила она и побежала по тропе. Острые камни резали ей ноги, но Кристин не чувствовала боли. «Главное, не оглядывайся, — приказала она себе. — Сосредоточься и беги, беги, пока хватит сил и дыхания».
Но едва она успела взбежать на вырубленные в скале ступени, как позади
— Сука! — прорычал мужской голос, выпуская ее.
— Оставь меня в покое, ты, грязный извращенец! — выкрикнула Кристин, продолжая карабкаться по вырубленным в скале ступеням.
Но он снова схватил ее. На сей раз его пальцы мертвой хваткой вцепились в край ее импровизированного пончо. Натянувшаяся ткань впилась в горло Кристин и едва не опрокинула ее навзничь. Напрягая все силы, девушка рванулась, старое одеяло не выдержало и разорвалось. Кристин снова осталась почти без одежды, но, несмотря на это, она продолжала карабкаться все выше, в отчаянии ломая ногти и хватаясь руками за ветки кустарника. Никто и ничто не могло остановить ее теперь, ибо призом в этой опасной гонке было нечто большее, чем жизнь. В конце пути Кристин ждала свобода — не просто свобода от этого человека, а Свобода с большой буквы, та самая свобода, которой ей так не хватало, чтобы жить нормальной, человеческой жизнью.
— Ты что, не понимаешь? — прокричал за ее спиной мистер Икс. — Я купил тебя. Ты моя. Ты моя личная, персональная шлюха, и я могу делать с тобой все, что хочу!
В этом голосе было что-то знакомое, что-то такое, что Кристин как будто узнала. Мистер Икс никогда не говорил с ней так — обычно он либо бурчал что-то невразумительное, либо говорил нарочито бесстрастным тоном, не то маскируясь, не то играя в какую-то свою игру. Сейчас же Кристин слышала голос живого, реального человека — обиженный баритон мужчины, который не получил того, что было ему обещано…
О Боже! ОНА ЗНАЛА ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА! ДАВНО ЗНАЛА!..
От удивления и ужаса у нее перехватило дыхание. На мгновение Кристин даже остановилась. Медленно, словно в трансе, она обернулась через плечо и посмотрела на него.
Чудовище в человеческом образе было всего в двух шагах. Мистер Икс был без очков и без кепки, и по его бледному лицу стекала тонкая струйка крови.
Нет, не мистер Икс…
Она уже видела эти глаза.
Она узнала его.
И он тоже понял, что Кристин его узнала.
На секунду оба застыли, как два хищника, сошедшиеся в смертельной схватке. Каждый с напряженным вниманием следил за противником, ожидая хоть малейшего проявления слабости, чтобы тут же напасть.
— О'кей, — первым не выдержал он. — Теперь ты знаешь… Но ничего с этим поделать ты не сможешь — я тебе не дам!.. — Он усмехнулся тем самым самодовольным смешком, который Кристин так хорошо помнила. — Ты и твоя кретинка-сестра — вы очень похожи друг на друга. Обе шлюхи, и обе глупы, как пробка. Чери не заслуживала того, чтобы остаться в живых. И ты не заслуживаешь.
Кристин не сказала ни слова. Вместо этого она слегка выпрямилась, подняла ногу и с силой ударила своего врага в грудь, вложив в это движение всю свою горечь и ненависть. Ни малейшего шанса удержаться на тропе у него не было. Нелепо взмахнув руками, он опрокинулся назад и, запнувшись о камень,
Кристин слышала, как оборвался крик, когда тело ударилось о холодные мертвые камни внизу. Все было кончено меньше чем за три секунды, но она ни о чем не жалела. Вместо раскаяния Кристин чувствовала одну лишь глубокую усталость и облегчение. Именно так все и должно было быть.
Хоуи Пауэре никогда больше не будет издеваться над ней.
ЭПИЛОГ
Девять месяцев спустя…
Детектив Такки взволнованно расхаживал по коридору больницы и думал о Фэй, которая рожала за закрытыми дверями своей палаты. Роды начались точно в срок, и Такки, заранее извещенный врачами, специально приехал в «Синайский кедр», чтобы при этом присутствовать. Сначала все шло хорошо, однако вид крови сразу же обратил его в бегство. Оказавшись вдалеке от центра событий, Такки переживал за жену еще больше, но вернуться назад не смел, боясь потерять сознание.
Потом в коридоре появилась новая напарница Такки — Ванда О'Донахью. Она заехала в больницу после своего дежурства в участке, чтобы подбодрить детектива. С собой она привезла полный термос горячего сладкого кофе и коробку бисквитов, и Такки невольно подумал, что в том, чтобы иметь женщину-напарника, есть свои преимущества. Фэй, правда, придерживалась несколько иной точки зрения, но детектив рассчитывал, что после родов она несколько смягчится.
— Ну, как там дела? — спросила Ванда, кивком головы указывая на двери родильного отделения'.
— Как на поле боя, — совершенно искренне ответил Такки. — Окровавленные бинты, километры кишок и много крика.
— Ничего, все будет в порядке, — сказала Ванда, сочувственно похлопав Такки по спине. — Угощайся…
«Да, теперь все будет в порядке», — подумал Такки, беря из коробки бисквит. Прошедший год был для него очень трудным. Взять хотя бы убийство Салли Тернер, которое сразу же стало сенсацией номер один. Работать с этим делом с самого начала было непросто, и Такки искренне гордился тем, что не успокоился даже после того, как миссис Бо Дикон призналась в убийстве звезды. Ни начальство, ни пресса не сумели убедить его в том, что Оливия Дикон действительно виновна. Он сам допрашивал ее и сразу понял, что несчастная женщина, только что потерявшая мужа, оговаривает себя. Оливия просто не знала всех деталей, которые должен был знать настоящий убийца, хотя она и предъявила следствию револьвер, из которого был застрелен слуга Салли Фру-Фру. Револьвер принадлежал мужу Оливии Бо Дикону, и это стало первой реальной зацепкой в запутанном и сложном деле.
Продолжая расследование (для этого ему пришлось выиграть не одну битву с капитаном Маршем), Такки установил, что в трагический вечер субботы Бобби Скорч действительно побывал дома вскоре после возвращения из Вегаса. Он занимался с Салли любовью, потом поссорился с ней и уехал обратно в отель, где он оставил двух стриптизерш. За это Бобби предстояло казнить себя до конца дней, потому что, если бы он остался, Салли была бы жива.
Но он уехал, а вскоре после этого к Салли явился Бо Дикон. Он был пьян и вел себя вызывающе, а когда Салли послала его подальше, он в приступе ярости, вызванной отказом звезды, несколько раз ударил ее ножом и бежал, по дороге застрелив несчастного Фру-Фру, который вышел на шум из своего домика в саду.