Месть Яна
Шрифт:
— Скажите, а вашей дочери здесь не скучно?
— Почему мне должно быть скучно? — холодно спросила Луиза, заходя в комнату и присаживаясь рядом с губернатором.
— Не знаю, — протянул мистер Эскью, уже пожалевший о своей фразе. — Уединенный остров, деревня. Ни балов, ни гостей. Нет никаких светских развлечений.
— Они мне не нужны.
Луиза с таким презрением и насмешкой окинула взглядом медика, что Кристофер поежился. На миг ему показалось, что на него смотрит Ян, а не молоденькая барышня. Почувствовав создавшееся неловкое положение, Гордон небрежно взял в руки колоду карт
— Может, сыграем?
Не успел тот согласиться, как Эдуард решительно отрезал:
— Мистер Эскью не играет.
— Что? — ошеломленно вымолвил шулер.
— К сожалению, — хмуро добавил сэр Левод, многозначительно кашлянув.
Гордон вздохнул и отложил карты на журнальный столик. Неожиданно Эдуард вспомнил мучавший его со вчерашнего дня вопрос.
— Скажите, Гордон, почему порт на вашем острове в таком плохом состоянии?
— Порт? — иронично улыбнулся тот. — Вы имеете в виду полуразвалившийся пирс? Все просто. Два месяца назад был сильный шторм, он все и разрушил. Теперь от порта остался лишь один мосток, да и тот еле стоит.
— Для «Победы» его хватило, — прошептал Кристофер Эдуарду.
— А как же торговое судно, о котором вы говорили? — изумился командор. — Почему они не восстановили порт?
— Обещали заняться этим при следующем визите, — отозвался губернатор.
В этот момент в дверь громко и требовательно постучали. Луиза быстро поднялась и поспешно направилась в прихожую. Гости ожидающе замерли. Тихо скрипнула входная дверь, и послышался до ужаса знакомый голос Ардана.
Рука сэра Левода невольно легла на эфес шпаги, с которой он отказывался расстаться, пальцы Кристофера скользнули в карман, где лежал короткий нож. Говорили тихо, к тому же Гордон, видя напряжение гостей, начал что-то громко рассказывать, слов Ардана было невозможно различить. Звонко цокая каблуками, в комнату вернулась Луиза с горящими от возмущения щеками. Крис побледнел и крепко сжал рукоять ножа.
— Отец, там гость, хочет вас видеть, — пояснила Лу.
Гордон поспешил к двери. Эдуард, стараясь обуздать накатившие на него эмоции, встал и, насвистывая что-то под нос, подошел к окну. Осторожно и как бы невзначай отодвинув штору, он выглянул на улицу. Ему потребовалось меньше мига, чтобы опустить штору и поспешно отшатнуться в сторону.
— Сэр Левод, что с вами? — поинтересовалась хозяйка.
— Солнце в глаза попало, — напряженно выдавил улыбку Эдуард, которая показалась Луизе мученической.
Присев рядом с Кристофером, он тихо прошептал:
— На улице еще трое.
Доктор с отчаянием выпустил из побелевших от напряжения пальцев ножик и, не отдавая себе отчета, взял со стола колоду карт и принялся их тасовать. Прошла мучительно долгая, тягостная минута ожидания. Наконец в гостиную зашел Гордон. Все присутствующие, как по команде, резко обернулись. Губернатор слегка улыбнулся и непонимающе посмотрел на лихорадочные, привыкшие к картам руки шулера. Кристофер уловил взгляд и отбросил карты.
Гордон не спешил говорить, вальяжно плюхнувшись в кресло, он протянул:
— Мистер Эскью, вы же, вроде, не играете в карты…
— Я фокусник, — напряженно отозвался тот. — Не играю, но с картами
— Вы же говорили, что врач.
— Это так. Фокусы — мое увлечение.
— А-а, — протянул Гордон с плохо скрытым недоверием.
— Отец, кто этот человек?! — не выдержала Луиза.
— Он назвался подданным его величества. Сказал, что на наш остров сбежали двое преступников. Просил сообщить ему, если что-то узнаю.
— И что ты сказал? — не отрывая напряженных глаз от гостей, осведомилась Луиза.
— Правду. То, что никаких преступников не видел и не знаю. А вы, командор, не знаете?
— Я же вам говорил, что мы здесь с целью поимки пиратов. Возможно, этот человек был послан сюда с той же целью.
— Так, может, пригласить его? — серьезно спросил Гордон, уже поднимаясь.
— Нет! — воскликнул Кристофер, лихорадочно перебирая в уме пути отступления.
Луиза усмехнулась, губернатор замер, ожидая пояснений.
— Мистер Эскью хотел сказать, — осторожно подбирая слова, начал Эдуард, — что не стоит приглашать совершенно незнакомого человека в дом.
— Незнакомого? Бросьте, Эдуард, мы с вами тоже не были знакомы… — чересчур добродушно улыбаясь, ответил Гордон, направляясь к двери.
— Нет! — вскричал Кристофер, вскакивая на ноги. — Послушайте, сэр. Я… я его знаю и… мы не очень ладим. Я смертельно боюсь его! Мы поссорились еще давно. Это старая вражда… Прошу, не приглашайте его!
Гордон медленно сел. Луиза, не отрывая своих колючих глаз от гостей, о чем-то напряженно думала. Кристофер поежился. В присутствии этой девушки доктор чувствовал себя так же, как рядом с Конором или Арданом. Эдуард неодобрительно покосился на Кристофера, в душе радуясь, что встреча с заклятым врагом миновала.
— Скажите, — наконец произнес губернатор, — кто сюда приходил?
Стараясь удержать на одном объекте неистово бегающие глаза, Кристофер выдавил улыбку. Мысли носились бешеным вихрем, но подходящих не было. Вскоре он уверенно заговорил:
— Я не знаю, кто он и откуда. Могу сказать лишь одно, он — мой враг.
— Сэр Левод? — вопросительно посмотрел Гордон.
— Я ничего об этом не знаю, — шутливо отозвался Эдуард.
Кристофер негодующе скрипнул зубами, злясь, что Эдуард не хочет ему помочь. Гордон бросил несколько банальных фраз, после чего вежливо откланялся и поднялся на второй этаж. Через минуту Луиза проследовала вслед за отцом. Оставшись наедине, Кристофер горячо зашептал:
— Что, так сложно было поддержать меня?
— А ты не мог сдержаться? Или хотя бы что-то поумней придумать? — огрызнулся Эдуард.
— Послушай, Эд, нам надо убираться отсюда! — не обращая внимания на колкость, проговорил мистер Эскью.
— Куда уходить? На «Победу», к Яну?! Или шататься по поселению, в поисках ночлега получше? Нет, Кристофер, нам некуда идти… Пока не придумаем, как покинуть остров, придется жить здесь.
— Эдуард, — стараясь удержать внутреннее негодование и говорить убедительно, произнес доктор, — после услышанного разговора я с опаской ем и пью. Мне страшно здесь даже спать. У меня такое чувство, что мы живем в доме друзей Яна. Послушай, здесь нельзя оставаться. Я нутром чую, что нас продадут пиратам.