Месть в три хода

Волкова Ирина Борисовна

– На доске? За яхтой? За какой, интересно?

– Вон за той.

Я бодро указала на маячащий вдали сине-бело-красный силуэт "Итаки".

– На доске ты ее не догонишь, – покачал головой парень.

– Это твоя лодка?

– Моя, разумеется. А что?

– Может, поплаваем, если тебе нечем больше заняться?

– Ты предлагаешь мне преследовать это судно?

– Почему бы и нет? Если, конечно, твоя малышка сможет развить достаточную для этого скорость.

Испанец метнул на меня полный негодования взгляд.

–

Ты считаешь, что моя яхта недостаточно быстроходна?

Именно на такую реакцию я и рассчитывала.

– Не знаю. Может, проверим?

Парень уже отвязывал конец.

– Залезай, да побыстрее.

Сорвав с ног ласты, я забросила свое имущество в швертбот и прыгнула следом.

– Кстати, меня зовут Андрес.

– Ирина, – в свою очередь представилась я.

На корме надрывно заурчал мотор, винт вспенил ленивую воду, и швертбот, набирая скорость, двинулся к выходу из порта.

* * *

– Ты – поклонница Ива Беара? – осведомился Андрес.

– С чего ты взял?

Несмотря на все усилия испанца, разрыв между яхтами сокращался очень медленно. В бинокль я могла рассмотреть кормовую часть "Итаки", но, к моему разочарованию, она была пуста.

– Но мы же преследуем его яхту. Его тут все знают. На такую раскраску трудно не обратить внимания. Кстати, я читал его "Бесконечное падение". Круто написано, особенно сцена с безумным гермафродитом на крыше поезда, когда он насилует Дульсинею. Ты тоже тащишься от Беара, да?

– Мне нравится его книга, но его поклонницей я бы себя не назвала. Кстати, я сама пишу детективы.

– Вот как? – заинтересовался Андрес. – А зачем, в таком случае, ты гонишься за Беаром? Хочешь взять у него автограф?

– Я не собираюсь его догонять. Просто мне любопытно, куда он плывет.

– В таком случае, ты больше похожа на частного детектива, а не на писательницу.

– Ты можешь представить себе частного детектива, преследующего яхту в ластах, на доске и с биноклем?

– Не могу, – честно признался испанец. – Но в этом мире так много сумасшедших.

– Спасибо за комплимент.

– Всегда рад сказать даме приятное.

– Если я и сумасшедшая, то лишь чуть-чуть. Вообще-то я приехала в порт, чтобы пообедать, но заметила яхту Беара и решила, что было бы забавно немного за ней последить. Такого рода приключения вдохновляют меня на написание книг. Когда день за днем сидишь за компьютером, мозги ссыхаются, и необходима небольшая встряска.

– Вроде как сегодня? – уточнил Андрес.

– Вот именно.

На горизонте замаячили контуры выступающих из воды клочков суши.

– Острова Лерен, – прокомментировал испанец. – Ты бывала на них?

– К сожалению, не приходилось.

– На одном из них находится тюрьма, где был заточен знаменитый

узник в железной маске. Теперь сюда туристы толпами валят.

– Как ты думаешь, Беар идет к одному из островов?

– Сейчас увидим.

К моему великому сожалению, "Итака" даже не подумала замедлить ход. Палуба судна была пуста. Палящим лучам солнца Ив предпочел прохладу каюты.

– Надеюсь, он не собирается так нестись до самого Сан-Тропеза, – недовольно сказал Андрес. – У меня только полбака бензина. Придется возвращаться на парусах.

– Пройди поближе к берегу, – попросила я, переводя бинокль на остров "Железной маски".

Здесь ничего не напоминало о царственном узнике, который, насколько я помнила, умер в Бастилии, а не на острове около Канн. Обычные палатки с сувенирами, стандартные пластиковые столики под широкими матерчатыми зонтами, за которыми лениво потягивали пиво разморенные жарой туристы.

Отвлекшись от "Итаки", я разглядывала в бинокль мрачные скалистые берега, чахлые пальмы с подрагивающими под легким бризом листьями и открытые террасы кафе. В калейдоскопе лиц одно мне показалось знакомым, и, вернув окуляры назад, я увидела длинный унылый нос, высокие залысины на лбу, зализанные назад волосы. Лицо Пьера Бриали покачивалось в такт движениям швертбота и упрямо норовило ускользнуть из поля зрения.

Невыразительные черты Пьера, волшебным образом преобразившись, казались на удивление живыми и одухотворенными. Его губы шевелились, что-то говоря. Их уголки подрагивали, устремляясь вверх, открывая в усмешке белую полоску зубов.

Сместив бинокль чуть в сторону, я обнаружила источник вдохновения Пьера. У него, точнее, у нее, были длинные белокурые волосы, светло-голубые глаза и узенькое, заостренное к подбородку личико.

"Лиса Алиса", – подумала я, тут же ассоциативно вспоминая фотографию из альбома, где Аглая позировала у фонтана на площади Массены. Мое внимание тогда привлекла блондинка на заднем плане, напоминающая хитрую сказочную лисичку. Зрительная памятью я никогда похвастаться не могла, но сейчас была готова дать голову на отсечение, что подружка Пьера была той самой блондинкой.

На всякий случай я решила как можно внимательнее рассмотреть спутницу Бриали, чтобы потом сравнить ее с фотографией.

"Лисичка" улыбнулась и подалась вперед. Рот Пьера властно накрыл ее губы. Поцелуй был долгим и умелым, если, конечно, выражение блаженства в голубых глазах блондинки не было притворным. Тонкие пальцы девушки скользнули в шевелюру Бриали, на изящном запястье сверкнул янтарный с золотом браслет.

"Вот и верь после этого мужчинам, – подумала я. – Интересно, Аглая догадывается о шалостях своего благоверного? Скорее всего, нет. Жены, как правило, обо всем узнают последними, тем более, что, погрузившись с головой в сражение с Беаром, Глаша уделяет супругу не слишком много внимания."