Месть троллей
Шрифт:
Он сметал все, что попадалось на пути. Лошади в испуге шарахнулись, когда Друан издал новый оглушительный рык. Оба рядовых солдата неслись галопом прочь от чудовища, в то время как их предводитель тоже разворачивал лошадь, чтобы побыстрее убраться отсюда.
— Ты остаешься в лесу! — крикнул Стен Друану и помчался в направлении деревни, где-то там был Натиоле, не просто связанный, а еще и привязанный к седлу, он снова мог стать легкой добычей воинов.
Однако через несколько шагов юный воин услышал за собой тяжелое сопение, одного взгляда назад
— Нет! В лес! В открытом поле они легко попадут в тебя! — закричал он троллю, но тот пропустил приказ мимо ушей.
— Остаемся вместе! — прохрипел тролль. — Осторожно!
Стен как раз вовремя успел оглянуться и заметил предводителя, несущегося из темноты. Однако, вместо того чтобы нападать на них, он далеко обогнул Стена и тролля и помчался что есть духу по дороге в лес. Чертыхаясь, Стен побежал дальше и через несколько мгновений добрался до крайних домов.
— Нати! — громко закричал он.
Он несся дальше и, как только оказался на рыночной площади, обнаружил друга, отчаянно пытающегося разорвать путы, которыми был привязан к лошади. Всего несколько шагов — и Стен стоял рядом с другом, еще миг — и меч влахака разрубил кожаные шнуры.
— Ах ты, плут! — вырвалось у Натиоле. — Ты что здесь делаешь?
— Я подумал, может, тебе понадобится моя помощь, и, как вижу, был прав!
К ним присоединился Друан, как раз в тот момент, как открылась дверь дома и на пороге появился человек. С обнаженным мечом в руке Стен обернулся и увидел лысого священника Альбус Сунаса, который дико таращился на него.
— Этот человек — пленник! — злобно вскричал лысый, указывая на Натиоле, но затем его взгляд упал на Друана, и священник побледнел. — Порождение тьмы!
Его крик прокатился эхом между домами, и Стен, чертыхнувшись, с угрожающим видом начал приближаться к священнику, который явно второпях набросил свою богато расшитую светлую мантию на ночную сорочку.
— Исчезни, форбс! — приказал Стен священнику, обзывая его тем самым словом, которое влахаки «прикрепили» к священникам Альбус Сунаса.
— Порождение тьмы! — снова пронзительно заверещал тот и отшатнулся от Стена, который зло ухмыльнулся в ответ.
— Ты не знаешь, о чем говоришь!
Однако крики лысого масрида возымели действие: в некоторых домов раздался шум, открылось окно, раздался женский крик. Вконец перепуганный священник совсем потерял голову и решил спасаться от зла, заскочив в дом и захлопнув дверь.
— Хорошо сыграно. Нужно торопиться, Стен, — напомнил Натиоле.
Стен согласно кивнул.
— На север. Быстро!
Однако, прежде чем они достигли края деревни, вновь раздался стук копыт.
— Проклятье! Эти идиоты возвращаются! — вырвалось у Стена.
— Эта кляча не вынесет двоих. Не говоря уже об этом, — Нати мотнул головой в сторону Друана, который свирепо скалил зубы. — Они пытаются отрезать нам дорогу, — констатировал бывший пленник масридов.
— Нужно заманить их в деревню, к тому же между домами
Тем временем всполошилась уже вся деревня, свет загорелся во множестве окон, в ночи разносились возбужденные голоса.
— Именно поэтому я не хотел вести тебя сюда, — отчаянно крикнул Стен Друану.
— Вот так, значит? Тогда твой человек был бы в плену у этих! — сухо констатировал Друан, подражая критической манере Натиоле и указывая головой в сторону приближающихся всадников.
— Нет времени на споры! Прячься! Я отвлеку внимание! Попытайся пробиться на юг, если сможешь! — крикнул Стен троллю, который свернул в темный переулок и исчез из поля зрения влахака.
— У тебя есть еще оружие? Кинжал? — настойчиво спросил Натиоле, но Стен покачал головой. — К сожалению, пришлось оставить его в ноге одного из твоих новых друзей.
— Прекрасно. Тогда у нас получается один всадник и один вооруженный. Вместе мы как раз составляем целого воина, — простонал его соратник, прислушиваясь к топоту копыт; враги, очевидно, объезжали деревню, отрезая тем самым влахакам путь к отступлению.
— Ты успел рассказать кому-нибудь о том, что происходит? — настойчиво спросил Стен, но Натиоле лишь покачал головой.
Рейба, которая огибала деревню, оставляла для бегства совсем мало путей. На юге лес был ближе всего, на севере и востоке до него было более двухсот шагов, которые нужно было преодолеть наперегонки с лошадьми преследователей. Поэтому попытка уйти от всадников в тех направлениях была чистым самоубийством. Стен осторожно выглянул из-за угла и заметил в поле двух солдат. Дальше на юг стоял еще один, с лампой. С перекошенным от гнева лицом влахак обернулся к другу.
— Послушай, если меня поймают, постарайся исчезнуть! Я их отвлеку, а ты должен пробиться! Расскажи остальным то, что мы выяснили!
— Я не оставлю тебя! — запротестовал Натиоле, но Стен закричал на него:
— Ты должен! Со мной ничего не произойдет. Но наших друзей нужно предупредить. Ионне необходимо знать, что, скорее всего, готовится новая война. Давай!
С этими словами он развернулся и помчался по окраине деревни в сторону севера. Враги тут же пришпорили лошадей и поспешили отрезать ему путь. Позади он сначала слышал страшные ругательства Натиоле, но затем удаляющийся стук копыт подсказал ему, что друг все-таки послушался его приказа. Дико скалясь, Стен обернулся к врагам и поднял меч, выкрикнув боевой клич мятежников.
— Тиреа! — орал он что есть мочи. — Смерть масридам!
Эти слова возымели желаемое действие. Оба воина решительно направили своих лошадей к нему. Все еще ухмыляясь, влахак резко развернулся и побежал в сторону деревни, по пути подыскивая подходящее место для поединка. Когда он пересекал рыночную площадь, священник снова показался из дверей своего дома и в исступлении закричал:
— Прихвостень демона! Мятежник! Неверный!
— Закрой рот, форбс, — сдавленно ответил Стен и перепрыгнул через низкий забор.