Месть сурка
Шрифт:
— Но нам всё равно парковаться возле «Медвежьей лапы». Там должен быть свежий завоз пива.
— Ладно, обратно я за рулём. Можешь взять пива.
— Мя!
— И рыбки, — повернулась она к коту.
— Мур, — запрыгнул Кошкотун ей на колени и потёрся головой о живот.
Дункан и Джессика от автомобиля шли в плавках и купальнике. Кот наелся рыбки и лёг спать в теньке под пикапом. Мужчина тащил огромную сумку и сумку-холодильник.
На пляже действительно было немного людей. Компания местной молодёжи, знающая о расположении небольших уединенных пляжей. А также женщина лет тридцати с каштановыми
— Милый, тут неплохо.
— Окей.
Дункан поставил на песок сумки и принялся опустошать ту, что побольше. Достал два складных тканевых стула, разложил складной столик.
— Мама, смотри! — девочка оторвалась от книги и в оба глаза пялилась в их сторону. — Это же злодей из книги — Дункан Хоггарт. У него шрам на лице, татуировка василиска на спине и светлые волосы, прямо как в книге!
Шрам доставлял Дункану определенные неудобства. Он словно яркая метка, демаскирующая его. Уже не тот багряный рубец — от шрама осталась тонкая бледная полоска, но от него никак не избавиться. Зелья и чары пасовали перед исцелением раны от тёмной магии. Пластическая операция тоже не помогла. После неё шрам снова проявился на коже вопреки логике и здравому смыслу.
— Дункан, а ты пользуешься популярностью у девочек, — иронично приподняла изъятую из сумки-холодильника банку с газировкой Джессика.
— Дочка, не делай так, — громким шёпотом зашипела на неё мать. — Не позорь нас.
— Вообще-то, — приблизился к ним мужчина, — меня на самом деле зовут Дункан Хоггарт. И когда-то я действительно был учителем у Гилдероя Локхарта. Видимо, мальчику так не понравилось, что я заставлял его учиться, что он нашёл способ отыграться. Даже мою внешность и имя не изменил, списывая с меня образ злодея.
— Учителем? — взор матери был переполнен скепсисом. — Вы выглядите очень молодо, а мистеру Локхарту вроде более тридцати лет.
— Спасибо за комплимент, мадам. Мы с супругой ведём здоровый жизни, плюс «пластику» никто не отменял. На самом деле нам уже по сорок.
— Воу, — с завистью пробежалась женщина по идеальной фигуре Джессики и чуть дольше задержалась глазами на теле Дункана. — Вот бы мне в вашем возрасте столь же классно выглядеть. Простите, я Кейт Арден.
— Та самая Джасида Лори Кейт Арден? — взлетели брови Дункана, заставив удивиться не только новую знакомую, но и его жену.
— Простите, но что значит «та самая»? — нахмурилась Кейт. — Я же не какая-то там знаменитость. Откуда вы знаете моё полное имя? Мы разве знакомы?
— Смотря для кого знаменитость, миссис Арден. У меня женщина-традиционалистка, ставшая президентом страны и поставившая на место всех этих геев и лесбиянок — не может не вызывать уважения. Миссис Арден, можете всячески на меня рассчитывать в политической карьере. Любое финансирование, естественно, в разумных пределах, не превышающих полусотни миллионов долларов в год.
— Э-э-э… Мистер Хоггарт, вы меня ни с кем не путаете? Я всего несколько лет назад вступила в «капиталистический комсомол» и пока лишь являюсь президентом «Союза социалистической
— Это пока, миссис Арден. Я готов растрясти мошну, если буду знать, что деньги пойдут на правое дело. Устроили из страны цирк, понимаешь! Эти сексуальные меньшинства требуют всё больше прав. С чего бы? Чем они отличаются от других людей? Две руки, две ноги, голова-задница! С чего это за сексуальные пристрастия им давать какие-либо особые права? Может, тогда мне за любовь к миссионерской позе выдать Звезду героя?
— Я с вами абсолютно согласна, мистер Хоггарт… Эм… — глаза Кейт широко распахнулись. — О, мой Бог! Неужели вы тот самый Дункан Хоггарт — миллиардер?
— Именно, Кейт. И зови меня Дункан. Сама судьба свела нас в этот день. Думаю, нам предстоит долгое и плодотворное сотрудничество.
Кейт в политике недолго, но она отлично представляла внутреннюю кухню. Бесплатной благотворительности в этой среде не бывает. Каждый вложенный миллион придётся отрабатывать. Но это нормальная практика — у всех политиков так. Она так поняла, что это был жирный намёк на то, что её обещают довести до президентского кресла и намекают на политическую программу, которой она и так придерживалась по зову сердца, поскольку была воспитана в традиционной семье.
Ей было невдомёк, что Дункан случайно после услышанной фамилии вспомнил о самой молодой женщине-президенте Австралии, но тут же решил, что это неплохой шанс помочь стране и заработать при этом, получив плюшки, положенные олигарху, который спонсирует своих политиков.
Девочка не спускала восторженного взора с Дункана.
— Мистер Хоггарт, вы действительно знаете мистера Локхарта?
— Конечно, милая. Я же целый год преподавал у него Защиту от тёмных искусств.
— Вау! Так вы волшебник?!
— Нет. Я первый в истории магл, ставший преподавателем в школе магии. Кейт закатила глаза.
— Дункан, зачем вы подыгрываете Лесли? Она же теперь не успокоится.
— Ну, мам! Это же магия! Мистер Хоггарт, а мне придёт сова из Хогвартса?
— Боюсь, что нет, мисс Арден. Во-первых, на территории Австралии находится другая школа магии. Она даже не имеет названия, просто австралийская школа магии. Во-вторых, вы не волшебница. Но как показывает практика — это не столь важно. Даже обычный человек при должном старании способен прикоснуться к волшебству. А лет через тридцать, когда падёт статут секретности, любой человек сможет быть ближе к чудесам.
— Ох, Дункан, — плясали бесята в глазах Кейт. — Ты умеешь находить подход к детям.
— Это так, — влезла в диалог его супруга, с видом собственницы стиснув локоть мужа. — Я всегда поражалась, как Дункан легко находит общий язык с нашим сыном.
— Джессика Хоггарт, моя жена, — представил он.
— Мистер Хоггарт, — продолжила Лесли, — но разве вы не злой волшебник?
— Конечно, нет, милая. Я не маг. Просто был немного предвзят к Гилдерою во время преподавательской деятельности, вот он и отыгрался в своих фантазиях. Многие волшебники после его сочинений на самом деле поверили в то, что я являюсь Тёмным Лордом. Австралийское Министерство Магии боится даже дышать в мою сторону. Но это всё же создаёт некоторые неудобства. Волшебники меня сразу узнают и шарахаются — невозможно прогуляться по магическим торговым улочкам.