Месть Слизерина
Шрифт:
– Залпом, отец, залпом...
Певерелл хмыкнул и выпил зелье. Результат наступил незамедлительно: мага обдало жаром, он тяжело задышал и скривился, чувствуя, как начинают зудеть раны, срастаясь с невероятной скоростью. Мучения продолжались десять минут, после чего Игнотус изумленно ощупал чистую и гладкую кожу без рубцов на том месте, где были глубокие, рваные раны от магического оружия, и потрясенно поднял на сына глаза:
– Как?
– Просто, - хмыкнул тот.
– Яд василиска, данный добровольно.
Певерелл закашлялся.
– Ты
– Да. Сссахессс очень умный, - гордо произнес Салазар.
– Он стал моим фамильяром.
– Мдаа...
***
С момента нападения на Певерелла прошел год. Салазар и Годрик перерыли все вверх дном, задействовали все свои связи, но смогли установить личность заказчика покушения - все маги, напавшие на Игнотуса и умершие от его руки, были наемниками: изгнанниками из родов, бастардами, были маглорожденные. Как оказалось, истинным заказчиком был маглорожденный маг, воспитывающийся у маглов. Хемлик Хелси, выросший в разбойничьей шайке, с детства мечтал разбогатеть, а имея перед глазами пример разбойников, захватывающих замки и объявляющих себя баронами, решил, что и он так сможет. Воспитывал его также маглорожденный, не сумевший вбить в голову воспитанника осознание того факта, что магический мир отличается от обычного и за просто так титул и замок не получишь.
Увидев как-то лорда Певерелла на прогулке и разузнав, что мужчина живет практически один, Хелси решил, что маг-одиночка будет простой и легкой добычей. Почему, даже расспросив о том, есть ли у лорда наследники, а также о репутации мага, Хелси решил напасть на Игнотуса, Салазар с Годриком так и не поняли, но решили, что алчность, зависть и безумие застили ему глаза. Поняв, что одному не справиться, Хемлик собрал банду из тридцати магов-наемников и, соблазнив их посулами о богатстве и знатной добыче, натравил на Певерелла, умолчав при этом о репутации лорда.
Привыкшие захватывать дома и замки обычных людей практически не напрягаясь, маги решили, что и здесь будет то же самое, но жестоко просчитались. Выехавший на обычную каждодневную прогулку, Игнотус, тем не менее, не расслаблялся и, почувствовав направленное на него внимание множества людей с самыми нехорошими намерениями, тут же начал действовать, так что, активизировавшие артефакт антиаппарационного барьера нападающие встретили боевого некроманта. Через десять минут все было кончено: взбесившись от того, что один удачливый нападающий смог ранить его кинжалом, ударив в бок и бедро, Игнотус убил последних магов с особой жестокостью - брошенные им заклинания сорвали с мужчин кожу и раздробили кости, после чего Певерелл вырвал им сердца голыми руками и направился к последнему оставшемуся в живых, радостно улыбаясь.
Через десять минут интенсивного допроса наемник, визжа от непереносимой боли в оторванных конечностях, назвал имя заказчика, а маг аппарировал в замок. Как выяснилось позже, тот, кого наемники считали заказчиком, был всего лишь посредником, причем даже не первым.
Хемлик подстраховался, считая себя самым умным, но не учел одного - от потомка Смерти удрать невозможно, даже на тот свет... ОСОБЕННО на тот свет, так что через шесть месяцев после нападения на Игнотуса его достойный потомок получил Мастерство в одной из самых жутких и редкоиспользуемых отраслей магии - некромантии, подтвердив силу своего Рода.
***
... Пробуждение Хемлика было... безрадостным, а если сказать откровенно - жутким: очнуться, лежа прикованным на каменном алтаре, под ласковым взглядом двух некромантов в ритуальных одеяниях и с кошмарного вида серпами в руках...
Умирал Хелси долго и мучительно, но его мучения на этом не закончились: некромантия позволяет сделать очень многое, и практически все эти вещи кошмарны.
Когда на следующий день Годрик увиделся с Салазаром, он сначала озадаченно принюхался, внимательно глядя на брата наливающимися золотом глазами с вертикальными зрачками, после чего одобрительно кивнул, и завел разговор о трансфигурации - кротостью и всепрощением маг, оборачивающийся в мантикору, отродясь не страдал, а уж после того, как обрел свою анимагическую форму - и подавно, а семья всегда была для него на первом месте.
***
После этого жизнь опять вошла в спокойное русло: Игнотус закончил писать книгу, Сайевус женился, обещая порадовать внуками-правнуками, Мариав исполнила-таки свою заветную мечту, основав свой собственный Род. Так как она была женщиной, то ее Род полностью отделился от отцовского и дедовского, правда, получив их дары: родовым даром Рода Мракс стало зельеварение, а также предрасположенность к ментальным наукам и боевой магии. Салазар дочерью неимоверно гордился, он обратился к Магии с просьбой и создал для нее Родовое кольцо - Принцессу Змей, как он его назвал, на что имел право, как отец. Мариав была счастлива: теперь она Основательница Рода, наследование пойдет по обеим линиям - мужской и женской, так что гибель ее Роду не грозит, пока жив хоть один потомок. Тем более, хотя Мраксы и вышли из Слизеринов, они стали отдельным родом и, если возникнет нужда, их потомки смогут вступать в браки между собой и наследовать друг другу, так как их магии схожи.
Через несколько лет, когда ей исполнилось девятнадцать, Мариав Изабо Мракс, леди Мракс, вышла замуж за маглорожденного мага, оказавшегося Чистой кровью. Глекенн Мерв Джасперс был полностью покорен своей женой и с радостью вошел в ее Род, породнившись, таким образом, сразу с несколькими влиятельными Родами. Еще через год Мариав родила сына, Наследника Мракс, которого назвали Морбиус, основав традицию называть потомков Рода именами на "М".
Хогвартс уверенно приобретал славу школы для сливок общества, попасть туда стало делом престижным и желанным, выпускники выходили в свет, получив огромное количество знаний и массу полезных знакомств. Салазар радостно нянчил внуков, потрясая детское воображение волшебными историями и захватывающими фокусами; Годрик не успевал отгонять от своих внучек ухажеров, стеная от их количества, наглости и вездесущности; Хельга командовала своими детьми, внуками, правнуками и мужем, как отрядом в походе; Ровена переживала гибель своей первой дочери и ее жениха от рук врагов, находя утешение в своих внуках, подаренных сыном.
Салазар думал, что все обойдется, когда судьба напомнила ему о том, что с ней не спорят: Изабо, свет его жизни и любовь, погибла вместе с защищавшим ее до конца свекром во время путешествия на родину своего рода. Как оказалось, известие о том, что в Кастилии через много лет после гибели Принцев появился потомок ее кузена, было ловушкой. Слизерин не хотел отпускать родных в другую страну, мучаясь дурными предчувствиями, но Изабо умоляла его, упирая на то, что она может найти еще одного родного ей по крови человека, потомка ее давно погибшего родственника.