Месть Ронана
Шрифт:
Стащив с себя и насквозь мокрое нижнее белье, Клайра завернулась в предложенное ей Кайтой одеяло, а затем помедлила, с тревогой и любопытством глядя на Тарла. Тот, закрыв глаза и согнувшись пополам, стенал от боли.
– С ним все в порядке? – спросила она у Тусоны.
– С ним? Да-да, с ним все хорошо. Просто ему сейчас несладко приходится, только и всего.
Ронан невольно прыснул и тут же попытался выдать это за кашель. Клайра несколько заинтригованно на него посмотрела и пожала голыми плечами. Затем она получше завернулась в одеяло, легла с подветренной стороны у планширя по правому
Тусона взяла Ронана за руку и воззрилась на далекие горы. Переодеться в сухое она уже успела.
– Нас ждет долгий и холодный путь до Гутенморга, – заметила она Ронану. – Клайра говорит, погода к северу от этих гор ниже среднего. Там даже снег может лежать.
– Отлично! Значит, пляжные сандалии и купальный костюм очень мне пригодятся.
– Не волнуйся, я уже с Камилой поговорила. Они нам немного теплой одежды одолжат.
– Тогда все в порядке. Я просто пару Фьониных свитеров на себя натяну.
Тусона улыбнулась. У здоровенного воина ожидались большие проблемы с тем, чтобы надеть хотя бы на голову свитер любой вагинской женщины, но что касалось свитера малышки Фьоны, то в него он даже бицепса бы не просунул.
– Уверена, подходящий плащ мы для тебя найдем, – сказала она. – Как-нибудь перетащимся. Клайра, пожалуй, слишком мрачно на вещи смотрит. Я так прикидываю, что для снега еще слишком рано. Я даже в этом уверена. Нутром чую.
Таким образом у Тусоны получился хет-трик из на редкость паршивых предсказаний.
К вечеру ветер стих настолько, что команда вагинского корабля сумела установить навес, под которым они в холодную и сырую погоду спали. Солнце высушило большую часть мокрой одежды и одеял, а потому ночь у них получилась сравнительно теплая и уютная. Клайра, проснувшись на закате, снова заступила на свой пост за рулевым веслом и всю ночь уверенно вела галеру вперед. Так что когда Ронан на следующее утро проснулся, он обнаружил, что Северные горы остались далеко позади и что впереди на северо-востоке уже маячат заснеженные громады Ледяных гор.
Пока Ронан потягивался и разминал застывшие мышцы, Клайра переложила рулевое весло, разворачивая корабль к далекому берегу Махона. Хотя рассветное солнце светило на славу, она то и дело тревожно оглядывалась на массивную гряду низких черных туч, что медленно приближалась к ним с северо-запада. Ронан направился к Клайре, перешагивая через закутанные в одеяла тела все еще спящих вагинок.
– Доброе утро, – поздоровался он. – Все в порядке?
– Не нравится мне вон то изобилие, – ответила Клайра, бросая еще один взгляд на грозовые тучи. – Пожалуй, надо бы нам в темпе вас ссадить и подальше отсюда убираться.
Когда они устремились к берегу, Ронан разбудил остальных. К тому времени, как они встали и упаковали свои постельные принадлежности, вся береговая линия была уже как на ладони. На север и на юг до самого горизонта тянулись крутые утесы, однако прямо впереди они расступались, образуя небольшую песчаную бухту. В центре этой бухты была крошечная пристань с причаленными к ней ветхими рыбацкими баркасами. Дальше виднелась кучка покосившихся хижин.
– Годится, – заключила Клайра, когда Ронан и
Вся вагинская команда собралась попрощаться. Затем женщины быстро разошлись по своим местам. Клайра крикнула спустить парус и вновь, как и в Чуч-Хевене, так мастерски подвела галеру к причалу, что та едва его коснулась. Едва пассажиры спрыгнули на шаткий настил, как вагинки навалились на весла, и судно стремительно вышло в бухту.
Ронан немного за ним понаблюдал, а затем переключил внимание на своих спутников. Гебраль с Тарлом что-то друг другу бубнили и казались полностью друг другом поглощены. Марвуд с Котиком, которые за последние несколько дней очень сдружились, отошли в другой конец пристани и там оживленно о чем-то болтали. А Тусона, положив ладонь на рукоять меча, внимательно оглядывала деревушку. Вид у нее при этом был озадаченный.
Следуя ее примеру, Ронан пристально посмотрел на ближайшую из убогих хижин, и у него тоже возникло некоторое недоумение. Что-то здесь было не так. Вокруг царила полная неподвижность и тишина, какие обычно бывают в местах, совершенно заброшенных. Ронан принюхался. Несмотря на ветерок с моря, можно было различить слабый запах дыма и горелой древесины, а также еще чего-то более смутного.
Обнажив меч, он зашагал вперед. Тусона держалась рядом. Тропа от пристани взбиралась вверх по короткому песчаному склону, а затем проходила как раз между двумя передними хижинами. Пока они поднимались, привкус дыма становился все сильнее, и внезапно Ронан различил в нем другой, более смутный оттенок. Это был запасе горелой, обугленной плоти.
Добравшись до верха, они осторожно прокрались между двух хижин, а там остановились и в ужасе уставились на тот вид, что перед ними открылся. Большинство других хижин, судя по всему, сгорели, но не в результате обычного пожара. Словно бы какое-то адское пламя разорвало их на куски, так что от них очень мало что осталось. Даже каменные фундаменты самых больших строений сильно растрескались. Обугленные обломки были разбросаны по небольшой деревенской площади, а в скрюченных трупах несчастных селян трудно было опознать человеческие останки.
Несмотря на свою привычку к смерти во всех ее проявлениях, Ронан почувствовал, как в горле у него поднимается тошнота. Слишком уж чудовищным было зрелище. Он почти слышал вопли охваченных огнем жителей деревушки и видел их предсмертные корчи, пока они встречали мучительный конец рядом со своими пылающими домами.
– Никому такой смерти не пожелаешь, – пробормотал он. – Кто это здесь так поработал?
– Демоны, – ответил ему хриплый, дрожащий голос. – Демоны вышли из тьмы и уничтожили нашу деревню.