Месть прошлого
Шрифт:
И ещё этот Вотый… Старик стиснул зубы. После того, как хранительница спелась с хареном, Деший сразу понял: артефакты у Вотых. Это семейство любит прибирать такие вещички к лапам. Тем более бы они не стали оставлять их у девчонки, а уж как выманить цацки, Шерех бы сообразил. Ну или его правнук. Он, похоже, успел обаять неприступную хранительницу, а влюблённые женщины горазды на глупости.
И от этого всё стало несколько сложнее.
Ещё раз связываться с Вотыми Деший не хотел. От одной мысли противно ныла нога.
Получалось, что артефакты где-то у Вотых, день рождения во дворце
А ведь ему всего лишь нужно было ещё немного времени. Совсем чуть-чуть. И он бы поправил всё то, что умудрились расшатать харен и молоденькая хранительница. Он бы смог, но…
– Ты выяснил, кто убил их? – тихо спросил Деший Агория.
Тот отрицательно мотнул головой.
– Никто ничего не видел и не знает. Подозреваю, что сама девчонка их и прихлопнула. Она же такая… непонятно какая и на что способна. Может, и на это способна. Притворялась перед хареном, что во всём с ним согласна, а как шанс подвернулся – шасть, и на волю убежала. Ходят же по городу слухи, что она от него не так давно бегала, а он её отловил. Мутная она. Чую, из вольных будет. Ну все повадки их!
Деший досадливо нахмурился и покачал головой. Он помнил, как девочка смотрела на харена, когда тот сцепился с наследничком. И чувствовал, что она была совершенно искренней. Искренней она может быть… Перед глазами возникло мокрое от слёз и искажённое ненавистью лицо. Нет-нет, не сбежала. Здесь опять какой-то «камешек».
– Господин, что делать-то?
– Ждать, Агорий.
– Да невозможно уже ждать…
– Я сказал ждать, – в голосе старика звучала привычная мягкость, и Агорий расслабился. – Совсем немного. Как только ребёнок окажется у нас…
Йожира не стала слушать дальше. Про ребёнка она и так уже знала, и, откровенно говоря, планы «господина Дешия» её впечатляли. И она приходила в неописуемое веселье, когда представляла, как разрушит этот веками выстраиваемый план. Она успела осмотреться и по достоинству оценить размеры подземного города. Такая прелесть и под носом хайнеса… Видят боги, не знай она, кто «градоначальник», пожертвовала бы свою казну этому муравейнику. Но к хайнесу она относилась в целом с равнодушной ненавистью, точно так же она ненавидела и весь остальной мир. А вот «господина Дешия» она ненавидела очень по-личному.
Тенью следуя за стариком, женщина узнала всё, что нужно для самой вкусной мести. Просто убить врага? О нет, что за дурновкусие? А вот заставить его испытать то, что когда-то испытала она сама… Губы Йожиры разошлись в хищном оскале.
В городе было три самых важных места. Помимо Зверинца. Три комнаты, в которые могли заходить только определённые лица. Сосредоточение всех планов «господина», всех его стремлений. И всё это буквально под носом хайнеса. Йожира, может быть, удивилась бы беспечности повелителя всея Салеи, если бы не знала,
Ходить по коридорам рядом с самыми важными комнатами стало сложнее. «Господин» распорядился, чтобы количество факелов удвоили, и теней стало меньше. Словно бы что-то почувствовал, ублюдок! Или вспомнил.
Йожира устроилась в нише за три поворота до нужной комнаты и приготовилась ждать. Ожидание не затянулось. Послышались шаги и голоса, и показались шестеро мужчин – смена караула. Тень от них падала широкая, просторная, в неё Йожира и шагнула и пошла дальше плечом к плечу с оборотнями. С каждым поворотом толпа редела, тень становилась уже, но для одной женщины её было вполне достаточно.
У двери стояли четверо стражей, двое из них радостно встрепенулись и подались навстречу приближающимся товарищам.
– Мы уж заждались.
– А чего ждали-то? – сварливо спросил один из мужчин. – Раньше срока не пришли бы. Топайте уже.
Он шагнул ближе к двери, но вдруг выпучил глаза, захрипел и начал заваливаться набок. На губах запузырилась кровь, и его товарищи мгновенно схватились за оружие и заозирались. Голова одного из них мотнулась, на стену плеснулось что-то тёмное, и на шее, стремительно расширяясь, словно радушная улыбка, зачернела рана. Оборотень выронил оружие и, задыхаясь, схватился за горло, другие стражники отшатнулись от него, один запнулся и, застонав, схватился за бедро.
– Сюда!!!
Крик сменился хрипом, и между мужчинами метнулся тёмный силуэт. Они не успели упасть на пол, а Йожира уже стояла у двери и прикладывала к замку стащенный у Дешия ключ. Магическая печать неохотно распалась, и женщина с ноги распахнула створку, успевая скрыться внутри раньше, чем в коридоре показалась стража.
Она не боялась попасться. Главное – успеть сделать задуманное, а уж после такого можно и умереть. Подскочив к свисающему с потолка шару, Йожира торопливо провела пальцами по желобкам, в которых перемигивались голубые ручейки. Они хлынули по цепи вниз к артефакту, а женщина продолжала и продолжала убирать невидимые «барьеры» и оживлять печать. В тот момент, когда стража подбежала к двери, она успела соединить последний ручеёк с цепью и отскочить в тень.
Шар ярко вспыхнул, на мгновение рассеивая тень и выхватывая Йожиру из укрытия, а затем так полыхнул, что зрение померкло. Подземелье тряхнуло с такой силой, что женщина и стража упали на колени, сверху раздался грохот, дрожь усилилась, по стенам, полу и потолку стремительно разбежались голубые тараканы символов, посыпались мелкие камешки и воздух запорошило пылью.
– А-а-а-а-а! – завопил кто-то в панике.
Гул продолжал нарастать. Символы налились густой, почти чёрной синевой, потом неожиданно полыхнули оранжевым и покраснели-побагровели. Шар запульсировал, как огромное сердце, комната затряслась так, что поднимающиеся мужчины покатились по полу, от грохота заложило уши. Артефакт мигнул, и от него рваными линиями, словно просачиваясь сквозь камень, куда-то вверх поползли красные потоки. Наверху грохотало, будто бы что-то выламывалось из земли и поднималось вверх. На какую-то секунду Йожире показалось, что стены комнаты сейчас обрушатся, и она ощутила разочарование.