Месть Ориона
Шрифт:
– Мой отец жив, – ровным голосом отвечал царевич – ни гнева, ни антипатии к Некопта. Этот юноша научился хорошо скрывать свои чувства.
– И все же, – настаивал я, – если твой отец не сможет больше править от скорби или хвори, ты сменишь его на престоле или же править будет Некопта от его имени?
Арамсет надолго замолчал. Его темные глаза впивались в меня, точно царевич пытался понять, насколько можно доверять чужаку из далеких земель.
Наконец он проговорил:
– Некопта вполне способен править страной, как он делает
Настаивать не имело смысла. У него хватило мудрости не сказать ни слова против жреца, так как он был уверен, что вокруг шпионы. Однако я понял, что и царевич не испытывал симпатии к жирному вельможе. Арамсет сжал кулаки, едва услышал ненавистное имя, и не разжимал их, пока мы не распрощались, и он не сразу отправился в свою опочивальню, видимо желая успокоиться.
Наконец мы добрались до дельты – плодородных возделанных земель, пересеченных ирригационными каналами, изобиловавшими прекрасными длинноногими птицами – снежно-белыми и нежно-розовыми. Местные гарнизонные военачальники переговорили с полководцем Расетом и сообщили ему, что люди моря захватили несколько деревень в устье западного рукава реки. По их подсчетам, у варваров более тысячи воинов.
В тот вечер Расет, царевич и я обедали вместе в небольшой каюте в западной части палубы. Полководец, игриво настроенный, пожирал отварную рыбу с луком и запивал ее вином.
– Следует учесть, что местные, естественно, преувеличивают, – сказал он, протягивая руку к кувшину с вином. – Скорее всего нам придется иметь дело с несколькими сотнями варваров.
– А наше войско состоит более чем из тысячи вооруженных воинов, – проговорил царевич.
Расет кивнул:
– Остается лишь обнаружить варваров и уничтожить их, прежде чем они разбредутся по стране или возвратятся на свои корабли.
Я вспомнил стан ахейцев на побережье возле Трои. И подумал: неужели Одиссей или Большой Аякс окажутся среди моих врагов?
– Коней и колесницы скоро привезут на грузовых кораблях, – бормотал, ни к кому не обращаясь, Расет. – Через несколько дней мы будем готовы к удару.
Я посмотрел на него:
– И куда же мы направим удар? Неужели ты уверен, что варвары до сих пор сидят в тех деревнях, где их видели несколько дней назад?
Расет поскреб подбородок:
– Хм… конечно, они могут уплыть куда угодно, не так ли?
– Да. Спустив корабли на воду, они могут очутиться в любом месте дельты и напасть на другие селения, пока мы будем готовиться уничтожить их тут.
– Нужно послать лазутчиков, чтобы выяснить, где они, – предложил Арамсет.
Расет восхитился, услышав его слова.
– Великолепно! – взревел он. – Из царевича выйдет великий полководец.
Потом оба обернулись ко мне. Расет проговорил:
– Орион, ты со своими хеттами обследуешь деревни, где последний раз видели варваров. Если их там нет, вы вернетесь сюда и известите нас. Если же они еще не ушли, вы будете следить за ними, пока не подойдут наши
И прежде чем я успел что-либо добавить, царевич Арамсет сказал:
– И я буду с вами!
Полководец покачал головой:
– Риск чересчур велик, на это я не могу пойти, мой господин.
„Особенно когда меня выдадут Менелаю шпионы Некопта, – подумал я. – Неужели Расет служит жрецу? Какие тайные приказы отданы ему?“
Но царевича не удовлетворил ответ полководца.
– Отец послал меня в поход, чтобы я научился воевать. Я не стану отсиживаться в тылу, пока остальные сражаются.
– Когда начнется сражение, царевич должен находиться рядом со мной, – проговорил Расет. – Так приказано… – И добавил: – Устами самого царя.
Арамсет было отступил, но не сдался:
– Хорошо, но уж в разведке я могу сопровождать Ориона и его людей.
– Я не могу согласиться на это, господин, – ответил полководец.
Молодой человек обратился ко мне:
– Я буду держаться подле Лукки. Он не допустит, чтобы со мной что-нибудь случилось.
Я постарался смягчить свои слова:
– А что, если ему придется оборонять тебя, пренебрегая остальными своими обязанностями?
Царевич сердито взглянул на меня и открыл рот, чтобы ответить, но не нашел нужных слов. Этот добрый молодой человек явно успел полюбить Лукку. Недостатком его являлась лишь молодость, – как свойственно юношам его возраста, он не мог представить себя раненным, изувеченным или убитым.
Молчанием царевича воспользовался Расет:
– Орион. – Его голос внезапно сделался властным. – Ты поведешь своих людей по суше к тем деревням, где видели варваров, и сообщишь мне об их передвижениях с помощью солнечного зеркала. Ты выступишь завтра с рассветом.
– А я? – спросил царевич.
– Ты останешься со мной, мой господин. Колесницы и кони скоро прибудут. Через несколько дней разгорится битва, которая потешит самолюбие любого воина.
Я мрачно кивнул.
Чернобокие ахейские корабли обнаружились на берегу в однодневном переходе от прибрежной деревни, где мы оставили свое судно.
Вокруг раскинулась равнина, изрезанная ирригационными каналами, но широкие поля давали простор и для колесниц, если забыть об урожае. Лукка велел своим людям разбить лагерь возле одного из каналов пошире, у мостика, который легко было защитить силами двух смелых воинов. В худшем случае его можно было поджечь, чтобы преследователи не могли перейти через канал. До следующего моста нужно пройти милю или больше. Мы пересекли мост и направились через поля, протянувшиеся до самого края поселка, по невысокой пшенице, раскачивавшейся под ветерком. Селение раскинулось вдоль берега, дюжина небольших рыбацких лодок была привязана у посеревшей деревянной пристани. Ахейские военные корабли лежали на песке. Возле них ахейцы разбили шатры и устроили самодельные навесы. Тонкими серыми щупальцами тянулся к небу дым от кухонных очагов.