Месть носит Prada
Шрифт:
– Слушай, я не смогу, – пробормотала она. Ее охватила тревога: на что она рассчитывала, возомнив, что может запросто заявиться сюда после всего, что произошло? Войти в кабинет Миранды Пристли как ни в чем не бывало? Боже мой, о чем она только думала! Ей нестерпимо захотелось убежать.
Эмили схватила Энди под руку, буквально протащила ее через турникет и впихнула в лифт, где они, к счастью, оказались одни. Ткнув кнопку восемнадцатого этажа, она повернулась к Энди.
– Мы все выдержим, договорились? – Ее голос слегка дрожал. – Думай о хорошем – мы же вот едем на лифте, а не пешком поднимаемся!
Для ответа времени не осталось – дверцы разъехались, и девушек встретила знакомая ослепительная белизна «Элиас-Кларк». Получив значительное повышение, Миранда переехала
– Надо же, даже обстановку не сменили, – пробормотала Энди.
Секретарша, стройная гибкая брюнетка с экстремально коротким «бобом» и помадой настолько алой, что хотелось вздрогнуть, выдавила улыбку, больше похожую на насмешку.
– Андреа Сакс и Эмили Чарлтон? Сюда, пожалуйста.
Не успели девушки подтвердить, что это действительно они, или хотя бы размотать шарфы, как девица провела картой по консоли, распахнула огромные стеклянные двери и мгновенно исчезла за ними – каблуки высотой в десять сантиметров ей явно не мешали. Эмили и Энди пришлось перейти на бег, чтобы не отстать.
Они переглянулись, спеша за секретаршей по лабиринтам коридоров, мимо просторных, отделенных стеклянными перегородками офисов с прекрасным видом на Эмпайр-стейт-билдинг и с начальниками всех рангов в дорогих костюмах. Все происходило с нечеловеческой быстротой: им не дали и минуты присесть, отдышаться, сказать друг другу что-нибудь ободряющее. Секретарша не предложила им воды и не взяла их пальто. Еще в первый раз Энди поняла – ясно и отчетливо, – каково редакторам, журналистам, моделям, дизайнерам, работникам отдела рекламы, фотографам и остальному персоналу «Подиума» оставлять относительную безопасность своих кабинетов и являться на зов к Миранде. Неудивительно, что все они напоминают ходячих мертвецов.
Через считанные секунды они подошли к офису, очень похожему на тот, который Миранда занимала в «Подиуме»: два секретарских стола в идеальном порядке по обе стороны распахнутых застекленных дверей, за которыми простирался солидный кабинет, с великолепным видом из окон, элегантно оформленный в приглушенной серо-белой гамме с яркими акцентами желтого и бирюзового, создававших ощущение залитого солнцем пляжного домика. В рамках из крашеного плавника [7] , казавшихся старинными и современными одновременно, красовались фотографии восемнадцатилетних Каролины и Кэссиди, маняще привлекательных и смутно враждебных. Огромный ковер на полу резал глаза своей белизной, нарушаемой лишь одинокой бирюзовой жилкой. На дальней стене Энди увидела огромный гобелен, творение из расшитой ткани, притворявшееся картиной, но тут дверь открылась, и вошла Миранда. Не взглянув на Энди, Эмили и даже на своих помощниц, она прошла через секретарскую прямо к своему столу и спросила очень хорошо знакомым безапелляционным тоном:
7
То есть из выловленного из воды дерева.
– Чарла! Вы меня слышите? Эй! Есть там кто-нибудь?
Девушка, которая, видимо, и была Чарлой, уже открывшая рот, чтобы поздороваться с Энди и Эмили, пальцем с острым ногтем сделала им знак подождать, схватила клипборд – видимо, с «Бюллетенем» – и бросилась в кабинет Миранды.
– Да, Миранда, я здесь. Чем я могу…
– Позвоните Кэссиди и скажите ей пригласить инструктора по теннису поехать с нами на выходные, затем позвоните инструктору и пригласите ее лично. Отказ меня не устроит. Сообщите моему мужу, что завтра из дома мы выходим ровно в пять. Проинформируйте гараж и прислугу в Коннектикуте о времени нашего прибытия. Отправьте с курьером экземпляр новой книги, которую они рецензировали в прошлое воскресенье, ко мне на дом до отъезда и запланируйте телефонный разговор с автором на утро понедельника, пораньше. Закажите на сегодня столик для обеда и сообщите об этом нью-йоркскому агенту
Энди так заслушалась Миранду, автоматически фиксируя и усваивая информацию, что почти не обратила внимания на последнюю фразу. Удар локтя Эмили по ребрам заставил ее очнуться.
– Соберись, – прошептала Эмили, срывая полушубок и бросая его на пол около стула ассистентки. Энди последовала ее примеру.
– Как мне это сделать? – шепотом огрызнулась она.
– Миранда сейчас вас примет, – объявила Чарла. Каменное выражение ее лица девушки сочли за дурной знак.
Она не проводила их в кабинет. Может, рассудила, что они знают протокол, или решила, что гостьи недостаточно важные, или просто система изменилась за последние годы. Чарла жестом пригласила их пройти, и в этот момент Энди невольно глубоко вздохнула, а Эмили выдохнула. Плечом к плечу они вошли в офис Миранды, старательно изображая уверенность.
К их радости и удивлению, она не смерила их ледяным взглядом. Более того, Миранда на них даже не посмотрела. Она не пригласила их присесть, не поздоровалась и вообще никак не показала, что осведомлена об их присутствии. Энди подавила инстинктивный порыв доложить о каких-нибудь результатах, например, сообщить Миранде, что ее обед организован должным образом или что побежденный в споре репетитор наконец признал свою неправоту. Энди чувствовала исходящее от Эмили напряжение. Не зная, как себя вести, они просто молча стояли. Прошли долгих сорок пять секунд самого неловкого молчания, какое когда-либо испытывал человек. Энди робко взглянула на Эмили, но подруга застыла истуканом, явно раздираемая ужасом и неуверенностью. Стояние продолжилось.
Миранда сидела на холодном металлическом стуле прямая, как палка. Ее фирменный «боб» был настолько гладким, что казался париком. Она была одета в плиссированную темно-серую юбку из шерсти или, возможно, кашемира и узорчатую шелковую блузку неожиданно ярких красно-оранжевых тонов. Коротенькое белое пончо из нежного кроличьего меха согревало ей плечи; с цепочки на шее свешивался одинокий огромный рубин размером с леденец. Ногти и губы были выкрашены в знакомый винно-красный цвет. Энди завороженно смотрела, как тонкие блестящие губы обхватили край картонного стакана с кофе, напились и разжались. Кончик языка нарочито неторопливо прошелся сначала по верхней губе, а затем по нижней. От этого зрелища невозможно было оторваться – будто кобра пожирает мышь.
Наконец – наконец-то! – Миранда подняла глаза от своих бумаг и посмотрела на Энди и Эмили, хотя в глазах не мелькнуло ни малейшего интереса или узнавания. Она чуть наклонила голову набок, перевела взгляд с Энди на Эмили и обратно и сказала:
– Да?
«Да»?! «Да», которое следовало понимать «Чем могу быть полезна, незваные гостьи?». Сердце у Энди забилось еще быстрее. Неужели Миранда не помнит, что сама их пригласила? Энди едва не лишилась чувств, ожидая, когда Эмили откроет рот.
– Здравствуйте, Миранда, – сказала Эмили. Ее голос звучал спокойнее, чем она выглядела; на лице появилась широкая фальшивая улыбка. – Очень приятно снова вас увидеть.
Энди рефлекторно тоже растянула губы в деланной улыбке и с энтузиазмом кивнула. Вот вам и спокойствие, достоинство и собранность! К чертям полетело понимание, что эта женщина не может им навредить, что она им не нужна, что ее власть над ними давно кончилась. Девушки стояли навытяжку, скалясь, как шимпанзе.
Миранда холодно смотрела на них. Казалось, она действительно не помнит, что сама выступила инициатором встречи.