Месть наемника
Шрифт:
— И будешь вести себя как мусульманка, как моя дочь. На случай слежки, — добавил араб. Девушка шутливо подняла руки.
— Где здесь можно переодеться? — спросила она, доставая сигарету из пачки капитана.
— А я думал, ты не куришь, — заметил он.
— Бросала два года назад.
Через полчаса Фрост отправился назад к тому месту, где остался джип. Он решил подойти к машине, только будучи абсолютно уверенным, что вокруг нет ничего подозрительного. При малейшем намеке на слежку джип придется бросить. Жалко, конечно, расставаться и с ним, и с винтовкой, спрятанной в багажнике, но жизнь дороже. Он
Снова надев очки, чтобы хоть немного изменить внешность, Фрост нашел укромное место и стал наблюдать за джипом. Через десять минут, не заметив ничего подозрительного, он подошел к машине, забрался в нее и повернул ключ зажигания.
Только он начал выезжать на проезжую часть, как к нему с противоположной стороны улицы устремились три наемника — один из них был в форме майора.
— Подождите, капитан! — закричал он, пропуская проезжающий бензовоз.
— Слушаю вас, майор.
— Вы служите здесь? Что-то я вас раньше не видел.
— Капитан Хэвеншир из второй бригады. В городе выполняю одно поручение.
Фрост оценивающе взглянул на троих и решил рискнуть.
— Сэр, может, вас подвезти? Куда вы направляетесь?
Майор посмотрел на двух младших офицеров, своих подчиненных.
— Ну, это всего лишь в двух кварталах отсюда, не больше мили, хотя… Как вас зовут?
— Хэвеншир, сэр. Моррис Хэвеншир.
— Ну что же, — улыбнулся майор, явно польщенный вежливостью капитана. — Спасибо, Моррис. Давайте, ребята, садитесь.
Хэнк, не моргнув глазом, поддерживал какой-то общий разговор, пока вез их по улице с беспорядочным движением до гостиницы, чей адрес ему назвали. Она имела довольно неухоженный вид, и было несложно догадаться, чем там собираются заняться военные. Когда они выбрались из машины, майор повернулся к Фросту:
— Послушай, Моррис, здесь такие девушки. Так что если у тебя есть время…
— Очень жаль, сэр, но я и так опаздываю. По дороге сюда забарахлил джип, и я долго с ним провозился. Но могу забрать вас отсюда на обратном пути, через пару часов.
— О, это было бы отлично. Спросишь меня у дежурной, внизу. Майор Перлбах — П-Е-Р-Л, а дальше БАХ, как музыканта.
— Хорошо, — ответил Фрост, козырнул, влился в поток машин и поспешил в одну загадочную компанию, координаты которой дал ему араб, где он рассчитывал или найти Кертиса, или получить информацию о его местонахождении. Там он представился другом Бензади и убедил владельца компании, что также является приятелем Кертиса. Ему удалось узнать, что тот покинул город три дня назад и сейчас находится в базовом лагере, расположенном в предгорьях, в пятидесяти милях от столицы. Капитан нашел это место на карте, сказал спасибо в размере сорока долларов за полученную информацию и продолжил свой путь. Бензина должно было хватить — в машине еще стояли две полные канистры.
Он выехал из города через другой КПП, чтобы не встречаться с теми солдатами, которые впустили его. Покинуть Буванди оказалось неожиданно легко — он лишь козырнул и проследовал мимо колонны стоявшего в очереди гражданского транспорта. Фрост успел заметить, что солдаты на этом пункте действовали
Удаляясь от города, капитан чувствовал себя в сравнительно большей безопасности. Через час он въехал в горы, включил полный привод на все колеса и начал подниматься по глинистой дороге, размытой дождями. Еще пятнадцать минут — и колея стала совсем непроходимой. Фрост приткнул джип вбок, достал рюкзак, винтовку и отправился дальше пешком. Он снял темные очки, закрыл глаз повязкой и засунул черный берет со знаками войск Чапмана под рубашку. Нарукавная повязка офицера вооруженных сил Нугумбве была заброшена подальше.
Взбираясь по грязной тропе и скользя на мокрой глине, капитан почувствовал, что за ним наблюдают. Он предполагал это. Сняв винтовку с плеча, он поднял ее над головой. Это было опасно — вместо людей Кертиса здесь могли оказаться террористы или даже солдаты полковника, но он решил рискнуть.
— Меня зовут Хэнк Фрост! Я друг Питера Кертиса! — закричал он.
Чувствуя себя следопытом восемнадцатого века, впервые ступившим на священную землю апачей, капитан снова крикнул:
— Эй, я буду стоять здесь. Я не сделаю вам ничего плохого. Понимаете?
Фрост не знал, понимают ли английский те, кто за ним наблюдает. Но выхода у него не было. Он довольно хорошо говорил по-испански, немного знал французский и немецкий, мог связать несколько слов по-португальски, но не знал ни единого слова из местного африканского наречия.
После его обращения из кустов, темнеющих у дороги, с опаской поднялись четыре африканца в военной форме оппозиции. Капитан вздохнул с облегчением, хотя совсем не был уверен, что его не застрелят на месте.
— Ребята, вы понимаете по-английски? — спросил он, широко улыбаясь, — я — против Чапмана, я…
Видимо, они все-таки не понимали по-английски и разобрали только слово “Чапман”. Все четверо кинулись на Хэнка, не считая нужным даром тратить пули. Первый бросился со штыком наперевес, который капитану удалось отбить прикладом винтовки.
— Да постойте вы, — Фрост все еще пытался разрешить конфликт по-мирному. — Друг… Питер Кертис… Друг.
Тут на него напал второй солдат, и снова капитану пришлось, отступая, отбивать штык. Он уперся спиной в большой валун и подумал, что придется стрелять, как на него набросились спереди и с боков все сразу, замолотили кулаками и повалили на землю, выкрикивая слово, похожее на “шпион”. Вчетвером они заломили ему руки за спину и подняли на ноги. Фрост прорычал сквозь стиснутые зубы:
— Ну все, хватит корчить из себя хорошего парня.
Один из солдат наклонился, пытаясь разобрать, что он бормочет, и на секунду ослабил захват. Капитан резко ударил его носком ботинка под коленку. Тот взвыл от боли и отпустил руку Хэнка. Фрост молниеносно развернулся и уцепился свободной рукой в горло солдата, держащего его справа, а ногой заехал стоящему перед ним в пах и тот упал назад.
В ту же секунду он изо всей силы сжал пальцами кадык и противник инстинктивно бросил его правую руку и стал отрывать левую от своего горла. Капитан отвел освободившуюся руку, нанес прямой удар в солнечное сплетение солдата и тот согнулся от боли.