Месть Мутушими

Ван Дей Фредерик

– Это большой комплимент, – ответил Ник Картер, спокойно садясь в кресло, – и я дам вам все необходимые объяснения, но предварительно попрошу вас дать мне одну из ваших великолепных сигар, так как мне сильно хочется курить, чтобы успокоить нервы. Дело в том, что я во время бури имел удовольствие кататься в течение получаса по палубе, а затем попасть в одну из спасательных лодок, одним концом сорванную со штанги. Оттуда я с трудом выбрался опять на палубу. Если бы я опоздал с этим на несколько секунд, то теперь не сидел бы здесь. Кажется, это

была лодка номер 8.

Капитан в недоумении покачивал головой. Все то что он слышал сейчас, казалось ему столь же невероятным, как и утверждение, что сидевший в комнате японец есть Ник Картер.

Сыщик видел по лицу капитана, что тот все еще не верит ему, и потому снова заговорил:

– Неужели вы не узнаете меня по голосу?

– Голос-то мне знаком, – проворчал капитан, – но если вы на самом деле Ник Картер, то я сегодня вечером ставлю дюжину шампанского!

– Отлично, – засмеялся Ник Картер, – остается только пожалеть, что вы, без сомнения, потратитесь из-за меня, но делать нечего, я – Ник Картер! Впрочем, как же сигара?

– Возьмите из ящика на столе, – небрежно ответил капитан, – там есть и спички. А потом говорите, в чем дело, и объясните, к чему весь этот маскарад.

Ник Картер закурил сигару, пододвинул свое кресло к Риту и вынул из кармана свой именной билет на проезд и выданный ему генеральным консулом в Йокогаме паспорт.

Капитан внимательно просмотрел эти документы.

Затем он возвратил их сыщику и сказал:

– Простите, мистер Картер, что я был немного резок с вами, но в этом виноват ваш превосходный грим! Вы даже взгляд ваших глаз переменили! Каким образом вы этого достигли, я решительно не понимаю!

– Это все пустяки, необходимые в нашем деле, – ответил Ник Картер, улыбаясь, – так вот, слушайте, капитан. История будет долгая, но я должен посвятить вас во все ее подробности.

Затем Ник Картер рассказал капитану все, что происходило в последнее время, начиная с того момента, когда он попал в плен к Мутушими и был увезен в Японию.

– Вы видите, капитан, – заключил он, – что у меня есть полное основание, чтобы меня здесь на пароходе официально не существовало. Я хочу попросить у вас, чтобы вы распорядились отвести мне другую каюту и другое место за общим столом. Ведь это нетрудно сделать?

– Конечно, мистер Картер, – ответил капитан, – вы мне лично тоже сделаете большое одолжение, если изловите эту проклятую шайку, прежде чем мы дойдем до Сан-Франциско. Я много кое-чего перевидал на своем веку, но еще ни разу не было такого безобразия, чтобы целая банда убийц находилась у меня на судне.

Капитан встал, пожал Нику Картеру руку и ушел, чтобы отдать необходимые распоряжения.

Глава VI

Мнимая смерть Ника Картера

В полдень, у входа в дамскую гостиную была вывешена дощечка с указанием, сколько миль прошло судно за истекшие сутки, и с извещением о том, что после вчерашней бури пропало без вести

два пассажира, и что имеется основание предположить, что они были сметены с палубы ураганом. Были также указаны имена этих пассажиров:

"Николай Картер из Нью-Йорка,

Ханчу из Токио".

Сам Ник Картер как раз внимательно читал это извещение, как вдруг за его спиной остановились два японца и тоже прочитали известие о пропаже двух пассажиров.

Ник Картер хорошо заметил, как японцы переглянулись, и услыхал, как один из них сказал:

– Интересно, смело ли их обоих вместе?

– Весьма возможно, – ответил другой, – я даже уверен в этом.

Ник Картер хорошо заметил лица обоих японцев и знал, что он в любое время узнает их.

"Тоже двое из числа моих приятелей, – подумал он, – погодите, ребята, я с вами разделаюсь".

В это время появились генерал Лакатира и Том Гарнет.

По-видимому, они еще не знали, в чем дело, так как тоже остановились и прочитали извещение.

Едва только Гарнет дочитал, он в сильном волнении воскликнул:

– Посмотрите сюда, отец! Ведь это ужасно!

Генерал в ужасе смотрел на извещение и не мог произнести ни слова. Наконец, он опомнился и медленно произнес с ударением на каждом слове:

– Он убит! Его убил не кто иной, как Ханчу! Я с самого начала не доверял ему, потому что он сам состоял на службе у Мутушими, так же как его отец и дед – у предков барона. Но так как он давно уже служил в полиции и там отличился, то я не возражал против его назначения. Нам остается утешиться тем, что самого убийцу тоже постигла заслуженная кара.

– Да, но это не меняет факта, – уныло отозвался Гарнет, – что значит жизнь Ханчу в сравнении с незаменимым Ником Картером?

– К сожалению, ты прав, – вздохнул генерал, – сотни таких людей как Ханчу не стоят одного Ника Картера!

– Как быть теперь? – спросил Гарнет с растерянным видом.

– Как быть! Да никак, – ответил Лакатира, пожимая плечами, – что мы можем сделать? Я не сумел исполнить поручение, возложенное на меня микадо, вот и все. Мне остается только вернуться с тем же пароходом в Нью-Йорк, доложить микадо о происшедшем и подать в отставку, а то еще, пожалуй, меня и так выгонят со службы.

– До этого не дойдет, – решительно заявил Гарнет.

Но Лакатира только покачал головой и печально сказал:

– Ты не знаешь микадо так хорошо, как я его знаю. Тот человек, жизнь которого я должен был охранять как свою собственную, погиб вследствие моей небрежности, а небрежность моих людей будет поставлена в вину мне.

– Зачем ломать себе голову над вопросами, которые разрешатся еще нескоро, – заметил Гарнет, – это ты успеешь сделать и после.

– Ты прав, – ответил Лакатира, – от этого ничего не изменится. Впрочем, вот еще что: можно ли будет скрыть от гейши известие о смерти Ника Картера? Это было бы желательно, так как мне хотелось бы, по крайней мере на время, избавить ее от этого горя.