Месть колдуна
Шрифт:
– Да.
– А сколько помощников должно к тебе подоспеть на помощь?
– Двенадцать человек.
– Каким образом они доберутся в Баронство Радуги?
– Они уже плывут морем.
– А чем должен ты заниматься до их прибытия?
– Проследить основные пути поставки и узнать когда в Альтурские Горы пойдёт самые большой караван.
С каждым ответом Кремона лицо герцога всё больше перекашивалось от недовольства, а взгляд мрачнел. Но он пока не останавливался:
– Как вы должны уничтожать караваны?
– С
– Кто их должен доставить?
– Мои помощники.
– Что вы должны будете делать после уничтожения каравана?
– Скрытно переместиться к морю и там уничтожить корабли тех торговцев, которые сотрудничают с контрабандистами.
– А кого собираетесь ещё уничтожать в прибрежных районах?
– Всех контрабандистов, которые попадутся под руку.
– Хм, интересно… А почему именно тебя отправили на самое опасное направление?
– Я больше всех ненавижу драконов.
– Какие у тебя для этого причины?
– По их вине погибла моя мать.
– Как вас потом собираются эвакуировать в Энормию?
– Через два месяца в Келпри нас будет ждать торговое судно.
– А почему вас планируют забрать не со Строна, а именно с Келпри?
– В том варварском городе, среди засилья кочевников, нам будет намного легче затеряться и уйти от погони.
Казалось, что у крикливого таги разболелись зубы, потому как он стал покачивать головой чуть ли не со стоном:
– Ты присутствовал на переговорах с нашими представителями?
– Нет.
– А кто на этих переговорах участвовал из твоего непосредственного начальства?
– Старший дознаватель пограничья Вилия Пламенный.
Герцог Ботиче вообще скривился так, словно его заставили выпить стакан грязной нефти, и обвёл мрачным взглядом своих подчинённых. Те хранили молчание, но, похоже, прекрасно осознавали то, что происходило. А их лидер разочаровано чмокнул своими губками и проговорил в раздумье:
– Так, так… Значит, Вилия Пламенный… Самый страшный и воинственный враг драконов… Надо же! Именно тот, кто и для нас считается героем и примером для подражания…
Вероятно от самобичевания герцога спас прибежавший откуда-то из глубины помещений таги.
– Господин герцог! Наши преследователи бурят в подземный город сразу три штольни с разных направлений. Скорей всего – это вполне осознанное действие, с правильно выбранной целью. Через полчаса они ворвутся на наши магистрали. Я приказал выдвинуться к местам предполагаемого…
– Отставить! – герцог соскочил со стула и понёсся к выходу. – Все за мной! Уходим в Сопло! Все до единого!
– Но мы же можем защищаться?! – воскликнул кто-то.
– Нет! Больше ни одной напрасной жертвы!
– А что делать с пленником? – со всей силы своих лёгких крикнул вслед удаляющемуся лидеру бронированный сорфит-охранник.
– Оставьте как есть! – донеслось издалека. – В покрывале он ничего
Минут десять изо всех помещений слышался грохот, топот, ругань и отрывистые команды. Раздавался скрип и громыхание передвигаемой мебели, стук закрывающихся ящиков и звон собираемого оружия. Похоже, заговорщики или сепаратисты забирали всё самое ценное и необходимое из своего тайного города. Только вот в какое такое Сопло они собрались? Да и как вообще могли существовать в таком однородном и патриотическом государстве, как Сорфитские Долины? Ведь по твёрдому мнению всего мира здесь даже преступности как таковой не существовало. Откуда же и как здесь появились недовольные? И чем они в первую очередь недовольны?
Ладно, этот вопрос прояснится позже. И так хорошо, что хоть осознали свою ошибку и не стали уничтожать пленника, который вёл праведную для каждого таги и сорфита борьбу с ненавистными драконами. Скорей всего и подлинные задания, выболтанные под Сонным Покрывалом, могли вызвать у герцога и его подчинённых понимание и поддержку. Ведь колабы для них – враги гораздо более непримиримые. Но хорошо, что хоть удалось отделаться малой ложью. Вот только гибель стольких разумных оказалась напрасной. И особенно тяжелой болью отдалось в сердце Кремона воспоминание о гибели Пасбеля Мортека. Сильнейшего и опытнейшего Эль-Митолана. Но самое главное – чудесного, весёлого и радушного товарища. Кажется, совсем недавно он смеялся, шутил и держал в приподнятом, мажорном состоянии всех окружающих. А вот теперь… Вряд ли даже пепел от него удастся отыскать.
Вот так, тяжело вздыхая и печалясь о погибшем товарище и провёл Невменяемый целый час. Двигаться не давали ни Сонное Покрывало, ни крепкие путы и потому оставалось лишь ждать приближающихся спасателей.
Скорей всего его нащупали отделённым сознанием заранее, так как Татил Астек вбежал в помещение с явной уверенностью в окончании поисков:
– Живой? Цел? Здоров? – чуть ли не с порога стал выкрикивать таги, а, подскочив к стулу, рывком сорвал с человека Сонное Покрывало. – Что ты застыл? Как себя чувствуешь?
– Да я то в полном порядке, – с тяжёлым вздохом высказался Кремон. А вот Пасбель…
– Что с ним?! – выкрикнул таги, не обращая внимания на подоспевших двух сорфитов, которые тут же принялись сноровисто освобождать человека от пут. – Мы его нигде не можем отыскать!
Кремон попытался сглотнуть пересохшим горлом и потёр подбородок и шею освобождённой рукой. И лишь затем прохрипел:
– Погиб наш товарищ… Они его сожгли дотла.
Один из сорфитов тут же протянул знакомый кувшин с водой и теперь уже Невменяемый осушил его до дна. После этого более спокойно пересказал всё, что с ним случилось.