Месть колдуна
Шрифт:
Рыбониз, так рыбониз! Создатель Опоры лишь скептически скривился, услышав эту новость, а про себя подумал: «Постараюсь потом придумать имя более благозвучное. Если, конечно, будет возможность кому-то о них поведать…»
Пятый день начался с частого и интенсивного виляния между круто возвышающимися скальными наростами. Причём островки порой попадались довольно большие, густо заросшие многометровыми зарослями, а то и высокими, раскидистыми деревьями. Вот только берега у них были необычайной крутизны и фактически неприступные. И по рассказам наблюдателей именно на этих скальных образованиях
Ещё через пару часов армия вышла на большой тактический простор и пошла строго по прямой линии. А уже к обеду сидящий на вышке вперёдсмотрящий рассмотрел в далёком туманном мареве изломанные горные гряды.
– Земля по левому борту. Километров восемь, десять!
И чуть позже, после короткого обсуждения с Кашадом, главнокомандующий дал команду плавно поворачивать к острову. Но не идти на него прямо в лоб, а чуть наискосок. Так что бы в случае опасности легче было бы отвернуть вправо и вновь уйти на глубины. А все свободные от движения санок и охраны по периметру клина Эль-Митоланы сосредоточили своё внимание на неведомых землях.
Чуть ли не сразу же поступило сообщение, что в этих местах существует невероятное для Топей явление: течение. И чем ближе воины приближались к возвышающейся суше, тем сильней течение становилось. Мало того, чёрная жижа постепенно уступала место мутнейшей, но всё-таки явно неядовитой воде. Попробовали промерить глубину, но лотов больших, чем на пятьдесят метров просто не нашлось. А когда до берега осталось около полутора километров снизу ко льду стали подплывать огромные, но вполне безобидные на первый взгляд рыбины. Свом строением они очень походили на карпов, вот только в раскрывающиеся пасти спокойно мог проскользнуть даже самый большой борнус или не совсем взрослый валель. Да ещё и усы, каждый метра по три верткими змеями тщательно ощупывали опору снизу. Словно жили своей, независимой от огромных носителей жизнью.
Кажется, уже как уныло и безропотно вели себя привычные ко всему флегматичные лошади, но и те испугано стали останавливаться и пятиться, когда им под ноги всплывало в уже почти чистой воде гигантское лупоглазое чудовище. Зазвучали резкие команды, ротозеи подтянулись, строй сомкнулся и вновь выровнялся до нужного состояния. И как раз вовремя: на берегу, до которого оставалось метров шестьсот, заметили первого гигантского диплодока.
Чуть ли не все нарушили строй, создавая на Опоре небольшую неразбериху. Каждый хотел хоть одним взглядом охватить открывающуюся не так далеко картину. И зрелище того стоило.
Неуклюже переваливаясь на двух задних ногах, из-за прибрежных скал выбежало прямоходящее создание высотой чуть ли не десять метров. При передвижении ему помогал внушительный, извивающийся хвост, служащий скорей всего для равновесия. Потому как на короткие передние лапы чудовище вряд ли могло опираться при ходьбе. Но самая поразительной часть тела, являлась четырёхметровая пасть. А когда древний ящер эту пасть открыл, довольно порыкивая, половина
А монстр весьма удачно преследовал более мелкое, спешно убегающее животное. Похоже, это была молодая особь более крупного подвида диплодоков, толстое и округлое тельце, которого раскачивалось на коротких метровых ножках. И это трехсоткилограммовое животное в панике трубило своим высоко поднятым хоботом. Может, на помощь звало своих родителей?
Вот только шансов у жертвы не было. Пологий выход к воде со всех сторон окружали отвесные скалы, спрятаться между которых тоже не представлялось возможности. И тогда жертва без остановки прыгнула в воду и шустро поплыла, огибая выступ берега.
Ящер резко затормозил, выдал досадующий рык, но в воду прыгать и не подумал. Видимо глубина не позволяла, а плавать он со своим весом не умел. И теперь, приоткрыв пасть, смотрел то одним метровым глазом, то другим на ускользающую добычу.
И не зря смотрел: неожиданно вокруг животного с хоботом выросло кольцо невероятных губ. Момент – и они захлопнулись. Ещё момент – и китообразная туша, блеснув бронированной чешуей, вновь погрузилась в пучину. Переваривать доставшееся отменное и свежее питание.
Ящер, словно заинтересованный зритель, довольно рыкнул, поднялся на задние лапы и собрался поворачивать. Но вдруг замер, рассмотрев движущееся по Опоре войско. Наверняка такого он ещё в своей жизни не видел. Вот только длилось оцепенение у монстра недолго. И он стал издавать громоподобные и частые рычания. Тут же ему в ответ, из глубины острова понеслись такое же звуки. И уже через минуту на берег выскочило два таких же ящера. Они тоже подковыляли к самой кромке берега и образовали и телами уникальное, но и неимоверно опасное зрелище.
Теперь уже все три монстра ревели в сторону воды в три глотки.
Тут же последовало команда принимать вправо и идти параллельно берегу. Каким бы мощным оружием колабы не обладали, но начинать сражение с таким огромными животными было бы, по меньшей мере, неразумно. А уж о целесообразности такого столкновения и говорить не приходилось. Неимоверная важность события заключалась в самом факте увиденного. Уже само наличие совершенно изолированной и отличительной системы в сердце Топей, заставляло пересмотреть всю концепцию исследование этих Гиблых земель и водоёмов.
И три ревущие создание постепенно скрылись за береговым выступом.
Через несколько километров берег стал более покатым, а из воды то тут, то там стали торчать многочисленные островки буйной зелени, создавая целый прибрежный лабиринт на мелководье.
И вот среди этих островков зелени и показалась первая овальная голова на длинной, змееобразной шее. За ней приподнялась вторая, чуть дальше третья и четвёртая. Скорей всего невидимые пока ещё полностью создания тоже удивлённо взирали на воинство. Сами овальные головы в длину имели более чем три метра. Да и шейки в диметре казались не менее чем по метру. А когда армия прошла чуть дальше, то взглядам открылось и почти всё тело гигантского диплодока. Оно наполовину погружалось в воду, но даже этот кусок спинки поражал своей сорокаметровой величиной.