Месть колдуна

Иванович Юрий

– Значит так. Сейчас я тебя отведу в одно место. Там есть всё. Бассейн с тёплой водой и прекрасное мягкое ложе. Твоя задача: доставить наивысшее удовольствие плавающей в том бассейне девушке, сделать её женщиной и матерью твоего ребёнка. Помимо этого ты должен учитывать, что Молли наша любимица. Если у неё останутся о тебе плохие воспоминания, или ты обидишь её хоть одним грубым словом, мы можем пересмотреть свои решения в отношении твоего будущего.

После некоторой паузы, Галирема посоветовала:

– И закрой рот, а то видно

твоё остановившееся сердце.

Челюсти Кремон тут же соединил, а вот собрать разбегающиеся мысли было гораздо трудней. Он просто тупо смотрел на лицо принцессы и ждал, когда же она рассмеётся и выкрикнет: «Как здорово мы тебя разыграли! Ведь признайся, что поверил?!» А он на это с чистой совестью ответит: «А вот и нет! Ни на сколечко не поверил!» И сам нервно и долго будет смеяться.

Но время шло. Огирия и не собиралась смеяться. Скорей даже наоборот, хмурилась всё больше. И мысли стали приходить в голову совсем другие:

«За кого меня тут держат?! За племенного быка? Или инопородного жеребца, которого привезли из далёких краёв? Для обновления крови? Или разнообразия утех? А может для тайного издевательства? Вот и погулял по дворцу! Вот и поужинал в знатном обществе! А князь-то, князь! Развёл всех, как гусей лапчатых! А меня – в первую очередь!»

Галиреме видимо надоело играть в молчанку. Да и энергия потихоньку просачивалась из неё напрасно. Поэтому женщина решила сменить тактику разговора, тронула молодого колдуна за локоть и заговорила с самым дружеским участием:

– Кашад! Ты должен понять: у тебя нет другого выхода. Раскрывать тебе все наши секреты – мы тоже не намерены. Смирись и выполни наше задание.

Об обете молчания совершенно забылось, как о чем-то несущественном, и Кремон пробормотал с некоторой обидой:

– Но почему задание? Почему не просьба?

– Поверь: так намного лучше! Для всех нас. В данном случае долг и ответственность за наше Царство не оставляет нам другого выхода. Если всё получится, со временем ты узнаешь нечто невероятное, и тогда нас поймёшь. А сейчас…, делай то, что тебе суждено.

Остался последний, самый существенный аргумент:

– А если я не смогу?

Огирия таинственно улыбнулась, взяла его за руку и потянула за собой со словами:

– Это – уже наша забота. Не сомневайся, ты справишься!

Пара переходов, коридоров, смежных комнат и они остановились в какой-то раздевалке с одним диванчиком.

– Раздевайся! Полностью!

С безысходным ужасом и тяжёлыми вздохами молодой колдун разоблачился и почти машинально выпил протянутый ему бокал с тонизирующим, ароматным напитком. Затем его подтолкнули к плотным шторам, из-за которых слышался шелест падающей струи, и в спину раздалось напутствие:

– Не забывай: ты должен оставить лишь хорошие воспоминания об этой ночи! Подними руку! И… раз!

В момент передачи двойного комплекта магической силы, да ещё и полного физической, Кремона вытолкнули в более освещённое большое помещение.

И он весь затрясся от эмоций, возбуждения и открывшейся его взору картинки. А от покрытого паром и пенными шапками бассейна послышался чуть дрожащий голосок:

– Ты на меня так смотришь, словно… тебя ещё не кормили.

– Может и не кормили…

– Ты будешь меня кушать?

– А надо?

Молли нервно хихикнула:

– Не знаю. По многочисленным рассказам – никого при этом не съели.

– Вот видишь. Попытаюсь и я не нарушать давних традиций. Но! Трудно будет удержаться…

Кремон сделал последний шаг и с головой окунулся в тёплую воду. Последнее слово утонуло, вместе с игривым и довольным девичьим смехом.

Маленькое задание в топях

Четвёрка всадников покинула Яну после завтрака и устремилась навстречу восходящим лучам светила. Хотя поначалу скорость оставляла желать лучшего. Но князь не подгонял своих попутчиков, давая им время проснуться и набрать нужную форму. Тем более что и капитан, и сотник провели явно бурную ночь. И только многолетняя воинская закалка давала им силы ровно сидеть в сёдлах и не заваливаться на конские гривы.

Но Огианин на них совершенно не обращал внимания. Зато на Кремона поглядывал очень часто. И в его эмоциях преобладали удивление, настороженность и дикое любопытство. Несколько раз он открывал рот, порываясь что-то спросить, но передумывал и продолжал ехать молча.

За час езды наёмники основательно разогрелись и взбодрились, и Валера тоже пробило на любопытство. Не дождавшись от дышащего перегаром сотника Дорнесса хоть одного вразумительного ответа, он переключился на десятника:

– Кашад, а ты чем отчитаешься о прошедшей ночи?

После чего Кремон позволил себе раздражённо фыркнуть:

– Лучше бы я отправился в поход по местным трактирам.

– А что так?

– Не пришлось бы насильно есть грибы и часами рассказывать о разноцветных рыбках.

Огирия напоследок дала молодому колдуну чёткие инструкции о том, что и как надо рассказывать. Тем самым окончательно подтвердив его опасения полного разоблачения. Галиремы не сомневались в том, что он может лгать под Сонным Покрывалом. Однозначно! И осознание этого создавало в голове ещё больший кавардак и хаос из метущихся мыслей.

Князь заметил неуверенность в ответе и сузил глаза с подозрительностью:

– Странно. Общество этих титулованных дам всегда считалось самым образованным и высокоинтеллектуальным в нашем Царстве.

– Не могу судить. Сами они ничего не рассказывали. Только дразнили меня, хихикали, а порой и с явной насмешкой обсуждали мои некоторые фразы и предложения.

После некоторого раздумья огианин пожал плечами и философски хмыкнул:

– Да! Они такие! Что хотят, то и творят.

Валер Лессо решил всё-таки выдавить из своего подчинённого добровольные признания: