Мертвый лед
Шрифт:
Я посмотрела на остановленный кадр на экране ноутбука. Теперь в городе был новый игрок, и он со всем разобрался сам. Черт.
– Что Сальвадор хотела от вас. Блейк?
– Она хотела, чтобы я помогала ей поднимать больше зомби, чтобы развивать свой бизнес сексуального рабства.
– Вроде того, что мы смотрим сейчас?
– Возможно. Если вы достаточно сильны, ваши зомби будут очень похожи на людей. Они не будут разлагаться, потому что у них есть души, а значит не будет неприятного запаха. У вас будет
– Но рядом должен быть аниматор, чтобы отдавать им приказы, - сказала Мэннинг.
– Не думаю, что таков был план Доминги. Полагаю, она собиралась поступать так же, как я иногда делаю со своими клиентами: они входят в круг, и я привязываю к ним зомби, чтобы он выполнял их приказы. Мы договариваемся о встрече, когда я смогу забрать зомби обратно и похоронить его. Так я могу направиться к следующему заказчику и не нянчиться с каждым поднятым мною мертвецом.
– Как много зомби вы можете поднять за ночь?
– спросил Брент.
– Зависит от давности смерти. Чем дольше человек мертв, тем больше сил нужно, чтобы поднять его. Если смерть по-настоящему древняя, возможно, я смогу поднять только одного, а если недавняя, то около пяти-шести за ночь. Иногда удается больше, но редко.
– Почему редко?
– спросила Мэннинг.
– Я не поднимаю мертвых без веской на то причины. И эта услуга не дешевая. Ночи, когда у меня больше шести заказчиков на одном кладбище, очень редки. Иногда приходится поездить, чтобы выполнить несколько заказов, но только если я в городе. Когда человек, готовый заплатить за эту услугу, за городом, я успеваю выполнить только его заказ.
– Тогда почему зомби на видео управляет аниматор?
– Возможно, он не знает, как передать кому-то другому контроль над зомби. Меня этому не учили. Пока мертвому задают вопросы и прощаются с ним, вы должны ждать у могилы, а затем упокоить его. Даже сейчас я крайне редко передаю кому-то контроль над зомби.
– Почему?
– спросила Мэннинг.
– Однажды кто-нибудь из клиентов может не вернуть его. Представьте, вы любили этого человека, а я достаточно сильна, чтобы какое-то время он выглядел и вел себя как живой. Этого достаточно, чтобы вы поверили, будто мама или папа воскресли. До поры до времени вы будете обманываться.
– И как долго?
– Пока его тело не начнет гнить. Все зомби разлагаются, агент Мэннинг, даже мои.
– Католическая церковь утверждает, что аниматоры посягают на деяния Иисуса, поднимая мертвых.
– Ага, и пока мы не прекратим, мы отлучены от церкви. Но они не понимают, что, если некоторые из нас не используют свои метафизические способности, они дают о себе знать другими способами.
– Так же, как с необученными телепатами, которые сходят с ума, не в силах
– Ага, только в моем случае это было сбитое на дороге животное, преследовавшее меня до дома. И моя собака, которая воскресла, после смерти.
Зебровски смотрел на меня огромными глазами. Кажется, я никогда не рассказывала ему об этом.
– Звучит ужасно, - сказала Мэннинг.
– Так и было. Мой отец и мачеха были не в восторге.
– Да уж наверно, - протянул Брент.
– Вам нужна для этого человеческая жертва?
– спросила Мэннинг.
– Чтобы поймать душу или чтобы вернуть ее обратно в зомби?
– И для, и для другого.
– Жрец ответил бы на эти вопросы лучше меня, но я не думаю. Если зомби умер не так давно, то в такой большой жертве нет необходимости.
– Что значит «большая жертва»?
– спросила она.
– Многие из нас приносят в жертву цыплят, чтобы поднять обычного зомби. Если смерть была старой, тогда коз, иногда овец, но в основном коз. Если и этого недостаточно, тогда корову.
– То есть буквально большая, физически, а не интеллектуально развитая?
– подвела итог Мэннинг.
Хороший вопрос, очень хороший.
– Знаете, я никогда не задумывалась над этим. Меня учили, что «большая жертва» означает буквально большая, то есть теоретически слон мог бы поднять более старого мертвеца, но от жертвы коровой мы перепрыгиваем сразу к человеческой, хотя люди физически не больше крупного рогатого скота, - я задумалась.
– Думаю, просто нет приемлемого способа убить кого-то крупнее коровы или лошади, хотя не знаю никого, кто бы приносил в жертву лошадь в этой стране. Некоторые заменяют
цыплят голубями, по человек считается самой большой жертвой.
– Свиньи разумнее коз и коров, значит эта жертва больше?
– спросил Брент.
– Не слышала, чтобы кто-то использовал свиней. Может поросят, но не взрослое животное.
– Почему?
– спросила Мэннинг.
– Честно сказать, не знаю. Но я выросла на ферме и знаю, что свиньи могут съесть человека, в отличии от коров, цыплят и коз.
– На самом деле, свиньи не едят людей, если только какой-нибудь маньяк не скармливает им останки, - ответил Брент.
– Кабаны утаскивают детей, оставленных на краю поля, и съедают их.
– Да это просто бабушкины сказки.
– Вовсе нет, - возразила я.
– И если вы будете настолько ранены, что не сможете самостоятельно выбраться из свинарника, вас съедят к черту.
– Я в это не верю.
– Мой отец ветеринар, и иногда он брал меня с собой на выезд. Поверьте мне, некоторые свиньи могут вас съесть.
– Смерть шимпанзе или дельфина была бы больше жертвы коровы, но меньше человеческой?
– спросил он.