Мёртвый город
Шрифт:
Я объяснил: Иван в своё время разрабатывал все более-менее перспективные объекты в округе на предмет «стырить что-нибудь пожрать». Библиотека в списке его приоритетов была под номером один. Хлебозавод, кстати, проходил вторым или даже третьим номером.
– А что там съедобного, в библиотеке? – оживился «барс» Женя.
– Наверное, корешки от старых книг, – предположил «барс» Валера.
– Там склад НЗ, – сообщил я.
– ???
Я объяснил ситуацию. Когда-то в здании нынешней библиотеки было «всё в одном флаконе»: городская администрация, дом культуры с кинозалом,
– И сколько там по нормам? – с живейшим интересом спросил Женя.
– Тридцать суточных пайков на каждого жителя города, – как по писаному выдал Стёпа. – Популяция – тридцать тысяч.
– Не понял… – ужаснулся Юра. – Это что… Это у них сейчас в подвале около миллиона суточных пайков?!
– Насчёт «сейчас» не знаю. – Стёпа пожал плечами. – Но по нормам должно быть так.
Я сказал, что по информации Ивана примерно так и выходит. Поскольку в Городе до самого наступления Хаоса были сильны устоявшиеся традиции и порядки, можно не сомневаться, что в этом бомбоубежище всё в полном ажуре.
– Ну так чего сидим-то? – возмутился Юра. – Бегом составляем план, проводим разведку, и уже к полуночи библиотека будет нашей!
– То есть мы готовы из-за этих пайков поставить на кон успех Главной Задачи? – Лиза уставилась на Стёпу немигающим взором – похоже, она не верила, что «встречающая сторона» способна на такую авантюру.
– Мы туда пойдём не из-за пайков, – покачал головой Стёпа. – Ключевой момент: вот этот самый сынуля главного вождя «курков». Библиотека будет стартовой позицией в операции «Огонь прикрытия».
– О Боже, час от часу не легче… И что это за операция?!
– Слушай, ну ты же сама сказала: «Пусть забудут о нас и воюют друг с другом»…
– Да я пошутила!!!
– Ну а я серьёзно. Это отличная идея, ты молодец. Сейчас всё объясню, и вы поймёте, что по-другому у нас просто не получится: нам элементарно не дадут работать…
В оставшееся до темноты время занимались разными полезными делами. Поругались, выслушали доклад Ивана по библиотеке, дали «барсам» немного поспать и провели факультативное боевое слаживание в комнатном формате.
Ругались мы с Лизой, все прочие деликатно зевали. Вернее сказать, Лиза пыталась меня воспитывать, как полноценного резидента, а я закономерно огрызался (как неполноценный).
Яблоком раздора стал Иван и его команда. Конкретнее, надёжность и профпригодность Ивана и его команды, а также мотивационная подоплёка их участия в нашем совместном проекте.
На такие темы я рассуждать был не готов, поскольку никогда не задумывался над этим. Мы с Иваном просто совместно выживали, помогая друг другу. Какие тут ещё нужны подоплёки?
В начале дискуссии Лиза вообще удивила: спасибо, конечно, Ивану за помощь, но на этом и остановимся, все дальнейшие детали боевой работы держим в строгом
Нет, понятно, что у неё душевная травма после подставы и хроническое недоверие местному населению по итогам трёх неудачных попыток общения с оным, но Иван-то тут при чём?!
Я решительно заявил, то без Ивана нам тут и шагу не ступить, и привёл целый пакет веских доводов. В числе прочего был тот факт, что половина «партизан» полжизни проработала в Арсенале, а другая половина на химкомбинате. То есть если это два наших основных объекта, нам обязательно нужны люди «изнутри», для которых эти объекты – второй дом.
Не знаю, чем бы закончился этот этап прений – Лиза почему-то не принимала мои доводы всерьёз, – но тут мне помог Стёпа. Он уже успел разобраться в обстановке и местных раскладах, да и к Ивану присмотрелся за время совместного путешествия, поэтому категорически заявил:
– Без Ивана нам не обойтись. Придётся делиться информацией, работать совместно, доверять тайны и так далее. Так что, пока есть время, давайте утрясать разногласия.
Поняв, что с наскоку выкинуть Ивана с поля не удастся, Лиза стала интересоваться, насколько он надёжен, доверяю ли я ему и какие преференции он ожидает от нашей совместной деятельности.
Естественно, я ответил, что доверяю Ивану как себе, он надёжен на тысячу процентов, а если из того склада НЗ, который мы захватим, дать ему половину пайков, он будет любить нас до конца жизни. Ну вы поняли, это я пошутил таким образом.
Зря пошутил.
– То есть его лояльность покупается пайками? А если враг даст ему больше, чем мы можем предложить?
– Что за бред…
Тут мы не на шутку сцепились и минут десять методично грызлись на тему «почём нынче Верность и Дружба в голодном Городе». В конце концов Стёпе это надоело, и он заявил, что готов лично отвечать за лояльность Ивана. И лично же его пристрелит, если тот попробует крутить колёса против движения.
Обескураженная Лиза сказала, что в таком случае спорить больше не о чем. Если мы не желаем прислушаться к голосу разума и готовы доверить свои жизни человеку, у которого на уме только «где бы половчее стырить пожрать», она умывает руки. Но за успех нашей совместной работы она отвечает в той же степени, что и Стёпа, если не больше, так что она настаивает, чтобы Ивана и его команду не привлекать ни к каким боевым задачам, а использовать только в обеспечении. Так сказать, на подхвате.
– Спецназовская спесь? – елейным голоском поинтересовался я. – Типа, «мы самые крутые, а все, кто не мы, – безрукие уроды»? Знакомая песня про элиту и унтерменшей. «Смела-а-а мы в бой пойдём! А вы принесите нам тушёнки, сгущёнки, помойте полы и ждите с задания – всё равно на большее вы не способны…»
«Барсы» мужска полу откровенно улыбались. Похоже, их забавляла наша перебранка. А может, люди после пяти дней страха и напряжения впервые расслабились, почувствовали себя в относительной безопасности и комфорте и просто слегка оттаяли душой.