Мертвые молчат
Шрифт:
– Вы ведь, наверное, не знаете, как невмоготу бывает, когда захочешь выпить, – я утер рот ладонью. – Я дал жене слово, что не буду покупать поддачу, но я ведь не обещал не брать ее там, где она плохо лежит. Мне сегодня необходимо было выпить. Я не думал, что сюда кто-нибудь зайдет. Когда меня обуревает эта жажда…
Я остановился. Если моя драма произвела впечатление, полезно было прерваться на самой высокой ноте.
– Кто вы? – требовательно спросила она.
Она уже не казалась столь враждебной, но пистолет все же был направлен на меня.
– Вам ведь не обязательно знать, как меня зовут, разве не так? – умоляюще проговорил я, стараясь создать впечатление, что стыжусь самого
– Вы приехали на машине?
– Совершенно верно.
– Дайте ваши права.
– Я их не захватил с собой. Они остались в машине.
Она смотрела на меня, и в глазах ее промелькнуло озадаченное выражение, из чего я сделал вывод, что она пытается вспомнить, где она меня раньше видела. Я понял, что, если я быстро не уговорю ее меня отпустить, мой трюк не вышел.
– Сядьте! – резко сказала она.
– Но посмотрите: я здесь ничего не тронул, – торопливо заговорил я. – Я обещаю вам, что больше сюда не приду. Отпустите меня, неужели вы этого не сделаете?
– Сядьте! Я намерена позвонить в полицию.
Я двинулся к ней. У меня возникла отчаянная мысль, что, если я сумею достаточно к ней приблизиться, возможно, удастся выхватить у нее пистолет, но она отодвинулась, не отходя от стенки. Пистолет не дрогнул у нее в руке.
– Сядьте!
Я заметил, как побелел ее палец, нажимавший на спусковой крючок. Приходилось подчиниться.
Я не мог позволить ей звонить в полицию. Побывав однажды в лапах Ласситера, я сохранил воспоминание об этом на всю жизнь.
Она боком отодвинулась к бару, где стоял телефон, и сняла трубку.
– Я бы на вашем месте не стал этого делать, – спокойно заметил я. – Даже если Ласситер у вас на окладе, он ничего не сможет для вас сделать, если только взглянет на пол.
Она медленно положила трубку. Глаза ее превратились в темные, лишенные всякого выражения ямы на лице.
– Передо мной мистер Слейден, если я не ошибаюсь? – спросила она напряженным голосом, но вежливо.
– Совершенно верно. Кажется, мы оба попали в передрягу.
– Относительно себя я бы этого не сказала, – заметила она, облокотившись на бар. При этом ствол пистолета чуть от меня отвернулся. – А вот вы действительно попали, мистер Слейден.
– И все-таки мы оба.
– Вас разыскивают по обвинению в убийстве. Стоит мне только позвонить в полицию…
– Вы забыли о Диллоне.
Она обнажила зубы в безжалостной улыбке.
– Отнюдь нет. Кроме вас, никто не знает, что он там. Я скажу, что увидела свет в домике, взяла пистолет и пошла посмотреть, кто туда вломился. Я увидела, что там прячетесь вы – человек, подозреваемый в убийстве. Вы напали на меня, и я была вынуждена застрелить вас. Почему же сержант Ласситер должен догадаться вскрыть доски пола? Он будет слишком занят вашим трупом, чтобы додуматься искать другой.
– Надеюсь, вы не думаете, что я глуп настолько, чтобы прийти один? – спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал увереннее, чем я себя на самом деле чувствовал. – Вы попались, миссис Ван Блейк. У меня все необходимые улики. Рассказ уже написан, и если со мной что-нибудь случится, мой коллега перешлет эту писанину в «Крайм фэктс», а там ее напечатают.
Она грубо рассмеялась.
– Вы ожидаете, что я вам поверю?
– Я могу вас убедить. Мы могли бы заключить сделку. Конечно, я не льщу себе надеждой, что вы застрелите меня, как это проделали с Диллоном. Для вас не составит труда поднять доски и бросить меня к нему за компанию.
– Я не заключаю сделок.
– Я могу доказать, что вы убили своего мужа. Не хотели бы вы об этом послушать?
– Вы не можете этого доказать. –
– Представьте себе, могу. – Слова с большим трудом вываливались у меня изо рта. – Суть дела сводится вот к чему: Ройс желал получить клуб «Золотое яблоко», а ваш муж не продавал его. Вы были любовницей Ройса и хотели ему помочь. Вам также хотелось присвоить деньги вашего мужа. И вот вам пришла в голову отличная мысль – убить его. Старая сказка – одним выстрелом двух зайцев.
Палец ее на спусковом крючке расслабился. Она слушала.
– Вы знали, что в случае, если ваш муж умрет насильственной смертью, первое подозрение падет на вас, – продолжал я. – Для этого были мотивы. Пять миллионов долларов одних мотивов. Замышляя убийство, вы хотели остаться в стороне. И когда Леннокс Хартли привел к вам Фрэнсис Беннет, чтобы позировать для вашего портрета, вы нашли конкретный способ для исполнения своего плана. Фрэнсис была похожа на вас фигурой и цветом волос. Через несколько дней вы собирались в Париж.
Самостоятельно со всем справиться вы не могли и поделились своим планом с Ройсом. Его гонораром был клуб, за эту цену он вошел в дело. Возможно, вы уже пробовали убедить его самому обделать это дело, но он тогда еще не был убийцей и уклонился. И если уж вы решились на это дело, то именно вы и становились главным его исполнителем, поскольку ваше алиби было безупречным. – Я остановился, чтобы спросить: – Я не слишком быстро говорю? Как вам нравится мой рассказ?
– Не думаете ли вы, что вам кто-нибудь поверит? – насмешливо ответила она. – Вы же ничего не можете доказать.
– Давайте все же сделаем еще шаг или два вперед, прежде чем доберемся до доказательства, – предложил я, не спуская глаз с пистолета. – Ройс добился доверия Фрэнсис. Он вскружил девчонке голову своей мнимой любовью. На случай неудачи он должен был быть осторожен. Встречался он с ней тайно, так что если бы дела приняли нежелательный оборот, он оказался бы ни при чем. Поскольку Фрэнсис должна была заменить вас в Париже, узнав об убийстве мистера Ван Блейка, она поняла бы, чьих рук это дело. Поэтому о ней следовало позаботиться, как только она сыграет до конца свою роль. Ей было необходимо исчезнуть. Эта операция должна была быть проделана на высоком профессиональном уровне: с помощью бочки с цементом. Ройс знал парня, способного выполнить подобное поручение. Он пригласил Хэнка Флемминга, убийцу из Фриско, и показал ему Фрэнсис. Все предстояло исполнить по возвращении Фрэнсис из Парижа. План начал претворяться в жизнь. Ройс сочинил какую-то басню о том, что вам необходимо остаться в Тампа-Сити и в то же время появиться в Париже. Я не знаю, что это была за басня, но, когда девушка, вроде Фрэнсис, попадает в руки такого обаятельного жулика, как Ройс, она готова поверить любой басне. Вы снабдили ее деньгами, одеждой и своим паспортом. Темные очки и шляпа с широкими полями превратили ее в миссис Ван Блейк, отлетающую в Париж. К женам миллионеров особое отношение при проверке паспортов. Никто на нее и глаз не поднял. Вы позаботились о том, чтобы послать ее в «Георг V» вместо своего обычного «Ритца». Ее приняли в «Георге V» за вас, так как не знали в лицо, и она там оставалась четыре дня. Но случилось то, что вы не могли предусмотреть. Девушка по имени Джоан Никольс, имевшая дар вступать в дружбу с богатыми, навязала Фрэнсис свое общество в полной уверенности, что та не кто иная, как известная и богатая миссис Ван Блейк. Вас, может, заинтересует, что один из моих коллег наведался в Париж, и у нас теперь есть свидетели, подтвердившие, что Фрэнсис останавливалась в «Георге V» под вашим именем.