Мертвечина
Шрифт:
— Что напугало ее еще больше, — сказал Майк.
— Вот почему, когда мы вернулись ко мне, она достала из сумки куртку Даллеса и отдала мне.
— Даже не намекнув, что в ней что-то спрятано.
— Она действительно боялась, Майк, но большинству людей трудно свыкнуться с мыслью, что в ближайшее время они могут умереть. Пэйдж ходила по краю уже не первый месяц.
— Кроме того, — добавил Мерсер, — Воллис никогда не была откровенной с Алекс, если ее не вынуждали к этому обстоятельства.
— Пэйдж решила, что у меня документ будет в большей безопасности. Теперь он находился не у нее, а в руках закона. К тому же она могла с легким сердцем сказать любому, что бумаги у нее больше нет.
— Однако ей это не помогло, — заметил Майк.
— Думаю, Хойт выманил ее из квартиры, пообещав устроить встречу с Даллесом, а потом подстерег ее в подвале прачечной, — размышляла я вслух. — Пэйдж пыталась спасти свою жизнь и призналась, что передала документ мне, а Хойт подумал, что она отправила его по почте.
— Но, сказав об этом, — продолжал Майк, — она подписала себе смертный приговор. Хойт в ней больше не нуждался.
— Наверно, Пэйдж собиралась рассказать мне обо всем в понедельник, если на выходных у нее возникнут проблемы. Она просто не знала, насколько Хойт опасен.
У Мерсера зазвонил телефон, и он взял трубку. Этот звонок полностью подтвердил наши предположения. Пэйдж Воллис зашила документ, ошибочно выданный в 1944 году и узаконивший второй экземпляр «двойного орла», в подкладку любимой бейсбольной куртки Даллеса Триппинга.
— А что насчет фотографии Куини с Даллесом, которую я сегодня взял у миссис Гаттс? — спросил Мерсер. — Хойт говорил тебе о ней?
Я улыбнулась.
— Это все мой глупый язык. Хойт подслушал, как мы с тобой говорили о Фабиане и снимке. В результате я чуть не получила постоянную прописку на грязном дне канала.
Майк еще не слышал об этом.
— Надо срочно найти подходящего человека, чтобы он присмотрел за Даллесом. Думаю, когда Хойт встречался с мальчиком, у них были свои маленькие секреты. Во время визитов к Маккуин Рэнсом Хойт постоянно брал его с собой.
— Зачем?
— Она обожала детей. Недаром около нее постоянно вертелась соседская малышня. А тут появляется Хойт, называет себя большим поклонником ее таланта, очаровывает разговорами о Фаруке и предлагает возродить ее былую славу, устроив выставку в Шомбурге. Вдобавок он приводит с собой симпатичного парнишку того же возраста, как ее погибший сын, и рассказывает о нем трогательную историю. Кому Куини собирается передать свое наследство? Не лучше ли оставить все этому несчастному сироте, лишенному материнской ласки?
— Однако что-то не сработало.
— Конечно,
Я едва расслышала тихий голос Майка.
— И тогда он ее убил.
— Да, и свалил все на Кевина Бессемера. Кто поверил бы осужденному преступнику, да еще наркоману, что Куини была мертва, когда он вошел в ее квартиру?
— К тому же Хойт держал в руках адвокатов и вообще всех участников этого дела.
— Верно.
— Но зачем такому богатому парню, как он, понадобилось еще семь миллионов долларов? — спросил Мерсер.
— Потому что на самом деле он давно уже не был богат, — ответила я.
— А как же его коллекция, яхта, загородный дом?..
— Грэм Хойт много лет обворовывал свою юридическую фирму. У него была страсть, не менее пагубная, чем тяга Кевина к наркотикам. Он хотел покупать, обладать, собирать огромные коллекции, точь-в-точь, как его обожаемые герои. Навязчивая идея.
— На жалованье юриста, конечно, особо не разгуляешься. Ты сама это говорила, когда он только появился в деле.
— Хойт несколько лет воровал деньги, делая вид, что выписывает чеки на благотворительность, и заставлял фирму оплачивать свои мнимые расходы. На самом деле все шло ему в карман, на содержание яхты и картины в его доме.
— Поэтому он хотел заполучить «двойного орла» и легализующий документ, чтобы сорвать куш в семь-восемь миллионов, избежать тюрьмы и жить в свое удовольствие. Вот поганец.
— Теперь проясняется еще кое-что. Хойт был заинтересован в том, чтобы Триппинг признал свою вину. Попав за решетку, Эндрю уже не смог бы охотиться за «орлом».
Мерсер понял, о чем речь.
— Ведь это Хойт однажды заглянул к тебе в офис и сообщил, что Робелон по уши в дерьме и на него заведено дело?
— Конечно, он хотел очернить других участников игры, чтобы я пошла по ложному следу. А я на это клюнула.
— Мы все на это клюнули, — сказал Майк.
В дверь снова постучали, и в комнату вошел охранник.
— Скоро стемнеет, мистер Уоллес. Мы должны доставить вас на берег до захода солнца. Вертолет не оборудован для ночных полетов.
Майк поднялся с места.
— Что скажешь, Куп? Не хочешь совершить воздушную прогулку? Мы доставим тебя куда захочешь.
Я откинулась на спинку кресла и попыталась выбросить из головы картины, где перемешались все события этой недели. Темные тени в урагане, усмешка Хойта, когда он потянулся за гаечным ключом, морской узел на веревке, вероятно, той самой, которой была задушена Пэйдж Воллис.