Мерси, камарад!

Хофе Гюнтер

— У нас слишком мало людей, чтобы мы могли силой помешать взрыву мостов, — высказал свое предположение командир группы.

— А сколько вас всего?

— Около тридцати человек.

— А как же можно воспрепятствовать взрыву без применения силы? Выкопать взрывчатку? Перерезать бикфордовы шнуры? — спросил Морис.

— Не думаю, чтобы нам удалось подойти к мостам.

— А если в гитлеровской форме?

— Но ведь никто из нас не говорит хорошо по-немецки.

— А наши немецкие друзья? — нетерпеливо спросил

Морис.

— Они находятся на другом участке.

— Ты захватил карту, на которой нанесены гитлеровские посты, места заложения взрывчатки и тому подобное?

Командир группы вытащил листок, испещренный какими-то значками и надписями. Морис стал внимательно изучать листок, делая у себя в блокноте небольшие заметки. Затем все вместе обсудили план действия, уточнили место встречи и время.

— А Гастон вовремя появится на мосту?

Командир кивнул. Попрощавшись, Морис направился в собор.

Фаренкрог вернулся только в 3 часа. Оба выехали из города и направились в сторону Пуа. Время от времени они уточняли свой маршрут по карте.

— Морис, я знаю, где засел Дитрих. Отсюда до него километра три. Я весь город исходил вдоль и поперек, пока не повстречал одного полицейского, который и навел меня на верный путь.

— Одного знания места штаб-квартиры Дитриха нам мало, людей-то у нас не хватает. Так что нечего и пытаться.

— А если это сделают англичане?

— Они об этом ничего не знают.

— Значит, нужно будет проинформировать их, — заметил Фаренкрог.

— Это должен сделать француз, который проберется через линию фронта к англичанам. Ну, чего мы еще тянем?

— Мосты для нас сейчас намного важнее, чем любой эсэсовский генерал. Ты, Морис, должен остаться здесь.

Морису пришлось еще раз встретиться с руководителем местной организации ФФИ. Еще до темноты два опытных французских партизана тронулись в путь, и в полночь они уже оказались в штабе английской дивизии.

Ночью Морис и Гастон по трубе газопровода пролезли к основной опоре моста и обезвредили заряд.

— Ну, Морис, вы это виртуозно сделали! — похвалил их Фаренкрог, когда они снова встретились. — Хорошо, если бы ребята из другой группы тоже так отличились!

Сделав большой крюк, они проехали по городу и примкнули к хвосту колонны отступающих гитлеровских частей. Однако некоторые роты не отступали, а выдвигались на позицию, расположенную по берегу реки. По дороге Фаренкрог нацепил себе еще одну звездочку и превратился, таким образом, в обер-лейтенанта. Морис еще раз проверил немецкие автоматы, которыми они вооружились.

— Надеюсь, они нас не подведут в бою, — сказал он.

Остановились неподалеку от пулеметного гнезда, в котором размещалась охрана второго моста.

Колонна, идущая вдоль берега реки, свернула на мост. Машины ехали с соблюдением правил светомаскировки, освещая

себе путь лишь одними затемненными подфарниками.

— Нам лишние свидетели не нужны, — сказал Морис и предложил переждать, пока колонна проедет.

Время тянулось мучительно медленно, но вот и последние машины исчезли среди городских развалин. Последним через мост проехал танк. Прогрохотав по мостовой, он остановился где-то в темноте.

— Теперь пошли, — предложил Морис. Он шел первым, остальные за ним.

Подошли к часовому, который хотел было отдать рапорт, но Фаренкрог махнул ему рукой и отворил дверь в опорный пункт. В помещении было полутемно от табачного дыма. На нарах лежали фельдфебель и ефрейтор. Заметив вошедшего офицера, оба проворно вскочили.

— Пост по охране моста… — начал было фельдфебель.

— Спасибо. Когда вы в последний раз проверяли минирование моста?

— Вчера утром, господин обер-лейтенант.

— Ну и…

— Все в полном порядке.

— Вы знакомы с инструкцией?

— Так точно, господин обер-лейтенант.

— Я хочу посмотреть заряды. Поторапливайтесь! — приказал Фаренкрог.

Фельдфебель и ефрейтор застегнули портупеи и надели каски.

— Я не намерен ждать, пока вы тут будете прихорашиваться!

Подрывная машинка стояла возле стены.

— Как проложены провода?

Фельдфебель показал рукой в сторону берега.

— Вон оттуда протянуты к опорам моста. — Фельдфебель успел сделать всего несколько шагов, как за его спиной раздался негромкий, но решительный окрик:

— Руки вверх!

Трое гитлеровцев замерли как парализованные. Морис стоял с автоматом наготове, а Фаренкрог сорвал у часового карабин с плеча.

— Вперед! — Морис автоматом ткнул в сторону берега.

Фельдфебель послушно пошел к берегу.

Фаренкрог хотел разрезать провод, бежавший к заминированным опорам моста, но ему не удалось. Тогда он швырнул далеко в воду подрывную машинку. Вбежав в помещение для охраны, он забрал два пистолета и вышел на берег.

И вдруг словно из-под земли перед ним выросла фигура Гастона, а за ним еще одного товарища. Взяв в руки провод, оба стали спускаться к воде.

Прошло несколько тревожных минут, прежде чем Морис и Гастон вернулись.

— Эти гитлеровцы теперь нам уже не помешают, — заметил Морис.

— А ты уверен, что здесь ничего не произойдет?

— Произойти здесь многое произойдет, но этот мост ни в коем случае на воздух не взлетит.

— Мы еще встретимся! — И, улыбнувшись, Гастон исчез в темноте.

Месяц прочертил на темной воде золотую полоску.

— Скоро совсем стемнеет, — заметил Фаренкрог, словно разочарованный тем, что все идет так гладко и только потому, что на плечах у него серебряные офицерские погоны, которые заставляют всех, кто рангом ниже, беспрекословно подчиняться ему.