Merry dancers

Anya Shinigami

Иви машинально прикоснулась пальцами к яремной впадине, но там ничего не оказалось. У Мердока Уилкиса расширились глаза от возмущения и гнева.

— Он в комнате…

— Не лги мне! Слышишь? — он сделал шаг вперед, не в силах совладать с эмоциями; на его лице плотно обосновалась ярость и презрение. — Он ещё и обокрал тебя! Иви, неужели у тебя совсем мозгов не осталось? — но Мердок еще не знал, что кулон её матери — не единственная потеря, ведь помимо мешочка с галеонами и сиклями Флэтчер посмел украсть три кольца и сережки.

Конечно же, она проснулась в одиночестве… В постели с грязными простынями, пахнущими им. Она долго проплакала, прежде чем вернуться в Хогвартс… осмелиться

вернуться. Иви была уверена, что увидит здесь отца, но не смела не ответить за свои ошибки. Она прекрасно понимала, что случившееся было делом рук Риддла, а кого еще? Но как она могла попасться на это? А подкупить Флетчера было не сложно — он падок на деньги.

— Иди в подземелье за вещами, я буду ждать тебя у ворот, — сказал отец и прошел мимо нее к выходу из директорского кабинета.

— Я не хотела, отец… — взмолилась она вслед ему. — Я не знаю, как это вышло, он меня опоил!

— Не ищи виноватых, Иви, — кинул он, одарив дочь взглядом, полным отвращения, и закрыл дверь с другой стороны.

Эвелин зарыдала так сильно, что портреты бывших директоров перестали делать вид, что спят, когда её отчитывал отец, и как по команде открыли глаза. Она глотала слёзы и прижимала руки к груди. Безысходность... Еще никогда ей не было так больно и обидно. Она опозорила свою семью, а главное — попалась в ловушку Риддла. Как же она его ненавидела и сейчас молилась о том, чтобы выдержать, не пойти в спальню старосты и не прикончить его на месте. Ей было страшно от таких мыслей, страшно, потому что она никогда в жизни не мечтала никому отомстить, но теперь поняла, что это за тёмное чувство, и отдавалась ему полностью.

В коридоре никого не было, но по дороге вниз могли встретиться студенты, те, кому было стыдно смотреть в глаза. Если бы она и осталась в Хогвартсе, то это для нее стало бы адом, но Йен… Она старалась держать себя в руках и не всхлипывать, но эмоции переполняли. Йен любит её или, вернее, любил. Том причинил боль не только ей, но и своему другу, хотя были ли друзья у человека, из-за которого в прошлом году погибла Миртл? Иви была уверена на сто процентов, что именно Риддл открыл Тайную комнату, выпустил оттуда чудовище и сегодня подставил её как раз именно из-за подозрений.

В слизеринской гостиной никого не было, все еще спали, но от этого не стало легче, а наоборот, появилось ощущение, что от нее все отвернулись. Она обвела взглядом помещение: тлеющий камин, кожаные кресла и софа, слизеринские гербы по краям и стенд с достижениями студентов, где было и её имя — всё, что было дорого, остается позади…

Вальбурга, Элла, Марисса и Дженна — её соседки по комнате еще спали; Иви тихо собрала свои вещи и, не переставая смаргивать слёзы, вышла из спальни девочек, бесшумно закрыв дверь. Стоило ей приблизиться к гостиной, куда выходил коридор из спален, она услышала шорохи. Эвелин помедлила, прежде чем выйти: она совсем не желала никого видеть, но, собравшись с духом, шагнула вперед, левитируя за собой сундук. Она практически столкнулась с Друэллой Розир, направляющейся в свою спальню. Староста девочек оглядела с головы до ног совершенно разбитую Эйвелин и лишь фыркнула, но не отошла.

— Спокойной ночи или, вернее сказать, утра, — донесся знакомый голос, от которого еще больше захотелось плакать.

Йен…

Друэлла перегородила путь Иви, не желая подпускать её к своему брату, который еще находился в гостиной.

— Пусти, я ухожу, — тихо сказала девушка.

— Стой тут, — шепотом пригрозила Розир. — И не смей к нему подходить.

Иви почувствовала дрожь в руках, и сундук опасно накренился. Она злилась на саму себя, но ничего не могла поделать. В гостиной послышались

шаги: Йен удалялся в спальню мальчиков седьмого курса, коридор в которую находился в другой стороне слизеринского общежития. Когда шаги стихли, Друэлла отошла в сторону и взглядом проводила Эвелин до выхода.

— Друэлла, я, кажется, забыл у тебя свои… — но он осекся.

Йен стоял в коридоре, наблюдая уход своей бывшей девушки. Он отвел глаза в сторону, туда, где стояла сестра. Иви заметила его помятый вид, под глазами залегли тени, а волосы цвета тёмного шоколада выглядели растрепанными. Йен не спал ночью…

— Мои часы… — коротко завершил он, игнорируя присутствие Иви, сердце которой могло разорваться в любую секунду.

Друэлла сделала несколько шагов по направлению к брату и вложила в его руку золотые часы фирмы “Осирис”, которые подарила ему Иви совсем недавно. Тишину в гостиной можно было резать ножом, но как только пальцы Йена коснулись наручных часов в ладони сестры, он словно вспомнил, чей это подарок, но продолжал игнорировать присутствие девушки.

— Йен… — неуверенно произнесла она, продолжая стоять в проеме с сундуком и в дорожной мантии.

Юноша с силой моргнул, словно прогоняя наваждение.

— Убирайся прочь! — строго прикрикнула Друэлла, с отвращением глядя на девушку.

— Йен, послушай…

— Убирайся отсюда, или я тебе помогу, — снова прозвучал голос Друэллы на повышенных тонах; староста быстро оказалась около Эвелин и толкнула ту к двери. — Искренне надеюсь, что больше не увижу тебя.

Эвелин плакала и вырывалась, а тяжелый сундук упал на каменный пол с гулким стуком.

— Йен, меня подставили, это всё Риддл! — завопила она, пытаясь отодвинуть Друэллу.

И тут как гром средь ясного неба прозвучал грозный голос Йена Розира:

— Не. Смей. Винить. Никого. Кроме. Себя! — с расстановкой крикнул он. — Я не хочу больше видеть тебя!

Он кинул свои часы в её сторону и отправился в спальни мальчиков, а Иви осталась наедине с невыносимой старостой Слизерина, в компании которой совсем не хотелось задерживаться. Униженная и побитая, как собака, она покинула Хогвартс, так и не увидев человека, которому хотела отомстить…

*

Многие на этой неделе попадали в больничное крыло с нервными срывами в преддверии наступающих экзаменов, и чем ближе становился день «икс», тем больше в замке наблюдалась какая-то нездоровая суета. Юные девушки, всегда аккуратные и ухоженные, сейчас носились с растрепанными волосами и невыспавшимися лицами, и даже самые отъявленные шалопаи просиживали часами в библиотеке, обложившись горами учебников.

Джина впервые в «этой» жизни переступила порог Хогвартса и окунулась в новую, но знакомую среду. И хотя мистер Дамблдор описал ей точный маршрут до его кабинета, она решила довериться ощущениям. Она пошла совершенно в другую сторону. Учеников в коридорах не было: кто-то досиживал последние минуты в библиотеке, пытаясь надышаться перед смертью, остальные уже собрались у кабинетов, хотя до начала первого экзамена был ещё час. Картины, рыцарские доспехи и каменные лавочки возле высоких окон — это всё было очень знакомо. Она специально пришла раньше назначенной встречи, чтобы осмотреть Хогвартс, но воспоминания почему-то не принесли светлых чувств, и Джина ощутила неприятный комок в горле, проходя мимо двери с табличкой «Кабинет Защиты от Тёмных Искусств». Кажется, здесь было что-то не очень хорошее в её прошлом. Странно, но кабинет, в котором вела занятия такая приятная женщина как профессор Меррисот, не должен приносить неприятных чувств. Быть может, Хогвартс будущего немного иной, и здесь Джина проводила свои отработки?