Мэри Блэйк

Уэст Сэм

Она проигнорировала его и пошла прочь.

* * *

30 октября. Настоящее время.

– Если бы я только держалась от него подальше. От всех них. Если бы только я не позволила Джеку уговорить себя, я бы точно не лежала сейчас на кушетке у психиатра.

Девушка замолчала. Она не позволяла себе думать о том дне уже пятнадцать лет и была удивлена тем, насколько яркими были воспоминания. Переживание всего этого вновь было равносильно сильному удару в живот.

–

Но вы здесь, Кейси, лежите на моей кушетке, - сказал доктор Эверетт, чувствуя, что она выдохлась.
– Вы здесь из-за того самого сожаления, которое гноится внутри вас. Вам нужно смириться с тем, что произошло той ночью, и тогда вы сможете простить себя. Считаете ли вы себя плохим человеком, Кейси?

– Нет.

– Конечно, нет. Когда наши действия не соответствуют тому представлению, которое мы имеем о себе, тогда мы, выражаясь обывательским языком, съедаем себя. Вот тут-то я и прихожу на помощь, я помогу вам простить себя и обрести мир.

– Я надеюсь на это.

– А я уверен. Вы чувствуете себя в состоянии продолжить свой рассказ?

Кейси издала дрожащий вздох.

– Наверное.

– Хорошо. Не торопитесь, отдышитесь, соберитесь с мыслями.

– Джек нашел меня через несколько часов после того, как я ушла без объяснений. Мы помирились. Он сказал мне то, что я хотела услышать, понимаете? Он сказал, что знает, что Даг и Энджел могут быть придурками, но он действительно верит, что они пытаются измениться, искупают прошлые грехи и все такое. Он сказал мне, что в глубине души Даг не такой уж плохой. Джек и Даг дружили с семи лет, и он сказал, что у Дага есть и хорошие стороны, которые он скрывает.

Она снова замолчала.

– Вы же не знали, что они втроем планировали. Это была не ваша вина, Кейси.

– Я слышала только то, что хотела слышать, видела только то, что хотела видеть. Через некоторое время после того, как мы с Джеком поцеловались и помирились, и я уже собиралась домой, я увидела Энджел и Джесс, стоявших вместе у ворот. Они не заметили меня. Они смеялись, словно той перепалки и не было. Я проигнорировала свои подозрения. Позже я узнала, что Джесс тоже была замешана в этом. Они заплатили ей за то, чтобы она спровоцировала тот инцидент с Мэри, а Энджел и Даг могли "защитить" ее. Все это было частью их плана.

– Я хочу, чтобы вы рассказали мне, что произошло в ночь, когда Мэри исчезла.

Исчезла.

Так она сказала ему во время их первой телефонной консультации. Он спросил, о чем конкретно она хочет поговорить. И она ответила:

– О той ночи, когда Мэри исчезла.

Она глубоко вздохнула, не зная, куда может привести ее правда.

Возможно, в тюремную камеру.

– А если я скажу, что она не исчезала?

– Вы можете говорить мне все, что считаете нужным. Лишь бы это была правда.

– Нет, вы не понимаете. Что, если я скажу, что с ней что-то случилось. Что-то плохое.

– Вы имеете в виду убийство?
– спросил он спокойно, как будто она попросила принести стакан воды.

– А что, если это действительно так?
– прошептала она,

ее сердце заколотилось.

– Если вы убьете кого-то, а потом расскажете мне об этом, я не смогу нарушить врачебную этику. Вы должны это понимать. У меня будет много вопросов к вам. Мы бы поговорили о том, что вы сделали, и о том, как вы хотите двигаться дальше, чтобы сделать правильный выбор. Я не смогу передать вас властям. Однако если вы планируете совершить убийство, или я сочту, что вы представляете опасность для себя или других, тогда я буду действовать. Но только в этом случае.

Кейси не знала, верить ему ли нет. И она поняла, что ей уже все равно. Пятнадцать лет - долгий срок, чтобы нести это бремя в одиночку. Если он посчитает нужным сдать ее в полицию, то так тому и быть. По крайней мере, тогда все наконец закончится.

– Я никогда не говорила об этом раньше, я даже не думала об этом. Но мне снятся кошмары. И в последнее время они становятся все хуже. Как будто, чем больше времени проходит, тем труднее с этим справляться. Я думала, что со временем должно становиться легче.

– Это зависит от обстоятельств. Похороненные травмы со временем становятся хуже, а не лучше, они будут разъедать вас, как болезнь. Кошмары - это способ разума справиться с прошлой травмой. Только когда вы справитесь с этой травмой, кошмары прекратятся, и вы встанете на путь выздоровления. Вы должны довериться мне в этом. Поговорите со мной, Кейси. Расскажи мне о своих кошмарах.

Кейси ерзала на диване, по-прежнему испытывая дискомфорт.

Да ладно, - подумала она.
– Ты ведь для этого здесь, не так ли? Чтобы поговорить об этом? Так что приступай.

– Это всегда начинается одинаково, - сказала она слабым голосом.
– Мне снится сон, но я не знаю, что сплю. Глубокая ночь, и я встаю, чтобы пойти в ванную. В ванной горит свет, дверь закрыта, свет просачивается через закрытую дверь. Но я уверена, что выключила его перед сном. Воздух кажется холодным, гораздо холоднее, чем когда я ложилась спать. Все выглядит так же, как раньше, но в то же время по-другому. Я не могу объяснить это, но я чувствую страх, угрозу, и я не знаю почему. Я захожу в ванную, мочусь, мою руки и смотрю на свое отражение в зеркале над раковиной. Я выгляжу усталой и бледной, под глазами мешки. Какое-то движение в зеркале позади меня привлекает мое внимание, я оборачиваюсь, но там ничего нет. Теперь мне действительно страшно, я чувствую, что за мной наблюдают.

Я говорю себе, что веду себя глупо, что позволяю своему воображению и полету фантазии разыграться. Но одновременно с этими мыслями я начинаю напевать эти слова....

– Продолжайте.

Кейси заставила себя продолжить.

– Я не хочу их произносить, но я как будто не могу контролировать то, что я говорю. Поэтому, как в известной городской легенде, я произношу КРОВАВАЯ МЭРИ пять раз перед зеркалом, все это время глядя в безумные глаза своего отражения. Я выгляжу безумно, я едва узнаю себя. Мои зрачки расширились настолько, что глаза стали черными, а кровь отхлынула от лица. Я похожa на призрака.