Мерцающая луна
Шрифт:
Мне без труда удавалось разминуться с «охотниками», и уже спустя несколько минут я петляла полутемными проулками.
Остановилась только спустя минут сорок. Дышать было тяжело, а язык предательски пытался вывалится из рта, чтобы стало хоть немного прохладнее. Принюхалась. Вокруг воняло отвратно, но того запаха, от которого стремилась убежать, больше не было.
Вздрогнув, я словно вынырнула из забытья. Забытые на время побега эмоции потоком хлынули в сознание. И меня охватил новый поток паники.
Я окончательно от страха тронулась головой! Ничем другим свое состояние и изменившееся
Закрыла с силой глаза, чтобы не видеть покрывающую лапы серую с рыжим подпалом шерсть, глубоко вдохнула и закашлялась от небывало сильных ароматов соседней помойки.
Так. Надо успокоиться и это пройдет. Это всего лишь измененное стрессом сознание.
Я легла прямо на землю, попыталась расслабиться и прислушаться к себе. На удивление это далось достаточно легко. И что-то внутри меня подсказало – моя новая форма вполне естественна, и так уже было, и оно правильно. Просто я забыла…
Я вообще не помнила ничего до момента, когда меня подобрали голую на дороге две сердобольные женщины. Тогда мне было примерно четырнадцать, и это единственное, что я им тогда смогла о себе сказать.
Потом были не самые лучшие четыре года детского дома и свобода с ключом от комнаты в коммуналке, где по соседству жили беспробудные пьяницы, да бабка с маразмом. Но даже из этой дыры я смогла выбраться.
Сначала пошла продавцом в цветочный. Благо там были ночные смены и дома я бывала только утром, пока «добрые» соседи спят. Потом чудом попала в аниматоры и доросла до администратора и организатора торжеств.
А теперь оказалось, я еще и оборотень! И вот вопрос: почему раньше я, как положено этим фэнтезийным монстрам, не перекидывалась во время полнолуния? Или оно так не работает? А как тогда? Почему сейчас?!
«Из какого ты клана?» – вновь вспомнился вопрос сурового Романа.
И меня передернуло от догадки. Они тоже оборотни. Такие же, как и я. Может зря тогда убегала?
«Нет», – пришел ответ от подсознания и четкое понимание: от подобных себе надо держаться как можно дальше! От соплеменников не стоит ждать ни помощи, ни понимания. Только убегать и прятаться. А я это умею. Я не такая. Я умею скрываться.
Со второй частью сознания я оказалась полностью солидарна. Она явно чувствовала и знала ситуацию лучше, чем человеческая половина, у которой был провал в памяти. Да и отношение ко мне Романа намекало: помощи у соплеменников я не получу. Но теперь возникал второй вопрос: как вернуть двуногий образ? Ибо бегающий по городу волк – это слишком странно.
Пара глубоких вдохов, вспышка непривычной резкой боли в теле и прокатившийся холод по обнаженной коже. Ни лоскута одежды не осталось.
– Черт, лучше обратно, – пробормотала я и попробовала осознано потянуться к звериной сущности внутри.
Моментально оказалась на четвереньках.
План был прост. Добраться до дома. Обернуться, переодеться и бежать на вокзал. Билет на ближайший рейс, и прощай Москва. Сейчас меня мало что интересовало, кроме необходимости скрыться. С сопутствующими проблемами, работой и ипотекой разберусь позже, когда на пятки не будут наступать другие волки.
Полностью положилась на звериные инстинкты
В офисе строительной фирмы, которая принадлежала совместно стаям серых и белых волков, к моменту моего прихода царил переполох. По парковке носилась в поисках непонятно чего охрана.
Любопытно. Прислушался к звериному чутью, но никакой опасности не уловил. Зато почувствовал близость какой-то волчицы. Найти ее взглядом не получилось. Можно было бы заполнить пространство своей подчиняющей силой альфы и вынудить девушку выйти из укрытия. Но вмешиваться во внутренние дела чужой стаи без разрешения местных двух глав я не имел права.
Поэтому просто направился в сторону лифтов.
Вообще я прибыл на празднование дня рождения двух дочерей-близняшек главы белого клана. С одной из них, Авророй, меня связывала давняя история. Я был очень ей благодарен за оказанную когда-то помощь. Поэтому, получив приглашение, без раздумий покинул родную Канаду и прилетел в Москву, даже немного поторопился. До самого праздника еще оставалось прилично времени, которое я планировал потратить на отдых от клановых дел и новые приятные впечатления, необходимые для борьбы с вечно маячащей на задворках сознания тоской.
Еще утром мой самолет приземлился в аэропорту, и по телефону я уже связывался с верхушкой местных стай. Но после заселения в гостиницу решил лично явиться. Какое-никакое занятие, пока не решил, чем себя развлечь и куда сходить.
Глава серых волков обнаружился в одной из переговорных, дверь в которую была гостеприимно кем-то снята с петель.
– Бестолочи, ищите! По улицам ищите, раз из здания выпустили! – зло рыкнул в динамик смартфона Роман и бросил тот на стол.
– Что потеряли? – заходя в комнату, вместо приветствия поинтересовался я и одарил сидящую в одном из кресел Аврору теплой улыбкой.
– Нашего организатора праздника, – проворчала миловидная блондинка и укоризненно тыкнула в свою пару пальцем: – Вот зачем ты ее напугал?
– Какие все нежные, – презрительно рыкнул серый волк, впрочем, быстро отмахнулся от этого и по-деловому проговорил: – Главное, теперь мы знаем, что она из серых отщепенцев, а значит попадает под нашу юрисдикцию. Сразу бы призналась и пугаться не пришлось бы.
– Она действительно не знала, – развела руками Ави и задумчиво постучала пальчиками по одному из раскиданных на столе журналов. – И, судя по всему, обернулась первый раз. Так что у нас по городу бегает не совсем адекватная волчица. Кстати, видел, как она замерцала и исчезла в коридоре? Словно и не было.
– Да, странное умение. Выясним, когда поймаем, – постановил альфа серых, видимо, не желая углубляться во внутренние дела клана при чужаке, и уперся в меня взглядом. – По какому вопросу?
Я широко улыбнулся. В душе от всего услышанного уже разгорелся азарт. Не знаю ни одного волка, которого не возбудила бы возможность поучаствовать в охоте. Особенно если добыча такая уникальная и сложно достижимая.
– Сначала хотел просто лично поздороваться, а теперь понимаю, что меня к вам привело проведение самой Луны. Видимо, я единственный, кто чувствует вашу пропажу.