Меня считали странной...
Шрифт:
– Николай, - представился мальчик, улыбнувшись.
– А я уже и не надеялась, что у тебя будут друзья, - улыбнулась здоровая и крепко стоящая на ногах мама.
– Да что ты такое говоришь? Я в
– Хватит трындеть, идемте к столу. Дочь, у тебя пироги сейчас подгорят! – воскликнула бабушка.
– Ой, совсем позабыла! – всплеснула руками мама и побежала спасать выпечку.
– Коля, а ты как… кхм… - не знал, как сказать отец.
– Меня избили. Давно уже, - улыбнулся мальчик, будто и не о смерти говорил. – А я все никак не мог отомстить и застрял. В итоге отомстил другому человеку за другое дело, но засчиталось все-равно!
– Извини, - смутился папа за свой вопрос.
– Ничего страшного. Здесь гораздо лучше, чем в том аду! – ухмыльнулся мальчик
– Прости, доча! – выкрикнула мама из кухни и вышла сюда.
– Я не думала, что Машка отдаст вас.
– Да, ладно, - махнула я рукой. – А Катя, надеюсь, не с вами?
– Нет, доча, сплюнь! – строго сказала мама. – У нее хорошая семья, не думаю, что она к нам присоединится.
– Ты спишь на Катькиной
– Она же маленькая! – чуть ли не обиделся мальчик.
– Ладно, в манежке сплю я, - легко согласилась я. Всегда мечтала там спать, ощущая себя ребенком.
– А здесь можно не спать, - пожала плечами мама.
– Неа, я все равно буду спать, - замотала головой.
– Как хочешь, - улыбнулась мама, подавая на стол чуть пригоревший ежевичный пирог, на который тут же набросился Коля.
– А что? – пожал он плечами на мой насмешливый взгляд. – Я больше тридцати лет ничего ни ел!
Я улыбнулась, глядя на хлопочущую у плиты бабушку, маму, режущую отнятый у Коли пирог и плотоядным взглядом смотрящих на вожделенную выпечку папу с Колей. Я дома, в нашей квартирке. Как же я все-таки рада, что рай для этих людей здесь, среди семьи. Что мы снова вместе, причем с дополнением, некультурно чавкающим пирогом. И хорошо, что без Кати.
А за окном квартирки виднелись пушистые облака и больше ничего. Но семье больше ничего не надо было. У них был собственный, маленький рай.