Шрифт:
ПРОЛОГ
Завтра приезжает Лукас! Осталось — она взглянула на миниатюрные золотые часики ровно четырнадцать часов и двадцать минут, и она снова увидит любимое лицо.
Лифт плавно остановился на первом этаже, и двери бесшумно открылись. Джослин привычно шагала по черному мраморному полу просторного холла компании «Форестер энтерпрайз».
— Добрый вечер, Гарри, — она приветливо улыбнулась пожилому охраннику, сидевшему за конторкой дежурного.
— Добрый
Открыв тяжелую дверь из зеркального стекла, Джослин улыбнулась. От венка из еловых веток, украшавшего дверь, исходил запах хвои. В Рождество все возможно. Абсолютно все.
Джослин вышла на улицу и задохнулась от ледяного ветра, ударившего ей в лицо. Стоянка была почти пуста. Наклонив голову, она быстро пошла к своей машине.
— Привет, красотка!
Фамильярное приветствие неприятно поразило ее.
Не снизойдя до ответа, Джослин вынула электронный ключ из кармана пальто и открыла дверцу машины.
К ее крайнему раздражению, мужчина быстро подошел к другой дверце и скользнул на сиденье рядом с ней.
Джослин откинула назад каштановую прядь. Что здесь делает Билл? Она не видела его больше года.
— Убирайся из моей машины!
— Как бы не так, куколка. Мне нужна помощь, и я получу ее от тебя.
— Черта с два! — парировала она.
— Ошибаешься! — Злорадная улыбка вызвала у Джослин предчувствие опасности. — Ты же не хочешь, чтобы старина Лукас узнал, что его энергичная и знающая помощница и его ненавистный сводный брат были любовниками?
— Мы не были любовниками!
— Попробуй убедить его, но, как ты думаешь, кому из нас он поверит, когда я покажу ему вот это? А?
Билл протянул ей листок бумаги.
Джослин осторожно взяла его, и сердце у нее упало. Это была квитанция о проживании в гостинице, выписанная на них обоих.
В конце прошлого января Билл пригласил ее провести уикенд в горном курорте Поконос. Предложение показалось ей заманчивым, и она согласилась при условии, что сама оплатит свои расходы. Однако, приехав в Поконос, Джослин узнала, что в начале недели Билл отменил заказ на ее комнату и вписал ее имя в свою броню.
Она приехала из Филадельфии в его машине, и единственный прокат автомобилей был уже закрыт. Ей пришлось остаться. Когда она попыталась снять себе отдельный номер, выяснилось, что свободных номеров нет. Джослин, сожалея о собственной доверчивости, откровенно высказала ему все, что о нем думает. Затем она сняла несколько одеял с единственной кровати в его номере и, свернувшись калачиком на диване в гостиной, провела очень неуютную ночь. Она уехала ранним утром. С тех пор Джослин ни разу не видела Билла.
— Кто сказал тебе, что я работаю у Лукаса? — осведомилась она, пытаясь выиграть время.
— Дражайшая
— …тебе придется работать, как всем нам, без тени сочувствия продолжила за него Джослин. — Шантаж тебе не поможет. Сбережений, которые я накопила за всю жизнь, тебе не хватит даже на неделю.
— Я собираюсь шантажировать не тебя, глупышка, а Лукаса!
Джослин поморщилась.
— Ты же, конечно, не воображаешь, что у меня есть его доверенность?
— Я не собираюсь присваивать деньги компании, — холодно возразил Билл. — Я хочу принять на себя руководство. Компанию можно продать за огромные деньги. Все равно она должна была принадлежать мне.
— Отец Лукаса оставил компанию ему, — повторила Джослин слова Эмми.
— Я думаю, что Лукас подменил настоящее завещание. Мама того же мнения.
— По словам Эмми, компания принадлежала матери Лукаса. Может быть, это было… она сделала неопределенный жест рукой, — то, что раньше называлось «майоратным наследованием»?
— Ничего подобного! Прежде чем выйти замуж, моя мать внимательно ознакомилась с завещанием первой жены отца. Мать Лукаса все оставила мужу. Нет, единственное объяснение, почему не я владелец компании, состоит в том, что Лукас подменил завещание. И я хочу, чтобы ты помогла мне найти настоящее.
Все идет прахом, с ужасом подумала Джослин. Вся ее жизнь, Она машинально наблюдала, как снежинки бьются о ветровое стекло.
— Я свяжусь с тобой, — Билл самодовольно ухмыльнулся и вылез из машины.
Оцепенев, Джослин наблюдала, как он неторопливо подходит к серебристому «Порше» и усаживается за руль.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Краем глаза Джослин рассматривала Лукаса Форестера, не в силах отвести взгляд от квадратного подбородка с небольшой ямочкой. Она с надеждой подняла глаза, пытаясь разглядеть хотя бы намек на сердечность. Напрасно. Губы Лукаса были плотно сжаты, карие глаза, не мигая, смотрели вперед.
Ровно через восемь дней истекает срок ее работы после подачи заявления об уходе. Ей придется уйти. Уйти и никогда больше не видеть Лукаса. Она почувствовала приступ паники. Бессмысленно паниковать. Несчастное детство преподало ей хороший урок, научив не бранить Судьбу. Это бесполезное занятие.
В беспомощное раздражении она кусала нижнюю губу. Все так несправедливо! Всего лишь на мгновенье ей показалось, что Билл Форестер что-то собой представляет, но это заблуждение быстро прошло. И вот расплата.