Менделеев
Шрифт:
Около полуночи Менделеев отправил слуг и остался с сестрой милосердия — той самой эстонкой, которая сидела с его больной внучкой. Жена, по всей видимости, в последние дни у его постели не присутствовала — по крайней мере, никаких подробностей этого времени в ее воспоминаниях нет. «Дальше я не могу ничего связно припомнить, — пишет Анна Ивановна. — Пусть расскажет Н. Я. Капустина». Племянницы, Надежды Капустиной, тоже не было рядом — ей не сообщили о тяжелом состоянии Менделеева, что стало причиной ее горькой обиды. Позднее именно она, приехав после смерти дяди, внимательно опросила слуг и восстановила картину той ночи. В момент кончины не было рядом ни Любы, ни Ивана, ни Маши, ни Василия. Последний, вместе с Младенцевым и Блюмбахом, находился в среднеазиатской экспедиции, снаряженной Главной палатой для наблюдения за солнечным затмением, а попутно для ревизии мер и весов, применяемых в Туркестанском крае.
Когда Менделеев уходил, все
«Тревожно спал в эту ночь Петербург, — написала наутро одна из столичных газет, — умирал Менделеев». Пока тело готовили к погребению, вдова с детьми сидела в своей комнате. К ним неожиданно постучал профессор Бехтерев и спросил разрешения взять мозг Дмитрия Ивановича. В ответ семья разразилась истерикой. Владимир Иванович подождал, пока буря утихнет, и попросил хотя бы сделать фотографии. Ему разрешили. Он пошел и все-таки увез мозг Менделеева в свою лабораторию. Через год его коллега профессор Вейнберг сделает доклад о результатах исследования и, в частности, скажет: «Если бы вы вошли в комнату, где собраны мозги людей, выделявшихся своей умственной деятельностью, вам бросился бы в глаза мозг Менделеева, если можно так выразиться, красотой формы, интенсивностью извилин». Но, как известно, исследования мозга после смерти дают весьма ограниченные возможности для раскрытия его тайн. Живой мозг подчинен центральной нервной системе, которая по-разному реагирует на окружающую жизнь и потому по-разному дирижирует работой различных его участков. Сегодняшняя наука о мозге уверена лишь в том, что его деятельность надо изучать при жизни.
«Когда я приехала, — пишет Надежда Капустина, — Дмитрий Иванович лежал уже в зале, величавый и спокойный, со сложенными крестом руками». Помещение не могло вместить всех желавших проститься с покойным. Всё было завалено цветами. Постоянно звучали панихиды. Одну из них отслужил приехавший митрополит Антоний, другую пропели, как могли, дети, неожиданно пришедшие из какого-то сиротского приюта. Главная литургия было назначена в церкви Технологического института, расположенного напротив Главной палаты мер и весов. К этому времени всё пространство между Палатой и институтом оказалось запружено народом. Церковь оказалась буквально в осаде. К дубовому гробу Менделеева получили возможность приблизиться только министры и профессора.
Между тем толпа на улице прибывала. Пришли почти в полном составе студенты физико-математического факультета университета, на котором в связи с кончиной Дмитрия Ивановича были отменены занятия. Пришли студенты всех петербургских институтов, включая Политехникум и Высшие женские курсы. Было очень много гимназистов старших классов. Многие стояли с венками, что само по себе было поводом для вмешательства полиции, поскольку со времен похорон Тургенева и Некрасова ношение венков было запрещено. Приставы пригнали специальные дроги, чтобы их сложить, но молодежь расставалась со своими венками неохотно. После того как дроги были доверху заполнены, количество венков на руках людей, казалось, не уменьшилось. После литургии гроб с телом Менделеева несли на руках до самой могилы. Гроб качался посреди несметной массы народа — когда голова процессии достигла Гороховой, хвост ее был еще у стен Технологического института. По распоряжению городского головы, ученика Менделеева Н. А. Резцова, были не только зажжены оба ряда газовых фонарей, но каждый столб был обвит траурными лентами. Трамваи по пути следования похорон были остановлены. Вся процессия, несмотря на ее протяженность, была взята студентами в живую цепь. Во главе шествия студенты университета и Военно-медицинской академии несли на большом щите периодическую таблицу химических элементов. За ними шли офицеры Михайловской артиллерийской академии с большим серебряным венком.
Могила на фамильном участке Волкова кладбища, устланная ветками можжевельника, еще год не могла дать менделеевскому праху полного упокоения. Его продолжали тревожить, пока на этом месте не возвели склеп. Когда гроб мешал рабочим, они выносили его в кладбищенскую церковь. Наконец, невысокий цементный склеп, окруженный гранитными тумбами с цепями, был воздвигнут. На могиле установили гранитную глыбу с крестом, вырубленным из верхней ее части. Рабочие, подрядившиеся выполнить работу к годовщине смерти ученого, из-за морозов не успели высечь на граните ни дат рождения и смерти, ни изречения из трудов покойного. Только «Дмитрий Иванович Менделеев». Так и решено было оставить.
Послесловие
Через 61
Корабль «Дмитрий Менделеев» был построен в Германской Демократической Республике в 1968 году. В свой первый научный рейс судно отправилось в 1969-м. Оно совершило ровно 50 плаваний во всех океанских широтах. Последняя экспедиция «Дмитрия Менделеева» была в Арктику. Судовые отряды ученых Института океанологии имени П. П. Ширшова собрали в этих плаваниях огромный материал по всем направлениям океанологической науки, приведший к ряду научных открытий и серьезным теоретическим обобщениям. На борту «Дмитрия Менделеева» кипела настоящая жизнь. Палубы и каюты научно-исследовательских судов были в те времена, возможно, самой свободной территорией Советского Союза. Здесь отдавались любимому делу преданные науке смелые и веселые люди. Они занимались гидрофизикой и геологией, гидробиологией и географией, изучали атмосферу и спускались на океанское дно, открывали мезомасштабные антициклонические вихри и уходили от пиратов, пили вино и пели песни Александра Городницкого, многие из которых бард написал здесь же, на борту «Дмитрия Менделеева».
Активная жизнь судна продолжалась 24 года, пока его ресурс не был исчерпан. Какое-то время научный корабль простоял у самого дальнего, 39-го, причала Калининградского порта. Потом было принято решение продать его в Индию на разделку.
Весной 2001 года судно своим ходом взяло курс на Мумбаи (Бомбей). В конце первой недели мая «Дмитрий Менделеев» бросил якорь на рейде порта Бхавнагар, в двух милях от маяка Аланг, и стал ждать полнолуния, которое должно было наступить 8 мая. С мостика судна были хорошо видны большой пляж и сигнальный флаг, указывающий «Дмитрию Менделееву» место между двумя ранее выбросившимися судами. За час до полной воды по команде с берега корабль отошел на три с половиной мили от береговой линии и двинулся по направлению к своей последней цели. Изношенный двигатель, будто зная, что уже незачем себя беречь, разогнал судно до шестнадцати узлов. Потом скорость начала гаситься прибрежным мелководьем и снизилась до десяти узлов. «Дмитрий Менделеев» без всяких толчков вынесся на пляж и лег острым днищем на илистый песок. Через две минуты двигатель корабля был уже выключен, а обе якорные цепи стравлены на половину смычки. [54] Капитан сделал последнюю запись в судовом журнале: «Скорость — ноль, широта 2°23'43'' северная, долгота 72°10'54'' восточная».
54
Смычка — участок якорной цепи длиной 25–27 метров, соединяющийся с другими фрагментами при помощи специальных разъемных звеньев. (Прим. ред.)
Есть ли во всем этом хоть какая-нибудь менделеевская нота? Иногда кажется, что нет. А если есть, то тогда уж начинается совсем тонкая материя — такая, в которой не бывает ничего лишнего и случайного и любой факт, даже прямо не относящийся к делу, начинает вести себя как рыдающий от боли ребенок. Судите сами: через несколько дней на тот же берег выбросился научный корабль «Академик Курчатов»…
Большое спасибо директору Квартиры-музея Д. И. Менделеева (Музея-архива Д. И. Менделеева Санкт-Петербургского государственного университета) доктору химических наук профессору И. С. Дмитриеву, заведующей Метрологическим музеем Госстандарта России при Всероссийском научно-исследовательский институте метрологии имени Д. И. Менделеева кандидату исторических наук Е. Б. Гинак и их коллегам за внимание, проявленное к рукописи, и высказанные замечания, а также сотрудникам отдела биологических наук Библиотеки по естественным наукам Российской академии наук и библиотеки Военного университета за помощь в работе.
Выражаю сердечную признательность Д. Л. Быкову и моему старому другу Е. Я. Марголиту, благодаря поддержке которых эта книга вышла в серии «Жизнь замечательных людей».
Приложения
Награды и звания Д. И. Менделеева
Чин государственной службы Российской империи
Тайный советник (чин 3-го класса Табели о рангах, соответствует армейскому чину генерал-лейтенанта армии).