Мемуары Ветра
Шрифт:
Агнесса угрожает докторам и всё время кричит…
— Что кричит? – помимо воли вырвалось у Милены.
— О них. Она предостерегает тебя о какой–то опасности. Говорит, что скоро … — Лора зарыдала и спрятала лицо в ладонях, — Агнесса не оставляет мне другого выхода! Если так пойдёт дальше, мне придётся сдать её в психиатрическую клинику! Сдать… в психушку… родную мать! – Милена потрясла головой, будто слова матери огрели её сковородкой по голове.
— Повтори, — попросила она, решив, что просто ослышалась. Милена ещё раз заглянула в окно. Красный закат окончился. И наступила голодная тьма.
Глава
Ночь быстро опустилась на землю, окутав её таинственным туманом мрака. Милена перевернулась на живот и стала вслушиваться в тихие, едва различимые звуки улицы. Где–то в парке засвистел ветер, заскрипели качели на детской площадке, проехала, гудя, машина… Собирая крупицы ночи воедино, Милена вспомнила знаменитое правило Вэтхема: наступила темнота – наступила тишина, независимо от того, легли все спать или нет.
Этой ночью сон всё никак не приходил к ней, несмотря на то, что время уже давно шло к полночи. Но мысли о сегодняшнем дне и скорой тренировке обрушивались на Милену, подобно стакану холодной воды, не давая прикрыть глаза даже на минуту. Как они отправятся на Биг Бен? Что успеют сделать за одну ночь? Неужели её мать действительно сдаст Агнессу в сумасшедший дом?
Вопросы в голове мелькали, как лотерейные шары в барабане и невозможно было определить, какой из них первый прорвётся наружу. Не выдержав, Милена отдалась на волю усталости и тут же унеслась в тёмные пучины сна.
Ей снилось, что она находится в лесу, и кто–то гонится за ней. Девушка не знала от кого убегает, но чувствовала, что стоит ей остановиться, как её схватят. Обернувшись, Милена совершила ошибку: за ней следовали целые сотни Ищеек, которые так плотно заполнили собой лес, что казались жуками, облепившими палку. Твари явно получали удовольствие от погони: шипя и скалясь, они карабкались по стволам деревьев и с лёгкостью перепрыгивали преграды, попадавшиеся им на пути.
— ВЕРНИ НАМ ЭТО! ВЕРНИ ТО, ЧТО ОНА УКРАЛА! – провизжало одно из существ и одним мощным прыжком сократило расстояние между ними.
Ищейка царапнула Милену по щиколотке, но она не обратила на это внимания и продолжила бежать. Каждый вдох давался ей с трудом раздувшиеся лёгкие не желали принимать даже крохотный глоток кислорода, а сердце так бешено стучало, словно огромный кулак бил изнутри по рёбрам.
Милена вспомнила свою учительницу по физкультуре: тучную пожилую женщину с тонкой травой крашено–пурпурных волос на голове, и нервно захихикала. Покалывание в боку напомнило ей, как часто она пропускала её уроки из–за собственной лени. Что ж, сейчас наступил час раскаяния.
Не заметив пень, Милена со всей силы налетела на него и завалилась на землю. Потирая ушибленные колени, она медленно поднялась: Ищейки окружили её со всех сторон – больше ей было некуда бежать. Одна из тварей вышла вперёд, и блики солнца заиграли на её дряхлой, похожей на растянутую ткань, серой коже. Существо почуяло страх Милены и так жадно втянуло воздух, что его узкие ноздри расширились и затрепетали.
— Что вам от меня нужно?! Я даже не знаю, о какой вещи вы говорите, и кто её украл! — вскрикнула девушка, в отчаянии заламывая себе руки.
— ВРЁШЬ! – прошелестела ближайшая к ней Ищейка и выгнула спину, готовясь к прыжку. – ТЫ ЗНАЕШЬ, КТО ЭТО УКРАЛ! И ЗНАЕШЬ, ГДЕ ОНО ХРАНИТСЯ: У НЕЁ В КОМНАТЕ, НА ШКАФУ, В ШКАТУЛКЕ… И ЕСЛИ БЫ НЕ ЗАКЛЯТЬЕ
Милена открыла глаза: она лежала в своей постели, запутавшись во влажных от пота простынях, и шумно глотала ртом воздух. Поняв, наконец, что ей просто приснился кошмар, девушка с облегчением стёрла со лба испарину и посмотрела на свои ноги, которые мелко вздрагивали под одеялом.
— Миссис Боумен, — ласково прошептала Милена в темноту имя физкультурницы. – Готовьтесь, ибо с завтрашнего дня я не пропущу ни одного вашего занятия! – торжественно пообещала она, но представив хмурую мину женщины и её уникального цвета волосы, решила, что всё–таки немного поторопилась с клятвой.
* * * Милена буквально вылетела из подъезда, по пути поправляя свои примявшиеся чёрные леггинсы. Она надеялась, что Кристиан сегодня придёт попозже и не узнает о её опоздании, но все планы рухнули, как смытый волной песочный замок. Ещё издали Милена заметила высокий силуэт парня:
Кристиан стоял в своей любимой позе – припав спиной к стене, и сосредоточено глядел на припорошенное звёздами ночное небо.
— В следующий раз я буду приходить в час ночи, а тебе говорить, что мы встречаемся в полночь. Может, тогда ты придёшь вовремя? – Воган игриво приподнял бровь и скривил губы в ироничной полуулыбке.
— Извини, — пробурчала Милена, ругая себя за то, что забыла посмотреть на часы перед уходом из дома. После кошмара с Ищейками она снова уснула и проспала время, в которое уже должна была одеться и выйти. — Но вообще–то девушки должны опаздывать, — добавила Милена и, подойдя к нему, шутливо хлопнула по руке. Кристиан состроил гримасу мученика и осклабился:
— Насколько я знаю, девушки опаздывают только на свидания. Или я что–то пропустил в развитии наших отношений? – и хотя Воган сказал фразу весёлым тоном, Милена невольно разозлилась. В ней всё ещё кипела обида из–за того, что знакомство с Кристианом и все их встречи были заранее спланированы. Парень, тем временем, засунул руки в карманы джинсов и поплёлся к выходу из двора. Милена побежала за ним, недовольно глядя, как ветер ерошит ему сзади волосы.
— Куда мы идём? – поинтересовалась она, когда догнала Вогана. Они уже вышли со двора и теперь направлялись в сторону заброшенного парка.
Наступило полнолуние, и серебристое сияние луны приглушало слабый свет старинных косых фонарей, а на улице было так пусто, что казалось, ещё немного и скоро по дороге пронесётся сухой кустарник, как в вестернах.
— Не пойдём, а поедем. А сейчас мы ждём своё личное такси – планы не меняются, Милена, мы отправляемся в Лондон, — сухо отозвался Кристиан и остановился возле самого порога парка. Милена робко улыбнулась и попробовала завести ненавязчивую беседу, но добилась лишь того, что парень отошёл от неё и присел на корточки возле дороги. Понимая, что Воган всё ещё сердится из–за случая с Глэн, она бросила на него раздражённый взгляд и вздохнула. Несмотря на то, что её волосы были скорее карамельного оттенка, чем апельсинового, ей часто говорили, что у неё темперамент рыжеволосой. Вот и сейчас Милена почувствовала, как её взрывная натура кипит внутри и, возмущаясь, рвётся наружу в бой.