Меморист
Шрифт:
Но хотя технически уловка была выполнена безукоризненно, она не произвела на психиатра должного действия. Напряжение оставалось. Один «инструмент памяти» он упустил. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы и второй также выскользнул у него из рук. И Меер будет в этом гарантией успеха.
ГЛАВА 8
Вена, Австрия
Пятница, 25 апреля, 10.30
Через два часа, после того как Пауль Пертцлер получил задание по телефону, номер которого был известен лишь немногим избранным, он направлялся к одному из двух свободных столиков в кафе «Моцарт» на Альбертинаплатц.
— Прошу прощения… — Мужчина, подобравший газету, был в синей джинсовой куртке и солнцезащитных очках с зеркальными стеклами. — Вы выронили газету.
Пертцлер с огорчением поблагодарил его, взял газету и продолжил путь к свободному столику. Заказав пиво, он закурил и уставился в окно. Рингштрассе всегда запружена народом независимо от сезона, времени суток и погоды. И сегодняшний день не был исключением. На противоположной стороне улицы находилось здание городской ратуши, занимающее целый квартал. Это был замечательный образчик старой архитектуры, поражающий своим величием до тех пор, пока глаз не замечал, какой же он грязный. Целое столетие сажи и копоти. Вена отчаянно стремится цепляться за прошлое, даже когда оно оказывается токсичным. Вторая мировая война завершилась больше шестидесяти лет назад, однако до сих пор то и дело всплывают тайны о причастности Вены к тем страшным событиям, обнажающие все новые преступления нацистов.
Когда из кафе выходил мужчина в джинсовой куртке, Пертцлер лишь мельком взглянул на него, но когда из-за столика поднялась молодая женщина в свитере с глубоким вырезом, он проследил за каждым ее шагом. Через несколько минут после ее ухода Пауль взглянул на часы, бросил на стол несколько монет и встал.
Войдя в парк Ратхаус, он не спеша прогулялся по ухоженному саду, в котором были представлены самые разнообразные виды растений. Пертцлер задержался, чтобы полюбоваться японской пагодой, а затем очень старым китайским гинкго, изобразив большой интерес, хотя на самом деле для него это дерево было самым обыкновенным кленом. Но перед тем как развернуть зажатую под мышкой газету, ему нужно было убедиться в том, что за ним не следят.
К проводным линиям связи слишком просто подключиться, разговоры по сотовому телефону слишком легко перехватить, электронная почта достаточно надежна, но оставляет следы, доски объявлений действуют неплохо, но Пертцлер предпочитал старые, проверенные способы. Он проработал в своем ремесле вот уже двадцать пять лет только по одной причине — он был необычайно осторожен и никогда не давал никому повода обратить на него внимание. Именно так ему удавалось добиваться успеха. И это дело не станет исключением. Заказчик платит тройной гонорар за то, чтобы все было сделано быстро и как нужно. А тройной гонорар — это в три раза лучше.
Удостоверившись в том, что за ним никто не следит, Пертцлер сел на скамейку, развернул свежий номер «Интернэшнл геральд трибьюн» и пробежал взглядом первую страницу.
Эксперт
Информация поступила в корпункт от источника, пожелавшего не называть себя. Нам не удалось связаться с Джереми Логаном, куратором отдела иудейского искусства, обнаружившим реликвию, но представитель художественного салона подтвердил факт ее существования.
Эксперты сходятся в том, что поскольку шкатулка принадлежала Антонии Брентано, близкой подруге Бетховена и, возможно, его «бессмертной возлюбленной», письмо с большой долей вероятности является подлинным.
Шкатулка с играми, подаренная великим композитором Брентано, будет выставлена на торги на следующей неделе, однако она будет продаваться без письма. По оценкам, стоимость шкатулки предположительно составит сто тысяч евро.
Миллионы тех, кто прочитает эту статью, почерпнут из нее одну и ту же информацию, однако в том варианте, который сейчас держал перед собой Пауль, было подчеркнуто несколько десятков букв. Расшифровав это закодированное послание, он узнает все необходимое о новом задании, полученном от неизвестного заказчика. Правда, заказчик назвал свое имя, но Пертцлер не сомневался, что оно не настоящее, в отличие от древнего письма, которое ему поручили выкрасть.
ГЛАВА 9
Я начался не тогда, когда родился, и не тогда, когда был зачат. Я рос, развиваясь, на протяжении бесчисленных мириад тысячелетий. Все опыты всех этих жизней и бесчисленное множество других жизней пошли на созидание душевного и духовного содержания моего «я»… О, сколько еще раз мне предстоит родиться заново!
Вена, Австрия
Суббота, 26 апреля, 07.30
У самого начала ленты транспортера в ожидании багажа застыли мужчина и женщина, поглощенные напряженным разговором.
— Что ж, в таком случае, когда мы получим доступ в концертный зал?
Говорившим был очень высокий мужчина с золотыми часами «Ролекс» на руке, в синей куртке с блестящими золотыми пуговицами, белой рубашке, джинсах и ковбойских сапогах под крокодилью кожу. Его голос с протяжным техасским акцентом был наполнен беспокойством, а взгляд постоянно метался вокруг, словно оценивая всех, кто находился рядом, как потенциальную угрозу.
— Мы условились отправиться туда завтра…
Акцент женщины был не таким выраженным, как у ее спутника, и хотя она также была одета буднично, ее наряд был далеко не такой дорогой, как одежда ее спутника. Не договорив, она шагнула к транспортеру, чтобы взять чемодан. Вывалившийся вперед серебряный крестик на тонкой цепочке качнулся, поймав на себе луч света. К тому времени, как Том Пакстон, опомнившись, поспешил на помощь, женщина уже сняла тяжелый чемодан с ленты и поставила его на пол.
На багажной бирке вокруг стилизованного земного шара было выведено золотыми буквами «Глобальная служба безопасности». А ниже — имя женщины, Керри Нельсон, название странички в Интернете, номер телефона и адрес в Хьюстоне, штат Техас.
— Завтра? Ты это серьезно? — Том провел рукой по выгоревшим на солнце волосам, еще раз оглядываясь вокруг. — Чем вызвана такая задержка? Концерт состоится через пять дней. Ты же читала отчеты об этом здании. Для службы безопасности это же сущий кошмар! Мы не можем ждать.