Меморанда

Форд Джеффри

– Теперь мне лучше, Клэй. Пора двигаться дальше, – на ходу крикнул мне демон.

– Как там мое тело? – поинтересовался я.

– Спит как сурок, – ответил он. – В путь!

С этими словами он обошел меня сзади и подхватил под мышки. Едва демон оторвался от земли, крыльями вздымая облака пыли, как лес пронзили предсмертные вопли мэра. Мы сделали круг над городом, и на краткий миг мне приоткрылась величественная красота его спиралевидной застройки.

– Я стал сильным, – заверил меня демон, когда мы на

всех парах мчались через морозную ночь.

В ответ я рассказал ему, что повстречался с одной из его жертв. Демон к тому времени сменил направление и теперь мчался вертикально вверх, к луне, повисшей в самом зените.

– Весьма прискорбно, – отозвался демон, – но лишь в ретроспективе. В тот момент этот жирный субчик мне очень даже пригодился.

– А я? Я тоже тебе пригожусь? – спросил я. Демон завис в воздухе, расхохотался и рухнул вниз.

Мой вопль потонул в свисте ветра. Демон приблизил пасть к моему уху и прокричал:

– Ты пригодишься нам всем!

9

Очнулся я в уютном зеленом кресле в углу просторной гостиной. Я обвел комнату ошалелым взглядом: шкафы с книгами, горящие свечи и пушистый розовый ковер с затейливым узором. Теплый ночной ветерок свободно проникал в пустые оконные проемы, овевая четыре фигуры, расположившиеся у стола. Потягивая коктейли, трое мужчин и женщина оживленно о чем-то беседовали. Вскоре один из них заметил меня, и все четверо обернулись.

– Анотина, похоже, ваш экземпляр прибыл, – произнес человек, увидевший меня первым.

Женщина улыбнулась и приветственно махнула мне рукой.

– Иди к нам, – сказала она.

– Выпей с нами, – любезно предложил мужчина, сидевший справа от нее.

От падения голова отчаянно кружилась, но я все же выбрался из кресла и нетвердой походкой приблизился к столу.

– Как тебя зовут? – спросила женщина, поправляя бретельку желтого платья.

– Клэй, – ответил я.

– Анотина. – Она протянула мне руку. Глаза и волосы у нее были темными, а кожа удивительно гладкой. На вид она была на год-два моложе меня.

Опасаясь, что моя ладонь пройдет сквозь нее насквозь, я лишь кивнул и вежливо улыбнулся.

– Это доктор Адман, – сказала женщина, указывая на человека напротив – того, что увидел меня первым.

Маленький бородатый субъект с оттопыренными ушами и в очочках пожал плечами и со странной вопросительной интонацией произнес:

– Добро пожаловать на Меморанду?

– А это Брисден, – продолжала женщина, положив руку на плечо своего соседа справа.

– Голова не кружится, мистер Клэй? Некоторые экземпляры по прибытии жалуются на головокружение, – сообщил Брисден. Костюм у него был изрядно помят, лишь огромный живот был туго обтянут материей. Судя по водянистым глазам и заплетающемуся языку, он уже не раз прикладывался к своей бутылке.

– Со мной все в

порядке, – солгал я. Третий мужчина протянул мне бокал.

– Нанли, – представился он и гостеприимно пододвинул мне стул. – Молодец, что явился так скоро.

Опасаясь, что все вокруг может рассыпаться, я осторожно сел за стол и сделал глоток. Стоило мне поднести бокал к губам, как ноздри наполнило теплое цветочное благоухание «Сладости розовых лепестков». Впервые за много лет я ощутил этот забытый вкус, и меня захлестнула ностальгия.

– Розовые лепестки… – невольно произнес я вслух.

– Пей сколько влезет, – усмехнулся Нанли, вручая мне бутылку.

Я налил себе еще порцию.

– Откуда ты, Клэй? – спросила Анотина. Заложив темные локоны за уши, она откинулась в кресле и скрестила руки на груди.

– Из Вено, – ответил я.

– Никогда о таком не слыхивал, – заявил доктор Адман.

Остальные переглянулись и покивали друг другу.

– Будешь помогать мне в исследованиях, – заявила Анотина. – В твои обязанности также входит изредка ассистировать и этим джентльменам. Срок службы – один год. Вопросы есть?

– По-вашему, это нормально, когда человек появляется из ниоткуда? – выдавил я.

Все четверо вновь с улыбкой переглянулись.

– А как же иначе? – удивился Нанли. – Когда кто-то заказывает себе экземпляр, заказ возникает вон в том кресле.

Снисходительное безразличие, с которым было встречено мое странное появление, надолго заставило меня замолчать. Я решил вплотную заняться «розовыми лепестками», а заодно утраченным самообладанием, в то время как остальные продолжили прерванную дискуссию.

Успокоительная «Сладость» пришлась как нельзя кстати. «Сейчас бы еще сигарету, – подумал я, – и жизнь могла бы стать почти терпимой». Мысли то и дело уплывали вспять, к встрече с Батальдо в курганах Палишиза. Беседа моих новоявленных хозяев со стороны казалась серьезной и увлекательной, но стоило мне попытаться следить за ней, как голова моя закружилась. Расслабившись, я позволил их словам течь мимо сознания. После третьего стакана «лепестков» я очнулся и услышал, как Анотина сказала:

– Все дело в моменте.

– Нет, – возразил доктор Адман, – в воспоминании о моменте.

Брисден прочистил горло и перебил доктора:

– Настоящее – это дверь, это случайно расположенный проем, местонахождение которого определяется нами произвольно, что противоречит сумме пустоты.

Нанли извлек из пустоты сигарету и жестом фокусника зажег ее.

– Вы, трое, – процедил он, – ваши слова бессмысленны, как механизмы, которые я проектирую. Все ваши теории – безнадежны. Впрочем, возможно, когда-нибудь я и сумею хотя бы приблизительно разобраться, к чему клонит Брисден, но в целом ваше бормотание – настоящее преступление против человечества!