Мельвир
Шрифт:
– Это… то, что связывает мир Ийессамбруа с нашим, - медленно проговорил древний чародей, очень тщательно подбирая слова. – Благодаря им Светлые Стражи и Сумеречные Твари слышат Призыв, и могут открывать сюда порталы.
Я посмотрел на замершего в углу пещеры Стража, на спине которого Мельвир и Дина добрались в Темные земли. Существо не проронило ни слова. Но, судя по размерам и умному, хоть и суровому взгляду, в интеллекте, а то и силе, оно едва ли уступало Ийесу. (Сидевшему с противоположной стороны и не сводившему с незваного гостя настороженных глаз).
«Да
«Смотря кого считать чудовищем!» - едко подсказал мне внутренний голос.
Учитывая, что в планах моей возможной мести истребление кучи невинных, начиная от служившего Мелу конюха (Вечно плевался мне вслед, зараза!) и заканчивая Светлыми Королевствами вообще… Но тогда я потеряю Элию. Раз и навсегда. Не будет ее больше рядом, теплой, прислонившейся к моему горящему Печатью плечу. Странная мы парочка – у меня теперь Печати даже сквозь одежду немного просвечивают. На ней все еще держатся едва заметной светящейся дымкой чары Привлекательности. Которые на Белизаре почему-то не работают. В первый же день знакомства чародей довольно бестактно поинтересовался, откуда у светлой эти шрамы. Элия объяснила. Больше желания расспрашивать ни у него, ни у меня не возникло.
Темные не просто сожгли их с братом деревню. Они еще и задержались там на какое-то время. Странно думать о том, что с удовольствием запытал бы до смерти собратьев по силе и вроде как своих подданных. Впрочем, их и так убил, внимательно выслушавший этот разговор Безарр.
– Почему твой наставник хотел разрушить Столпы? – спросил я, впрочем, уже догадываясь.
– Их еще называют Столпы Призыва, - вмешался в разговор Мельвир. – Они не только соединяют их мир с нашим, но еще и связывают призванное существо волей мага его призвавшего. Но я всегда думал, что это просто легенда?
Белизар усмехнулся.
– Довольно подробная легенда! Все предпочитают так думать. Что Светлые Стражи и Сумеречные Твари приходят в наш мир добровольно, чтобы служить нам. Но у них на этот счет свое мнение, верно?
Неожиданно по пещере разнесся громкий протяжный клекот. Светлому Стражу надоело хранить молчание, и он подтвердил слова древнего мага.
– Получается, кто-то в незапамятные времена создал их, - задумчиво проговорил Фьерд. – Я ни разу не встречал упоминаний о том, что раньше маги не умели Призывать Светлых Стражей и Сумеречных Тварей. Даже в самых старых книгах о Призыве написано так, словно это было всегда.
– Не кто-то, а я его учитель, - порадовал я, кивнув на побледневшего Белизара. – И он же попытался Столпы разрушить, вот только не получилось!
– Угу, - бывший Владыка Теперь-Уже-Моих земель продолжать этот разговор явно не жаждал.
Я посмотрел Белизару в глаза.
– Почему брат восстал против тебя и запер навечно в подземелье?
Чародей сглотнул. Он был невероятно древним и, наверное, столь же могущественным, по нашим меркам. Вот только каждый день мы все еще меняли повязки на его незаживших ранах.
– Моя мать была человеком. Семиррос считал, что как чистокровный, имеет больше прав
– Вот оно как? – я припомнил все подробности легенд об этих двоих, что когда-либо слышал.
В большей части из них говорилось, что Белизар изначально был Владыкой Темных земель, а Семеррос Замечательный принялся нести туда Свет. Ну и справедливость, конечно же. Но, если правду говорил Дирос, то между братьями на какой-то момент было перемирие. Которое Светлый Владыка нарушил. Даже двух тронов на двоих им не хватило. Либо дело не только во власти.
– Белизар… Что ты намерен делать теперь? – похоже, Мельвир не утратил способность «читать» мои мысли.
Темный маг пожал плечами.
– Ничего… Поживу, осмотрюсь… Я провел слишком много лет в заточении, чтобы еще чего-то желать.
Он осекся под испытующим взглядом Элии.
– То есть, ты не собираешься завершить начатое твоим учителем и уничтожить Столпы? – в упор уточнила Охотница.
Опустив голову, Белизар молчал. Могущество слишком многих магов нашего мира основывается на Призыве. Рендзал не раз ворчал по поводу недоучек, не умеющих ничего, кроме Призыва, возомнивших себя настоящими магами. (Я в такие минуты краснел и брался за книги с утроенным рвением).
– Разве не очевидно, что если Столпы Вечности и правда существуют, то мы должны их разрушить? – внезапно вмешалась Дина. – Ведь они, по сути, держат народ Ийессамбруа и Стражей в рабстве!
Представители Семерки и двое Повелителей Темных земель синхронно уставились на девчонку. Ей было чуть больше девятнадцати лет – довольно много по человеческим меркам, но ничто в сравнении даже с моим возрастом, а среди остроухих, я в этой пещере младший.
– Ты представляешь, что начнется, если Светлые Стражи перестанут приходить? – мрачно спросил Фьерд.
– Так же, как и Сумеречные Твари! – уточнил Белизар. – Ни одна сторона не окажется сильнее за счет этого!
– Да, но... Без них очень многие из нас бы просто не выжили, - произнес кто-то тихо моим голосом.
Я тут же пожалел о сказанном, поймав острый взгляд Мельвира. Наверное, не было лучшего способа отвесить ему тяжелую пощечину, вот только таким способом я этого не желал!
Разлегшийся на полу пещеры, Ийессамбруа завозился, усаживаясь. При этом он как-то вмиг стал больше. Пока Сумеречная Тварь лежала, изображая чешуйчатый коврик, легко было забыть, что вообще-то, половина из нас легко поместится в его желудке и еще место на десерт останется!
– Ты знаешь, где находятся эти Столпы? – громогласно спросил он.
– Нет. Но я это выясню, - твердо произнес Белизар, поняв, что отпираться уже бесполезно.
Взгляд у древнего чародея был отчаянный. Он готов сражаться с нами, понимая, что его затею едва ли многие в этом мире одобрят. И в то же время, Белизар прекрасно осознавал, что все еще слаб. Да и он не из тех, кто с легкостью отнимает чужую жизнь. Скорее, в его духе отдать последние силы, чтобы кого-то спасти, как с Беаллой.