Шрифт:
Будущее. Молодого тридцатилетнего мужчину привезли в больницу прямиком из симулятора голографического дизайна. Обморок.
Наверное, переутомление, как обычно
Потирая запястье, Михаил пришел в себя и снова огляделся в больничной палате. За окном летали электробусы, высотки задевали облака. Через шум города слышались объявления рекламных новостей:
«МАРУСЯ» ОТПРАВИЛАСЬ НА ЮПИТЕР. ОТ ГОЛОСОВОГО ПОМОЩНИКА ДО ПЕРВОГО КОЛОНИЗАТОРА.
Михаил наблюдал за летающим транспортом,
– Мигунов? – сухо спросил доктор.
– Давно не виделись. У меня очередное переутомление? – попытался пошутить мужчина, но его взгляд остановился на браслете.
Привычная ирония куда- то улетучилась. Врач молча протянул датчик с ремешком. В палате повисла долгая пауза.
– Я не умру.
– Диагноз серьезный, – погасил последнюю надежду врач.
Дрожащими руками мужчина надел браслет и услышал роковую фразу: «Организм был отсканирован. Продолжительность жизнедеятельности: девятнадцать часов».
Интонация голосовой помощницы никак не сочеталась с витающим в воздухе напряжением. Сердце заколотилось с бешенной скоростью. Браслет, отсчитывающий время жизни давали всем, кто серьезно болен.
– Очень редкое заболевание в наше дни, но типичное для трудоголиков и невротиков вроде Вас.
– Это же лечится? – взволнованно спросил Михаил и потянул браслет, как бы ненавязчиво стараясь снять, но тот загорелся красным.
– Боюсь, медикаментозно это не излечить.
Доктор был неумолим. Врач зашагал из стороны в сторону, а затем постукивая по планшету ногтями, снова повернулся к мужчине:
– Я нарушаю врачебную этику, но я предупреждал Вас раньше, что переутомление может перевести к серьезному заболеванию нервной системы, – торопливо и строго проговорил доктор, – Теперь у Вас мутировавший NervoUs . Болезнь опухолями может распространиться на все органы и в конце концов уничтожит организм.
Мигунов потрясенно молчал. Доктор посмотрел в разные стороны и произнес полушепотом.
– На самом деле, – неуверенно начал врач, – есть одна возможность исцелиться, но случаи единичны. Да и коллеги бы высмеяли меня.
– Я слушаю, – оживился Мигунов.
– Вам нужно искать мелочи жизни.
– Какой бред! – нервно хохотнул Михаил, – Что это?
Воодушевленное лицо доктора снова стало мрачным.
– Исходя из истории и домыслов что-то вроде маленьких радостей нашего существования.
– Деньги?
– Нет. Счастливые моменты жизни, которые бы Вам хотелось запомнить, которые навеивают хорошие воспоминания, которые впечатляют Вас. Благодарим, что обратились в нашу клинику. Всего наилучшего.
***
Когда двери больницы захлопнулись перед мужчиной, браслет показывал, что ему осталось жить восемнадцать часов. Вытирая нахлынувшие слезы, Михаил шел по улице, но ничего не помогало ему успокоиться. В регистратуре ему выдали яркую памятку:
Мутировавший NervoUs
Будьте здоровы!
Михаил выбросил бумажку в мусор. Чего он добился? Карьеры? Так, он уже шесть лет никуда не продвигается, сутками сидит в симуляторе и придумывает логотипы для новых компаний и брендов. Но ни жены, ни детей, даже девушку-андроида ему завести так и не удалось. За потоком рабочих процессов, как – то незаметно ему стукнуло тридцать. Пусть сейчас многие с возможностями современной медицины доживают до двухсот лет – это уже не имело никакого значения, ведь Михаилу осталось жить меньше суток. NervoUs казался далёким и редким недугом, который встречался у единиц. Почему он? Почему сейчас?
В голове звенела мысль только одна: «Я столько всего хотел сделать». Теперь просторные апартаменты в центре казались тесными. В них нечем было дышать, несмотря на длинные окна в пол, просторную спальню с невесомой кроватью и барной стойкой. Выпивая крепкий виски, Михаил тяжело выдохнул и ударил рукой по креслу – симулятору.
– Чертова железка, ненавижу тебя, – со злостью крикнул Михаил и закрыл лицо руками.
Стараясь прийти в себя, он просидел так еще какое – то время, но затем собрался с мыслями и ушел умываться. В зеркале Михаил увидел своё опухшее лицо и снова залился слезами.
Почему он?
Послышались железные шаги. Старая верная подруга Матильда вышла хозяину навстречу. Это былая пожилая чихуахуа, которая еле ковыляла своей железной лапкой, но любила своего вечнозанятого хозяина.
– Привет, Тилли.
Михаил опустился перед ней на одно колено, стараясь сдержать эмоции. Он осторожно погладил толстую собаку и обнял ее, прижимая к груди,
– О, Тилли, моя Тилли, как же так…Кто о тебе позаботится?
Слезы непроизвольно покатились из глаз мужчины, но чихуахуа быстро встала на задние лапы и слизала соленые капли, это заставило его улыбнуться. Взяв собачку в руки, Михаил посмотрел на милую старую мордашку и потрепал её за ухом.
– У тебя глаза разные оказывается, один голубой, другой зеленый. Надо же…Я и не замечал. Ты такая красавица, Тилли.
Усаживаясь с собакой на пол, он начал чесать ей спинку.
– Вот это я тебя раскормил, Матильда, – добавил он, прижимая собаку к себе, – Я уже и забыл как взял тебя совсем щеночком. Ты тогда врезалась во все углы и у тебя были такие выпуклые глаза…
Молодой человек рассмеялся сквозь слезы. Отчаяние топило его мозг в воспоминаниях.
– Прости, что играл с тобой так мало, я и не заметил, как ты постарела. Я обязательно зашью твою любимую игрушку, только научусь это делать.